Чтение онлайн

Пока корабль разворачивался носом к «фронту» тефелиний, Мирсо, Харальд и я, откинули в рубке лобовые щитки и выставили четыре ствола(карабин и три револьвера), наведя их на эту жуткую «гирлянду».

– …In nomine Patris, et Filii, et Spiritus Sancti... – бормотал молитву Луиджи.

– … Amen…– закончил, перекрестившись Мирсо и скомандовал: – На счёт три! Три!

Слитный залп и в черноте «расцвели» четыре бело-жёлтые сферы, оставив после себя пыль и дым…

Как только пыль рассеялась, мы увидели, что тварей больше нет. А ещё – оглушительная тишина…

– Демоница больше не играет! – первым спохватился Луиджи.

– Где она? Не вижу! – крикнул Харальд.

Я выбежал из рубки и высунулся в люк. Отсюда я смог увидеть, что Ангиррайя лежала на животе поперёк балки, с одной стороны свешивались ноги, а с другой – туловище и две руки, в которых был зажат альт и смычок.

– Ты её видишь? – крикнул мне Мирсо.

– Да! Дайте мне верёвку, её надо втянуть на корабль!

Эфир не смертелен, точнее, он не ядовит, но в нём нельзя находиться живому существу дольше определённого времени – дышать там нечем. А ещё он словно «высасывает» энергию. Видимо, суккуба превысила лимит нахождения в этой среде…

Я подобрался к ней, держась за скобы и поручни на борту корабля, обвязал её подмышками. Для страховки ещё несколько раз обернул вокруг тела и спихнул с балки.

– Тяните!

Мирсо вдвоём с Луиджи втянули безжизненное тело демоницы. Следом в корабль, кое-как, из последних сил, забрался я и закрыл за собой люк – мне уже было хреново и перед глазами плыли цветные круги.

– Она погибла? – спросил Луиджи.

– Н-не з-знаю… - еле пробормотал я. – Может… ещё оживёт. Но…

У меня всё поплыло перед глазами, и я отрубился.

Интерлюдия I.

– Как они там? – спросил Харальд у командира, когда тот пришёл сменить его в рубке.

– Арсений всё ещё без сознания, но он, по-моему, просто крепко спит – на его усталость, наверно, наложилось пребывание за бортом. А демоница – по-моему, она или мертва или умирает.

– Задание мы провалили?

– Ну почему же «провалили»? Не полностью выполнили – кто ж знал, что они в это логово влезут!

– Ты решил их не отпускать?

– Нет, почему – я своё слово сдержу – я привезу их на безопасный Осколок! И даже выпущу!

– А потом снова схватишь? – с некоторым презрением спросил Харальд.

– Может и так! – раздражённо ответил Мирсо. – Я на Синдикат работаю! И свой шестой уровень взял не в боях с пиратами и зачистками от монстров! А выполняя поручения шефа! В том числе и такие, за которые нас не раз грохнуть обещали! Как и ты! И раз я взялся выполнить это задание, значит, так тому и быть! Я не буду портить свою репутацию из-за какого-то там Исследователя!

– Он не «какой-то там». Если бы не он и его игрушка, мы бы в том логове сейчас в «кормушке» мучились и о смерти молили! – бросил ему Харальд. – И ты пообещал ему, слово дал, что выполнишь свою часть уговора!

– Ты тоже мне кое-что пообещал! Например, что это задание ты выполнишь и лишь потом свалишь! – разозлился Мирсо. – Так что нечего тут передо мной в благородство играть! Иди на камбуз, обед готовь!

– Я-то пойду, а ты всё же подумай! – пробурчал Харальд и пошатываясь(он всё же еще был не совсем здоров после ранения, полученного от тефелинии) вышел из рубки.

Мирсо остался один. Он посмотрел на Навигационный Комплекс и проверил курс корабля. Ещё четыре часа назад, как только они отошли от Осколка, где сражались с тефелиниями и разместили всех на борту, то сразу же занялся прокладкой курса. Поисковый модуль указал, что в радиусе восьмичасового среднего хода есть три Осколка, на которых установлены «контрольки». Один из них по каталогу проходил как «зелёный» - т.е. безопасный. Туда он и проложил курс. И лететь туда, судя по приборам, осталось не больше четырёх часов.

Мысли Мирсо переключились на демоницу. Сейчас она лежала в «саркофаге» - в одном из контейнеров, приспособленном для перевозки подобных игрушек. Туда он еле дотащил её вместе с Луиджи. Следом за ними туда же пришла и роботесса Арсения – она села на край контейнера и следила за состоянием суккубы. Так же она смогла забрать из её рук этот странный музыкальный инструмент, который называла «альтом».

Мирсо видел альт. И не один. Но они никак не походили на этот угловатый предмет с четырьмя струнами, сделанный из металла, похожего на анодированный алюминий, весьма футуристических форм. С фигурными прорезями, больше похожими на угловатые литеры. Роботесса сложила инструмент в футляр и унесла в каюту, где лежал её хозяин, а затем вернулась к компаньонке.

«Но как она играла! С закрытыми глазами, обивая такты каблуками… Это же адская жуть! Я хотел присоединиться к этой инфернальной пляске!»

К этому времени, они с Луиджи раздели её, что бы осмотреть – нет ли на теле повреждений. Никаких свежих ран они не обнаружили, зато заметили на теле не только странные татуировки и множество еле заметных старых шрамов.

– Твой хозяин бьёт её? – спросил он у роботессы.

– Нет! – с возмущением пропищала та. – Это у неё после прежнего хозяина! Её же после этого чуть не утилизировали! За неё Хозяин заступился!

– Да-а-а… Интересное дело!
– протянул Мирсо, продолжая осматривать тело демоницы. Она еле поместилась в самый большой саркофаг. Рост – больше двух метров, телосложение – можно сказать, атлетическое, большие груди, бёдра…

«Эх, если бы не рост, с такими формами она стала бы женщиной моей мечты!» - подумал тогда Мирсо. Он и Джилл, свою эльфийку-лучницу хотел «наградить» подобным телосложением, но пока сомневался – не скажется ли это на её боевых качествах!

Пока он осматривал компаньонку Исследователя, Луиджи принёс и положил в соседнийсаркофаг тело свой несчастной некоматы.

«Всё ещё надеется оживить её…» - подумал Мирсо, уже сидя в рубке. Да, эти «ящики» позволяли поддерживать «жизнь» игрушек, которые или были отобраны у хозяев или их хозяева погибли. Но после ранений, нанесённых тефелиниями было тяжело остаться в живых – они словно высасывали жизнь из живых существ. А уж после такого, когда пробивается тело в области жизненно важных органов, то тут даже не надо быть тефелинией, что убить… Даже такую несложную квазиживую игрушку в виде некоматы.

Луиджи, немного отошёл от шока после бегства из логова тефелиний, но всё ещё никак не мог примриться с утратой компаньонки.