Чтение онлайн

– Какие гости? – встряхнув головой, чтобы быстрее понять сталкера, спросил он.

– Да кабы я знал. Вон, вниз посмотри.

Трофим сориентировался и посмотрел вниз. Там внизу, метрах в шести ниже, в тумане темными пятнами стояли люди и, задрав головы, смотрели на них.

– Ну? Что скажешь? – спросил Калмык.

– Они нас видят? – ужаснулся ученый.

– Видят, видят. Знали куда шли, не искали, сразу прямиком вышли. Только я их раньше услышал, шесть человек… или не человек. Из Рыжего пришли. Может, это и есть те самые ряженые? А? Они только что подошли, – сказал Калмык.

Трофим сел поудобнее, соображая. Если это люди, они бы сказали хоть что-нибудь, или по крайней мере были с фонарями. Один из подошедших подошел совсем близко к стволу дерева.

– Мужики, слезайте, – сказал он низким, неестественно затянутым голосом.

Калмык с Трофимом переглянулись. Это явно было по профилю ученого.

– Чего тебе? – крикнул Трофим, одновременно всполошив ночевавшую на соседнем дереве пару ворон, заставив их каркнуть, перебивая его.

– Разговор есть, – сказал снизу.

Трофим включил налобный фонарь, освещая стоящего внизу. Калмык отсел подальше и припал к оптике винтореза.

– Мать моя, – сказал он, почти в упор разглядывая подошедшего. – Пятнистый, не сказать, что мертвец.

Трофим полез к рюкзаку и достал оттуда небольшой бинокль, а заодно и пару нарезанных кусков хлеба. Как будто случайно уронил их вниз и припал к биноклю, наблюдая за гостем. Через замутненный туманом воздух снизу на них смотрел человек в комбинезоне наемника. Лицо, щеки и лоб были в коричневых или ржавых пятнах, размером с копеечную монету, некоторые больше. Глаза вроде как живые, даже дыхание легким облачком вырывалось из ноздрей в утренней сырости. На упавшие куски хлеба тот не обратил внимания. Зато подошли еще двое, также задравших голову, с примерно такими же пятнами на лице. «Если это наш вирус, то крайне нестандартная форма. У того профессора ничего подобного не наблюдалось». Одежда на незваных гостях была перепачкана какой-то золой. Один из них в разорванном армейском бронежилете, со страшными рваными отметинами имел нашивки Свободы. Трофим посмотрел на Калмыка.

– Узнаешь? – одними губами спросил он.

Тот едва заметно кивнул. У зверолова не было сомнений, что это уже не живые люди. Наверняка он заметил больше десятка признаков, которые указывали на истинное положение вещей.

– Вы откуда? – спросил Трофим, опасаясь упасть вниз, ловя себя на мысли, что эти трое внушают ему гораздо больше страха, чем если бы под деревом стояли другие мутанты, хоть бы и кровососы.

В ответ один из них протянул руку к сталкеру. Дотянуться физически у него не было возможности. Зная о том, что зомби сейчас, очевидно, воздействует на него, Трофим сильнее схватился за ветки, неудобно скрючившись. Калмык, завидев такой поворот, мгновенно подвязался к дереву практически материализовавшимся у него в руках отрезком веревки. Ничего не происходило. Казалось, это также ввело мертвецов в ступор. Теперь уже трое потянули к ним свои руки, едва заметная кратковременная ломота по всему телу, не более. Калмык выжидательно смотрел на него, показывая приклад винтореза, спрашивая одним жестом, валить их или нет. Трофим предостерегающе поднял руку.

– Так говорите, раз надо, – крикнул он вниз, глядя уже без бинокля на смазанные туманной дымкой силуэты внизу.

Положение для зомби было тупиковое. Они не могли ничего сделать, их воздействие свелось к нулю, а физически им так просто было не добраться. «Жаль, тепловизора нет с собой, пригодилось бы», – подумал Трофим.

– Говорить будем? Нет? – еще раз спросил Трофим.

