Чтение онлайн

— Стреляй! Получится — не получится, что гадать? Хоть напугаешь…

Я натянул тетиву. До воронов не меньше пятидесяти метров — не расстояние для полета стрелы. Но, вычислить, куда та или иная махина решит повернуть, при том, что все они постоянно пролетали друг мимо друга… Я опустил оружие.

— Нет смысла.

— Попробуй!

Уже не целясь, больше от злости, я вскинул лук и отпустил тетиву. Как и предполагал, она никого не задела. Но эффект, все-таки, получили — вороны, разом взлетев еще выше, еще раз что-то прокаркали с высоты и, бросив попытки отомстить за погибших товарок, устремились в сторону Предгорья.

— И то…

— Стрелы жаль. Наконечники на дороге не валяются. Ну да ладно… Ты доволен?

Череп насупился, но промолчал. Я обернулся к остальным:

— Поняли, до чего болтовня доводит? В прерии — смотреть во все стороны сразу.

— А еще лучше — иметь глаза на затылке… — Блуд уже пришел в себя и теперь пытался шутить. Но я, раздосадованный потерей стрелы, не улыбался:

— Хватит. Ульдэ, Чер — в хвост, внимания не ослаблять! Вороны — птицы злопамятные, могут и вернутся. Я — первым. Череп за мной. Потом Бугай и Элина с теленком. Вперед!

От форта пришла помощь — Стопарь взял с собой шестерых мужчин и девушек, и уже через час появился на ближайшем взгорке. Из-за бури мы сильно отклонились к югу, и до форта оказалось гораздо ближе, чем я думал. Несмотря на приказ, с ними пришла и Ната — и я сурово выговорил ей за это. Девочка виновато выслушала мои нравоучения, извинительно чмокнула в щеку — и тут же повисла на шее у Элины… Я только развел руками, а Огненноволосая победно показала мне язык. Стопарь и Чер ушли с помощниками за оставшимся мясом, а мы еще какое-то время ожидали их в лощине, где укрывались от пылевого урагана. Когда они вернулись, еще раз разделили груз частями и взвалили его на плечи.

Элина гордо тащила слегка упирающегося теленка, временами уговаривая его, не упрямится, и идти самому. Мы только покатывались со смеху, наблюдая эту картину…

В форте все было тихо. Смерч, как я и думал, обошел его стороной и здесь лишь догадывались о том, что пришлось нам вынести в прерии. Зверь, убивший Немого, не объявлялся. Но я знал, что это спокойствие обманчиво — и приготовления, начатые по моему распоряжению ранее, продолжились вновь. Стопарь уже заканчивал яму на берегу, а я и Чер довязывали сеть, намереваясь опутать ею ящера и тем самым облегчить себе схватку. Через два дня, наблюдатель на холме, следивший за берегом, доказал необходимость своего поста — чудовище показало в волнах гребнистую спину. Лада, так же караулившая на берегу, заметила его, чуть ли не в последний момент — так осторожно подплыл хищник к кромке воды. Она громко закричала, а зверь, вместо того чтобы убежать, выскочил на берег и зашипел в ее сторону. Он поднял хвост вверх, раздул ушные перепонки и покраснел, разом поменяв цвет. Потом зверь прыгнул в воду и исчез. Что бы это ни было, но крокодилу до такой прыти далеко… Теперь я вовсе не был уверен в том, что наша ловушка сработает. Быстрота движений ящера внушала серьезные опасения за судьбу тех, кто должен сидеть в засаде. На суше опасный враг оказался так же проворен, как и в воде.

Выход подсказала Ната. Она еще раньше мне говорила, что неплохо бы изготовить мощный самострел — наподобие арбалета! — чтобы из него метать дротики на большое расстояние. Ната все еще опасалась повторного нападения бандитов, уже разоривших один раз наше жилище. Но никто из посторонних в прерии не объявлялся, заботы заслонили тревоги, и мы оставили это на будущее. Теперь ее идея могла принести свои плоды. Стопарь долго чесал голову, соображая, как выковать подходящий наконечник для стрелы, способной пробить роговую шкуру земноводного хищника. А мы спешно сооружали сам самострел, взяв за образец одно из трофейных, собранных нами в Клане. В итоге, сделали даже два, израсходовав на тетиву лучшие ремни. Натянуть такое оружие в одиночку не смог бы ни один из собравшихся мужчин. Даже Бугай, запросто поднимавший тяжести, которые впору носить только троим, зря тужился и наливался кровью. Пришлось объединить усилия, а потом Бен вспомнил устройство древнеримских «скорпионов» — и у нас появилось страшное метательное оружие, хоть и напоминавшее прежний арбалет, но, гораздо более мощное и дальнобойное. Время поджимало — неведомое чудище могло больше и не объявится. Всего за вечер и последующую ночь Бен и Стопарь изготовили несколько тяжелых стрел, после чего сами самострелы поставили с расчетом, что выстрелы будут направлены именно туда, куда мы намерены подвести зверя. Пришлось провести испытание… Девушки набили мешок шкурами и землей вперемежку, облили водой для жесткости, положили на траву и отошли. Затвор отпустила Элина, о меткости которой уже слагали легенды. Стрела пролетела все расстояние и воткнулась в песок, зарывшись почти до оперения… Пришлось все начинать сначала. Вторая попытка увенчалась успехом — наконечник пронзил мешок насквозь, пробив его без труда. Мы провозились почти весь день, пока выясняли дальность и силу выстрела. Теперь уже никто не смел трогать арбалеты, я даже выставил возле них охрану, боясь случайной помехи. От выстрела зависело, сохранятся ли жизни тех, кто будет ожидать ящера в засаде…

