Чтение онлайн

– За каким чертом они там так окопались? – спросил очередной раз в никуда Рожок.

В дверь постучали и тут же вошли. Так разрешалось делать только адъютанту полковника.

– Ну что, Тара, что разнюхал? – хмуро спросил полковник.

– Есть информация, товарищ полковник, – чеканя доложил Тара.

– Выкладывай, – приказал Рожок.

– Только что вернулись из Пепелища сотрудники одной из лабораторий Янтаря, не в полном составе. Один из них, некий Гудин Трофим Аристархович, так и не вышел на поверхность, спустившись в какое-то подземное сооружение. Считают пропавшим без вести.

– Ну пропал, так пропал. Что за сооружение? Чего он туда полез?

– Не можем знать, товарищ полковник. Данных нет. Полез за объектом исследования своей лаборатории. За зомбированным, – ответил Тара, преодолевая желание вытянуться в струнку.

– Вот недоумок… – негромко сказал полковник, после чего перевел взгляд на сидящего напротив бойца. – Свободен, боец, в лазарет.

– Есть в лазарет, – долговец встал и с видимым облегчением вышел.

– Присаживай, давай прикинем, – указал на освободившийся стул полковник.

Адъютант присел, по-прежнему удерживая осанку.

– Так значит, там на Пепелище есть вход в некое сооружение. Пепелище занял противник, в кратчайшие сроки окопался как крот, сделал заградительную минную полосу, обложился снайперами, а мы и знать не знаем, что они там задумали? – неодобрительно спросил полковник адъютанта.

– Похоже на то, товарищ полковник.

– Эх, авиацию бы сюда. Вмиг бы расшвыряли этих обезьян. Так кто там пропал, чин, звание, должность?

– Некий Гудин Трофим Аристархович, заместитель заведующего лабораторией номер шесть, – отчеканил Тара.

– Заместитель заведующего… Заместитель не потянет. Из-за него вертолет не поднимут, если бы заведующий, то может быть, – раздумывал Рожок. – Потом, кто за ним под землю полезет? Вояки? Хрена с два, у них своя песня. Нет, авиацию не дадут, – отрицательно мотнул головой полковник. – Ребят наших мы этим обезьянам не простим. Значит так, Тара, узнавай мне все, что касается этого пункта. Кто, где, когда, зачем. Мы теперь это дело принципиально оставить не можем, у нас тут противник под боком гнездо вьет, а мы его башку открутить не можем? Не порядок. Задание ясно?

– Есть найти информацию, – подскочил Тара. – Разрешите идти?

Полковник махнул рукой, засовывая сигарету в рот. Адъютант, развернувшись кругом, вышел из кабинета, прикрыв за собой дверь.

– Ну ничего, Гипс, отольются мышке кошкины слезы, – прикуривая сигарету, по привычке закрывая спичку сложенными лодочкой ладонями, проговорил Рожок, – ох отольются…

***

Обожженный кислотами и радиацией, но живой и не сдающийся Рыжий лес молчаливо склонял тяжелые ветви изменившихся кленов почти до самой земли, образуя купола, в которых находили себе убежище от дождя снорки, слепые псы, псевдособаки и многие другие обитатели Зоны. В тех местах, где ветви касались земли, рано или поздно появлялся корень, укрепляя ветвь в ее положении, давая рост новому деревцу, уже имевшему характерный красно-рыжий оттенок. Это дерево приспособилось и даже нашло чем завлечь в свои объятья тех, кто будет охранять его от свирепых мутировавших древоточцев и мелких крыс. Сосны и ели также нашли себе способ защиты, приютив на своих ветвях длинные мочала жгучего пуха, моментально съедающего в своих объятьях любую живность. Странная паутина поросла между деревьями, закрыв собой кабаньи тропы. Кабаны же при всем их весе и ярости не осмеливались подходить к ней близко, предпочитая пробивать новые тропы пусть даже через шиповник, с невероятно прочными, практически стальными иглами, чем рвать паутину, которая оставалась на холке мутанта, прорастая внутрь и через неделю опутывая его смертельным сплошным серебристым коконом. Тополя обзавелись мощной токсичной корой, пробовать на вкус которую можно было только один раз, а их пух прорастал даже в старых ранах, если они успевали затянуться с этим семенем. Вообще, все, что было в живых в Зоне, научилось сражаться за свою жизнь, быстро и причудливо меняя облик. Если бы не кабаны, псевдогиганты, грызуны и другие всеядные, питающиеся семенами и молодыми побегами Рыжего леса, то, вероятно, вся Зона была бы покорена этим медленным и неприхотливым зверем.