Зомби молчали, сгрудившись у ствола, они высматривали его, задрав головы вверх. Судя по тому, что хлебом они не интересовались, голодны они не были, а исходя из того, что среди них был свободовец, становилось очевидно, что сознание у них крайне изменено, колония вируса ищет и собирает новых носителей, уже охотясь непосредственно прямой наводкой за человеком. Очевидно, это принципиально новая колония, заставляющая активно переносить себя на еще не зараженных людей. Кстати, Трофим вспомнил, что он тоже инфицирован, и то, что эти вот пришедшие, в крапинку, не определяют его как своего, в отличие от того же профессора и Юрка, косвенно подтверждало, что это совершенно иной штамм. И пожалуй, он догадывался, откуда он появился и когда. Начальный носитель и ранее хотел уничтожить профессора Одинцова, и, судя по всему, у этого вируса и теперь только одна цель.

– Я все выяснил, Калмык, – сказал он зверолову, – нам тут теперь делать нечего. Это они охотятся за людьми. Новый вид вируса, я знаю, откуда он вышел.

Калмык провел пальцем по горлу. За все время он не издал ни звука не по делу. Ученый кивнул. Сталкер прильнул к оптике, и три гудящих глухих хлопка послали бронебойные девятимиллиметровые пилюли в головы зомбированных. Все трое упали, на двоих были шлемы, но для боеприпасов такого типа это не имело значения. Калмык тут же посмотрел на ПДА, ища еще троих. Но они не отражались на детекторе, не теряя секунды, он поменял положение, выглядывая со всех сторон. Трофим понял, что зомби не имеют разницы температур с окружающей средой, но в любом случае они имеют разность фаз с окружающей средой. Он достал из рюкзака фазометр, похожий на древний калькулятор с небольшим жидкокристаллическим экраном. Тут же на нем отобразились оба сталкера, три трупа внизу и три на разном расстоянии, также помеченные как трупы. Показал Калмыку экран, тот в секунды сориентировался и принялся выискивать первого, но его не было видно из-за ветвей дерева. Внезапно что-то произошло. Сначала Трофим посчитал это обманом зрения, но через мгновенье понял, что все, что он видел, не являлось галлюцинацией. Под тремя лежащими зомби словно растекающаяся черная лужа стало распространяться черное пятно. Пятно коснулось дерева, и через несколько секунд сталкеры увидели, как листва, корежась и потрескивая, словно облитая кислотой, вдруг стала чернеть, рассыхаться и опадать. Мелкие веточки стали отваливаться и черным крошевом устилать большой круг под деревом, а внизу секунды назад неподвижные зомби вдруг начали быстро карабкаться наверх. Издав невнятный звук, Калмык снова высадил по паре бронебойных в головы карабкающихся. Первый, вскинув руки, упал, сбивая следующего за ним, а нижний, уже будучи повторно застреленным, застрял в ветвях. Резкий треск сучьев, ворох черных обломков, и на Калмыка сверху, с соседнего дерева прыгнуло еще одно тело, совершенно неожиданно для зверолова. Трофим выхватил пистолет, не решаясь стрелять, как еще одна куча обломков посыпалась на него. Сверху с соседнего, ближе к нему дерева прыгал еще один пятнистый в комбинезоне Заря. Выстрелив в силуэт, ученый так и не понял, попал или нет, как его схватил за голову упавший и, разинув рот, капая желтой слюной, принялся срывать с него забрало. Трофим заорал и, совершив невообразимый кульбит, вывернулся из-под нападавшего. Ложе, рассчитанное на одного, треснуло, и нападавший в комбинезоне Заря полетел вниз, на снова вставшую на ноги и карабкающуюся вверх троицу. Летевшее тело, не задев никого, грохнулось на уже черную землю, выбив пыль, черным облаком скрывшую тело. В тот же момент краем глаза он заметил третьего десантирующегося мертвеца, но тот, не успев схватиться за черные безжизненные ветви, которые вдруг стали хрупкими и ломкими, пролетел мимо. В результате он, приземлившись плашмя на землю со знатным шлепком, выбил еще одно облако трухи. Калмык тем временем уронил винторез и уже скинул своего на землю. В руках у него был нож, по самую рукоять измазанный красно-желтой слизью.

