Чтение онлайн

Россказни о государе, защитнике народа и радетеле за страну, уже мало «заходили», веры им становилось все меньше и меньше. Ведь, дряхлеющая и утопающая в пороке империя всем своим видом говорила совершенно о другом - о наступлении мира без порядка, о правде сильного и наглого. Среди знатных радов все чаще велись разговоры о старом добром времени, когда главу империи выбирали из самых достойных дворян, когда император был всего лишь первым среди равных. И пусть в этих разговорах еще не было крамолы и выглядело это лишь умозрительным философствованием, но сигнал о смене настроений среди опоры империи - дворян - давало ясный и понятный. Сегодня велись ничего не значащие разговоры, завтра строились планы, а после завтра за ними следовали действия. Словом, опасаться было чего.

Вдобавок на фоне всего этого происходили странные события, которые многих заставляли призадуматься о будущем империи.

Время от времени крупнейшие заводы - монополисты в своей отрасли - начинали сотрясать забастовки, стачки. Тысячные коллективы на время превращались во взрывоопасную массу, готовую рвануть так, что заденет вся и всех. Полиция и жандармы с ног сбивались, чтобы докопаться до самых корней происходящего, но было бесполезно - все было шито и крыто. Положение усугублялось странной волной банкротств, когда внешне совершенно успешные предприятия вдруг объявляли о своей финансовой несостоятельности и выгоняли без выходного пособия тысячи рабочих. Толпы безработных мужчин и женщин оказывались на улице, прилагая массу усилий, чтобы найти новое место.

Более ясным предвестником тревожных событий стали слухи о мятежах в армии, чему сначала никто и не думал верить. В самом деле, какие мятежи могут быть там, где все без исключения давали присягу на верность империи и императору? Тем более армия всегда была на особом положении - привилегированном обеспечении, обласканной многочисленными милостями императора. О каких мятежах в таком случае, вообще, можно вести речь? Но после неожиданно начались аресты среди рядового состава и господ офицеров двух самых известных полков империи - Семеновского и Преображенского. Оказалось, как сообщили имперские газеты, бунтовщики замышляли заговор против императора. Хотели во время смены караула во дворце разоружить охрану, захватить семью императора, а его самого шантажом заставить отречься от престола.

И все эти события казались мало связными друг с другом. С первого взгляда не просматривались ни логика, ни последовательность, что лишь еще больше запутывало власть в их попытках все взять под контроль. Без всякой внешней или внутренней причины все начиналось «сыпаться» то в одном, то в другом местах.

***

Родовая резиденция князя Сабурова

Княжич раньше обычного вернулся из гимназии, где ему было официально было объявлено о восстановлении в правах имперского гимназиста и допуске к занятиям. После бурной встречи, устроенной его старой компанией, у него царило приподнятое настроение. Наконец-то, схлынуло, копившееся долгое время, напряжение. Теперь все «вернется на круги своя» и произошедшее с ним за последние пол года забудется, как страшный сон. Никогда больше не будет нищебродских апартаментов, кургузых чиновничьих мундиров, нудной канцелярской работы, прыщавых девок с рыхлым телом.

– Никогда, - оказавшись в огромной гостиной, он шумно потянулся. После выдохнул еще громче, чем прежде.
– Никогда больше... Теперь все будет по-другому.

Кивнув своим мыслям, Алексей направился к широкой лестнице. Нужно было переодеться во что-то более предпочтительное для клуба, который он снял, чтобы отпраздновать свое возвращение.

– Хочу что-то особенное, - в голове уже крутились образы с соблазнительными и на все готовыми особами, которые, словно мотыльки, во множестве слетались на запах денег.
– Сначала попробую шоколадку, а после сразу …

На середине лестницы его шаг замедляется, и он замирает, недоуменно дергая по сторонам головой. Только сейчас до него вдруг дошло, что в доме было непривычно тихо. Казалось, все домашние просто испарились. Не было видно даже прислуги, которой обычно был наводнен дом. Где горничные, что то и дело пробегали мимо? Где мажордом, внушительного вида мужчина в роскошной ливрее, вот уже пять десятков лет неизменно встречающий в гостиной Сабуровых? Где все они?

