Чтение онлайн

– А-а-а!! – еще громче заорал Сагитай, вцепившись руками в бортик.

– Валим, Сага! Валим! – потянул друга за шкварник Яков. Выглянув вниз, он не увидел Лены, нацепил перчатки, подцепил оба рюкзака и полез вниз. – Перчатки надень! – крикнул он напарнику.

Биотанк катился прямой наводкой на них. До людей оставалось метров триста. Сагитай, плохо соображающий от ужаса, надел перчатки и на непослушных ногах последовал за напарником. Ниже, через несколько метров, он почувствовал, как его ботинки заскользили по мокрым от крови гнуса металлическим ступенькам, а затем увидел красно-коричневые капли крови, которые, казалось, шевелились от вибрации и норовили соскользнуть и капнуть на лицо. В этот момент валдарниец завопил опять десятками голов, и Сагитая передернуло, но он уже не кричал, собравшись на механическом преставлении рук и ног. Лестница не кончалась. Он чувствовал вибрацию железных ступенек от шагов Якова, но если бы он не знал, что высота всего пятнадцать метров, то подумал бы, что лестница в разы длиннее. Каждая ступенька, казалось, ни насколько не приближала его к земле. Сагитай все еще продолжал видеть шевеление камышей, расступающихся и ломающихся под весом биотанка. Он знал, что это лишь кажется, а скорость, с которой движутся они, гораздо быстрее той, с которой катится через плотные камыши по вязкой жиже чудовище. По крайней мере он не допускал обратной мысли. Наконец он перестал видеть гнущиеся камыши, а вибрация от шагов напарника пропала. Вот и его нога коснулась чего-то мягкого внизу. Ноги, прикрепленные к тазу. Все, что осталось от подруги Лены, ну вот только еще и кисть в пяти метрах южнее.

Яков уже мчался к машине, Сагитай, подпрыгнув, наконец дал волю панике, припустив за ним так, что легко обогнал, тащившего два рюкзака и гранатомет друга.

– За руль! – крикнул Яков. – Где Док?

Трофима не было возле машины. Сагитай уже обогнул внедорожник спереди и, открыв водительское сиденье, заглянул внутрь. Никого.

– Док!!! – заорал он.

Внезапно в десятке метров позади он увидел стоящего за деревом, прижатого спиной к тополю ученого, из-за плеча которого на Сагитая уставилось рыло Лены. Она кокетливо посмеивалась, глядя на человека, одновременно целуя в губы мертвеца.

– Он там! – указал направление Сагитай и прыгнул в машину. Ключи?! У Якова! – Яков!!! – заорал он.

Словно в страшном сне, вместо друга отозвался жуткий, низкий, инфернальный голос биотанка. Гораздо громче, ближе и страшнее. Яков уже несся к Трофиму на выручку. На всем бегу, развернув гранатомет и перехватив его одной рукой за ствол, другой за основание приклада, ближе к рукояти. Яков весил прилично за сто килограмм, плюс скорость бега, плюс пятнадцать килограмм веса оружия, плюс адреналин. Все это суммировалось в удар такой силы в блаженное от проделанной работы лицо гнуса, что тело перевернулось в воздухе, отлетев на несколько метров в куст волчьей ягоды. Не теряя времени на уговоры, Яков взвалил ученого на плечо и, быстро семеня ногами, понесся обратно к машине. Шум камышей и чавканье воды под толкающими тело биотанка ногами и руками уже было слышно четко и ясно. Яков поравнялся с машиной, открыл дверцу, пихнул туда Трофима и… ломая камыши, перепачканный черным илом, покрытый гирляндами зеленых водорослей, к основанию вышки выкатил биотанк. Скомканные в шар человеческие тела, травмированные обо все, что может лежать на дорогах и вне их, сросшиеся ужасными гребневидными шрамами, рассеченные заново и сросшиеся сотни и тысячи раз лоскуты кожи с утопленными внутри в своих пазах человеческими головами, торчащие руки и ноги, тоже развернутые с течением времени таким образом, чтобы толкать и разгонять общее тело было эффективнее. Громадная высота получившейся конструкции около трех метров и парализующее действие на психику.

– А-а-а!!! – в очередной раз заорал Сагитай.

– Заводи! – захлопывая за собой дверь, закричал Яков, видя, как чудовище покатило к ним.

– Ключи!!! – взвизгнул Сагитай.

Яков воткнул ключи в замок и сам запустил двигатель. Сагитай выжал сцепление, надавил на газ и включил первую передачу. Двигатель взревел. Стрелка тахометра ушла к красной линии. Водитель бросил сцепление, и «Тойота», раскидывая мелкие камушки передним мостом, двинулась с места. Но недостаточно быстро. В зад ей врезался валдарниец, толкнув набирающую скорость машину вперед. Раздался ужасный, словно из адового пекла, многоголосый крик. На этот раз заорали оба, и Сагитай, и Яков. Несколько рук попытались зацепиться за кунг. Послышались хлопки и царапанье когтей по поверхности. Сагитай врубил сразу третью, и машина понеслась по забытой всеми полевой дороге на юг, а вслед за ней, постепенно отставая, катил безобразный валдарнийский танк.