– Живьем брать хотят, твари, – сказал он.

Забрало его комбинезона было в разводах то ли слюны, то ли измененной крови этих существ. Получив неожиданный отпор, зомби вновь принялись штурмовать дерево, но уже вшестером. Не намереваясь больше прятаться, Калмык достал пистолет, такой же пластиковый «Глок-17», и включил налобный фонарь.

– Я так понимаю, слюна у них заразна? – спросил сталкер.

– Правильно понимаешь, Калмык, и да, мы им живьем нужны, – ответил Трофим. – Пополнение.

Пистолет он не выронил, и они оба были вооружены.

– Мы сейчас по-другому сыграем, – сказал сталкер и, прицелившись, стал стрелять по рукам первого мертвеца.

Стрелял он метко, и, судя по всему, патроны у него были не простые. Пуля разбивала кость в мелкие куски, делая ее мягкой. Несмотря на это, лезущий первым продолжал держаться, не падая. По нему лезли уже другие. Сталкер выстрелил в голову. Мертвец подкатил глаза и, замычав, начал падать, цепляясь за других, вовлекая их в падение. Осталось только двое ползущих к ним. Калмык тут же накинул петлю на шею первому, лезущему практически без одежды, и через ветку вздернул его вверх, зафиксировав в подвешенном положении.

– Все, Док, отстреливай всех, мне нужна минута, – скомандовал он.

На мертвеца петля на шее и отсутствие опоры под ногами не произвели никакого впечатления, он умудрился одной рукой зацепиться за ветку, притянуться и, находясь чуть ниже сталкера, схватить его за ноги. Калмык тут же выстрелил ему в голову, заставив тело обмякнуть. Затем он втащил его выше, развернул и связал руки за спиной, вместе с ногами, соединив две связки. Таким образом, существо руками касалось собственных пяток. Зомби пришел в себя, вися на одной шее. Не в силах сказать слова он таращился на Калмыка. Трофим хоть и был никудышным стрелком, но большая обойма, близкое расстояние, медленные цели давали ему огромное преимущество, он сбрасывал одного за другим мертвецов вниз. Он не заметил, что на ранее зеленой опушке из десятка деревьев уже не осталось ни одного живого растения, все превратилось в черный, словно сгоревший и осыпающийся прах. Калмык внимательно смотрел на мертвеца.

– А ведь он не подыхает, Док?! – с удивлением сказал он. Трофим дрожащими руками поменял обойму. – А если вот так?

Зверолов воткнул охотничий нож в мертвеца и распорол ему брюхо. Существо задергалось. Порченые красно-желтые внутренности посыпались вниз, на вновь упрямо карабкающихся мертвецов. Сломанные кости их срастались, но казалось, что они все-таки стали медленнее. Висящий на одной только шее зомби и Калмык продолжали сверлить друг друга взглядами.

– Док, он как резиновый, режешь как будто покрышку, и он все равно в сознании! – не то восхищенно, не то возмущенно сказал зверолов. – Его что на части тут разложить? А? Как думаешь, срастется?

Трофим уже не очень соображал, находясь в шоке от того, что делал Калмык, и от настырно лезущих к ним мертвецов.

– Они не пользуются пищеварительными органами, – крикнул ученый, краем глаза глядя на висящий безобразный вспоротый объект.

– Не пользуются? – изумился Калмык. – Интересно, а вот этим они пользуются?

Он чирканул внутри мертвеца ножом, нисколько не смущаясь, засунул туда руку и выдернул сначала легкие, а потом сердце, которое едва пульсировало, выплевывая темную, почти черную кровь. Трофим хоть и вскрывал ранее объекты для изучения, но делал это в хорошо освещенном кабинете, вместе с коллегами, под запись видеокамер, бережно упаковывая органы, взвешивая, измеряя, в то время как другой ученый относил все это в холодильник с обязательными надписями даты, времени и названия органа. Но тут, в этой зачумленной обстановке, на черном дереве, в тумане и грохоте выстрелов выпадающие их зомби куски никак не ассоциировалось у него с этикой некробиолога, а уже стонущие внизу мертвецы никак не ассоциировалось с коллегами в белых халатах.