– Черт, а где все-то? Че за склеп?

Тишина, царившая в доме, стала почему-то казаться плотной, физически ощущаемой. Не самое приятное чувство. Алексей стал нервно вертеть головой. Уж больно сильно тишина давила на нервы.

– Странно.

Не зная, что и думать, парень продолжил подниматься по ступенькам. Решил пройти и по второму этажу в надежде хоть кого-то встретить. Должен же быть во всем доме хоть кто-то!

– Подожди-ка, вроде кто-то говорит?

Ему точно послышался чей-то голос.

– Отец, кажется.

Судя по всему, голос доносился из левого крыла дома, где располагался рабочий кабинет князя Сабурова.

– Уж не тот ли это таинственный гость, о котором ходят слухи?

Алексей вспомнил, что в доме говорили о каком-то особом госте, который иногда приходит к ним. Отец семейства не раз предупреждал и членов семьи, и слуг, что в такие дни никто не должен видеть гостя. И не дай Бог, случится обратное, то гнев его будет просто ужасен, а сомневаться в этом никак не приходилось.

– Очень похоже. Кажется, утром что-то говорили об этом, - княжич заинтересованно посмотрел в сторону коридора. Голос отца, по-прежнему, звучал время от времени, словно приглашал пройти и приобщиться к тайне таинственного гостя.
– Интересно, что это за такой особенный гость… Что-то уж много их стало в последнее время.

Любопытство, обуявшее его, оказалось настолько сильным, что парень напрочь забыл и о гардеробе, и о походе в ночной клуб. Происходящее здесь и сейчас казалось гораздо притягательнее, чем даже соблазнительные красотки, разгорячённые клубными танцами.

– Что же ты такое задумал?

Тут же вспомнились многочисленные оговорки отца про то, скоро все изменится и семья займет то место, которое им, роду Сабуровых, принадлежит по праву первородства. И чем Алексей больше обо всем этом думал, тем более притягательными становились тайна и этот незнакомец.

– Я только одним глазком… Ничего серьезно все равно не будет, - оправдывал он сам себя, нутром чувствуя, что напал на что-то очень серьезно.
– Лишь одним глазком…

Но лучше бы и не пытался обо всем разузнать. Это он же понял, едва только разобрал первые слова отца.

– … Низложение императора пройдет, как по маслу, Екселенц. Механизм уже запущен, и этого не остановить, - голос князя Сабурова звучал совершенно непривычно. Сейчас в нем ни на грамм не было тех ноток превосходства и ледяного презрения, что отличали его в обычное время. Князь выказывал не просто уважение, а явно нечто гораздо большее.
– Волна организованных нами банкротств еще только набирает силу. Скоро большая часть крупнейших производств, расположенных в центральных губерниях, объявит о своем банкротстве и временно приостановит работу. Прогноз показывает, что уже через несколько дней уровень преступности в столице взлетит вверх. Чуть позже возникнут перебои с продуктами. С последним, правда, придется постараться. На складах хранятся слишком большие запасы товаров, от которых не просто будет избавиться в такие сроки. Возможно, попробуем пожар…

У Алексея тут же пересохло в горле. Натуральная Сахара стала. На одних цыпочках он отошел к стене и спрятался в небольшой выемке, где стояла мраморная статуя какой-то древней богини. Здесь только смог выдохнуть.

– Мать его, это же заговор… А я-то думал, о чем он все недоговаривает.

От услышанного дух захватывал. Ведь, это уже не были обычные дворянские склоки, в которые то и дело влезал князь Сабуров. Здесь было все очень и очень серьезно.

– Заговор против императора… Черт.