— Стопарь, Бугай, Череп, Блуд, Клешня. И я… — я сразу отмел все возражения и оборвал, начавших было возмущаться, женщин. — В засаде. В яме будут самые сильные. Ловкость и отвага прочих понадобится позже. Чер, Бен, и… пленник — в кустах, на берегу. На вас — сеть! Элина остается на холме, возле самострелов. Ната, Туча, Птаха и Джен — в форте. Пост на скале должен быть всегда. Власта! Ты — помогаешь Элине. Ульдэ — наблюдаешь за водой и подаешь сигнал, если что… Угара — запереть в форте. Следите, чтобы пес не вырвался — он испортит нам всю охоту.

Поздно вечером притащили теленка к яме и привязали за все

четыре ноги, чтобы он не мог сделать ни шагу. Подойти к нему можно только с двух направлений — и на обоих его ждали стрелы. А за ямой, куда мы намеревались заманить хищника, прятались сами. Это было еще одно направление — последнее… И мне меньше всего хотелось, чтобы он избрал именно его. Женщины закидали нас стеблями травы и сверху присыпали речным песком, чтобы хищник не почуял запах. Более того — Ульдэ молча кинула в меня горсткой навоза… и, подумав, я втер его в оголенную часть рук и даже лицо. То же пришлось проделать и остальным — хоть Блуд и морщил нос от отвращения. Но рисковать не хотел никто. Еще раньше я привязал к ноге теленка бечеву и теперь время от времени дергал ее, заставляя того издавать жалобное мычание. Все были в напряжении. Хищник, убивший мальчика, представлял нешуточную угрозу для всех, и избавиться от него следовало незамедлительно. Но, если стрелы не попадут в цель, это станет очень трудной задачей…

Я запретил брать с собой еду — любой запах мог привлечь внимание, тем более, запах стряпанья Тучи. Только вода! Всю оставшуюся ночь следовало провести в ожидании. Если монстр где-то рядом — он должен услышать шум, производимый теленком. Что будет дальше — не знал никто…

Время от времени я дергал овцебыка — веревка, которую Чер привязал к его ноге, была смазана едким соком и, врезаясь в оголенную кожу, заставляла последнего испытывать сильное беспокойство. Телок начинал возмущенно мычать и биться, пытаясь освободится.

Так как повсюду царила почти полная тишина, шум, производимый овцебыком, разносился очень далеко…

— Не знаю, как эта ящерица, а вот кое-кто другой точно может пожаловать! — Стопарь недовольно покосился, когда я в очередной раз потревожил бедное животное. — Но ночам, сам знаешь, всякой заразы много.

— А ты предложи другой метод, — я пожал плечами. — Тот крокодил просто так мимо берега шляться не станет. Да и обговорили вроде…

Я понимал то, что кузнец старался не произносить вслух. Увидев живого теленка, Стопарь, так изменился в лице, что мы все испугались, как бы он не отберет его в свой, давно и прочно выстроенный (в уме!) хлев. И лишь мое твердое — Нет! — заставило фермера смириться с мыслью о неизбежном предназначении жертвенного агнца.

— Придет время — найдем и приведем еще одного… или — двух. Все равно, один теленок — не стадо. Ты ведь этого хочешь?

Стопарь вздохнул и отвернулся — и я не стал больше поддерживать больную тему. Идея об одомашнивании бывших «домашних» животных давно стала притчей во языцех, но дальше слов не шла. С одной стороны, представить, как Туча, поутру, доит огромную корову и подносит потом на стол ведро свежайшего молока, или сметаны — у любого слюнки текли… Но, решиться всерьез заставить, кого-нибудь, из девушек просто стоять рядом с взрослым овцебыком — ну уж нет! Нрав перерожденных был хорошо известен в прерии. Практически всегда, самец, учуяв человека, несся в его сторону, склонив массивную голову — и удар этой каменной черепушки мог превратить охотника в месиво из раздробленных костей. А если попадалась корова, с теленком — лишь спрятавшись, человек, мог избежать гибели. Мы старались как можно реже нападать на них — в долине хватало добычи. И лишь необходимость заставила нарушить это неписаное правило…

В черном небе засияла луна. В отличие от солнца, ее вид нисколько не изменился — все тот же серебристый диск, покрытый оспинами и продолговатыми полосами, делающими отсюда вид спутника как бы разделенным на континенты и океаны. Интересно — затронуло ли Луну то кошмарное бедствие, превратившее Землю в мировое кладбище? Наверное, да. Если комета, про которую мы все уже поверили, смогла так изувечить и преобразовать лик самой Земли, то уж ее сателлита — подавно. Другое дело, что там не рушились здания, не взрывались атомные станции, великие плотины не падали под напором взбесившихся вод, а страны и государства не исчезали в небытие, как это случилось здесь…