Овод очнулся стоящим у дерева. Экзоскелет конструктивно мог стоять сам по себе, если человек внутри него не подает сигналов к перемещению. Маска экзоскелета по-прежнему была открыта, запах сырости, древесины, прелой листвы и хвои вместе с полумраком медного цвета крон над головой дали ему понять, что он находится в Рыжем лесу. Последнее, что он помнил, – это ржавое, шелушащееся лицо чудовища, склонившееся над ним и капнувшее на него слюной. Это было отвратительно. Еще он помнил, как силы вдруг оставили его настолько, что он даже не смог крикнуть, а потом его потащили вместе с экзоскелетом… и, видимо, дотащили до Рыжего леса. Впереди перед ним широким безжизненным черным пятном простиралась поляна. Трава на ней словно выжжена и растоптана, но горелого запаха не было. Долговец покрутил головой, пытаясь понять, почему он не может двинуться, ведь он был в экзоскелете, и очень мало что могло противостоять ему, но странное дело, хоть он сейчас и чувствовал свои ноги и руки, он не мог ими пошевелить. Он даже не был связан, он просто стоял прислоненный к почерневшему мертвому хвойному дереву, роняющему свои хрупкие черные иглы вниз. Овод начал крутить головой, надеясь разогнать кровь по телу, и возможно это поможет пошевелиться. В конце концов, они не убили его и даже не сняли экзоскелет, кроме того, они притащили его в Рыжий лес, наверняка они тут уже издохли, глупцы! Рыжий лес не терпит посторонних, это известно всем и каждому!

Мотая головой, боец постепенно чувствовал, как тепло от уставшей шеи постепенно спускается ниже. Вот поверхность шеи почувствовала несколько уколов медицинской системы, которая наконец определилась с его диагнозом и решила что-то вколоть. Интересно, что она выбрала? Вот он уже смог напрячь пресс и слегка пожать плечами. Экзоскелет его конструкции не имел таких элементов, чтобы отразить это движение, тем не менее металлические руки чуть заметно шевельнулись, скрипнув подсохшими штоками гидроцилиндров.

– А… очнулся… – раздался тихий, бесцветный, шуршащий змеиным шиком голос позади долговца.

Боец замер. Конечно же, он очнулся, теперь этого не скроешь, а надо бы. Может быть, его оцепенение прошло чуть позже, само, но поздно теперь уже хитрить. Сглотнув не существующую слюну, он спросил хриплым, пересушенным голосом:

– Кто ты, сволочь? Мы же тебя найдем…

– Найдем… – повторил голос, словно вспоминая его значение, уже из-за левого плеча.

Нечто, что говорило, провело по его затылку и спине. Он, конечно, не мог этого чувствовать через броню, но четко почувствовал, как что-то чуждое вторглось в его мозг, заставив на миг потеряться во времени и пространстве, а затем онемение скользнуло вдоль позвоночного столба, заставив тело вновь потерять чувствительность. Ужасное ржавое лицо получеловека медленно показалось с левой стороны, так что он мог видеть только половину этого лица, не в силах даже повернуть глазами, паралич взял его полностью. Овод сделал попытку что-то сказать, но язык не слушался. Существо встало перед ним. Ростом долговец был не из мелких, а толстая подошва экзоскелета добавляла ему еще с пяток сантиметров, но существо было выше него. Ржавая чешуя или лоскутами сползающая кожа, желтые, горчичного цвета белки глаз и йодного цвета зрачки. Скрытые в глубине желтого рта едва видимые ровные ржавые зубы. Расплывшись мыслями, потеряв восприятие, он все-таки понял, что когда-то это был человек. Медицина по-прежнему продолжала вкалывать в бесчувственную шею бойца препарат за препаратом. Возможно, благодаря этому Овод не терял сознание. Существо стояло напротив и смотрело на него, словно изучая, наконец, оно, сделав неуловимое движение, не попадающее в поле зрения бойца, слегка моргнуло. Человек почувствовал, что может говорить и двигать головой.

– Ты! – яростно шептал он. – Ты! Долг убьет тебя! Мы найдем тебя, слышишь, тварь?

– Я не тварь, – ответило существо.

– А кто ты? Кто?!

– Я вспоминаю… я скоро вспомню. Мне нравится это место, – прошипело оно, приблизившись и вплотную разглядывая бойца.

Было что-то непостижимое в этом взгляде и движении существа. Оно словно разглядывало человека изнутри, изучая видимые только ему процессы, а стоящий перед ним человек был не более чем что-то, что не имеет ценности и вообще смысла как такового.

– Чего ты хочешь? – с ненавистью спросил долговец.

– Они тоже меня спрашивали, – ответило оно.

– Кто «они»? – сверля взглядом Ржавого, спросил долговец.

– Они, – существо посмотрело за спину Оводу.

Долговец попытался посмотреть назад, но обзор был ограничен. Он почувствовал, как заныла заколотая иглами медицины шея. Ржавый по-прежнему стоял и смотрел на него, но теперь отдалившись. Сейчас Овод смог осмотреть его, это был мужчина, пусть в далеком прошлом, но изначально это мужчина. Весь покрытый струпьями ржавого цвета, без всякой растительности на теле. Удлиненные руки и ноги при обычного размера теле делали его безобразным и жутким.

– Противовирусный препарат церезин бета закончен, – раздался негромкий женский голос программного обеспечения медицинского блока во внутренних динамиках экзоскелета. – Вирусная инфекция продолжит распространение. Срочно обратитесь к специалисту. Повторяю…

Голос повторил информацию еще раз, затем еще раз. Черное отчаяние и понимание того, что происходит, навалилось на долговца удушающей простотой. Его заразили. Вот эта тварь. Он вспомнил ощущение капли слюны на щеке, даже сейчас он чувствовал ее.