Белый внедорожник с серым крестом на крыше несся по полевой дороге. С правой стороны стояла стена леса, край которого состоял из сломанных березок и кустарника, а слева было пшеничное поле, которое начали убирать, но так и не убрали. Полевой стан фермерской бригады с несколькими комбайнами, топливозаправщиком и прицепной кухней в круглой будке, откуда торчала труба, стояли на пятаке. Машина, поднимая пыль, пронеслась мимо техники, не имея ни малейшего желания останавливаться и заглядывать внутрь. Бойцы уже с десяток минут ехали молча.

– Мелкий, – утвердительно, словно наконец определившись, сказал Сагитай.

Яков, судорожно держащий ногами и руками гранатомет, удивленно посмотрел на напарника.

– Кто? – спустя некоторое время спросил он.

Сагитай продолжал следить за дорогой, напряженно держа баранку двумя руками. Миновав сотню-другую метров, плавно покачиваясь на дороге, он уверенно добавил:

– Картофель.

Яков покрутил головой, выглядывая в окна. Справа стена леса, слева нескошенное, клонящее тяжелые колосья поле, освещаемое бегущими лужайками света из-за рваных облаков. Никакого картофеля. Несколько минут он напряженно думал, наконец, не придумав ничего, спросил.

– Где?

Еще несколько мгновений молчания.

– В штанах! – убежденно сказал Сагитай.

Еще некоторое время ехали молча.

– Поливать надо было… – хмуро заметил Яков.

– Так его еще и полить?! – возмутился Сагитай.

Друзья заулыбались. Конечно, это была шутка, но она настолько была близка к правде, что было бы и простительно.

– Никогда так не боялся, – признался со вздохом Яков, по-прежнему судорожно сжимая грозное оружие.

– А у меня постоянно. Каждое утро как проснусь – ору! – противопоставил Сагитай. – Как придурок на самовар.

– Ага, – кивнул Яков.

На душе стало полегче. Хотя еще и потряхивало, но постепенно вместо ужасного крика биотанка и катящегося огромного грязного шара с конечностями в голове стали появляться и остальные мысли.

– А Дока, смотри, быстро в оборот взяли, – хохотнул Яков.

– Да! Он у нас парень видный! Не то что мы с тобой, два утырка. Женщину за борт выкинули. Она к нам со всем сердцем, а мы ее – ать, и за борт, – нервно хохотнул Сагитай.

– Ты… ты… – Якова скрутил смех. Он указывал на друга пальцем, упершись головой в гранатомет. – Ты ее подругу видел?! Ха-ха! Я же ее… ха-ха… я ж ее, когда в люке квадратном увидел, ахах, думал, мужик лезет! Ахах! Присмотрелся, и правда мужик!

– Старательный! – заорал Сагитай, смеясь и плача одновременно. – Тогда я лучше с Леной, хо-ха-ха, а ты… а ты…

Он не смог продолжить, от смеха и без того узкие монгольские глаза Сагитая стали еще уже, и он даже переставал видеть дорогу. Чтобы сделать глаза шире, он открывал рот и изо всех сил старался стянуть губы трубочкой. От этого гримаса получалась вообще убойной. Очевидно, это выражение должно было бы появиться у Якова при более близком знакомстве со старательной подругой Лены, и Яков, увидев это на мгновение, уже и так выдохнув весь воздух, уперся лбом в панель и тихо скулил. Внедорожник остановился. Не выдержав, бойцы, открыли дверь и выпали по разные стороны из машины прямо в песок и на придорожную подсыхающую траву. Еще минуту они приходили в себя, завывая на все лады. Сагитай почти наощупь вполз в машину, Яков же наконец выпрямился и теперь, стоя гордо, как человек, задрав голову, выплескивал остатки смеха в небо.

– Блин, братан, еще немного, и я бы картошку полил! – смеясь, сказал Сагитай.

– Так ты все-таки ее высадил?! А-ха-ха!! – прыснул по-новому Яков и без сил ввалился в машину, хлопая руками по панели, умоляя Сагитая перестать делать с ним подобные вещи.

Даже Трофим сидел, как будто бы понимая, о чем речь, и улыбался, глядя то на одного, то на другого.

– Ох… е-е-е… – протянул Сагитай, с трудом вдыхая.

– … не говори… – вторил ему Яков, выдыхая в потолок и стараясь дышать носом. Его дверь была открытой, и он одной ногой был на дороге. – Надо детектор обновить.

Он включил детектор и переключил несколько режимов. Добравшись до счетчика Гейгера, Яков присвистнул и вышел на улицу. Двигаясь с ним вдоль машины, он подошел к задней дверце кунга. Счетчик показывал стократное увеличение нормы радиации.

– Это сколько нужно в себе радиации нести, чтобы при одном касании так наследить?! – изумился он.

Сагитай глянул на экран детектора и не сдержал возгласа.

– У него внутри цезий, что ли? Мыть надо, однако! У нас там продукты. Чувствую, мало я «пузырей» прихватил. Мы-то ладно под артефактами, а еда? – Сагитай задумался на секунду. – Хотя «пузырь», может, и изнутри выведет тоже, но лучше следы убрать. Вода есть? – спросил он.