Чтение онлайн

— Второй этаж, справа, — глаза трактирщика злобно блеснули.

***

Дезмонд увидел мальчишку снова, когда уже поднимался по лестнице. Тот сидел, скрючившись, на площадке второго этажа. Пальцы его, похожие на узловатые лапы коршуна, сжимали край рваной рубахи. Услышав шаги, мальчишка съежился ещё сильнее и всем телом вжался в угол между стеной и окном, давая постояльцу пройти.

Дезмонд сделал два шага и миновал Корысуля, затем остановился, размышляя. Кто-то должен был знать всех постояльцев в лицо. Дезмонд обернулся и замер перед слугой.

Ощутив на своём лице тень от высокой фигуры, Корысуль сжался ещё сильнее. Незнакомец вызывал у него ужас с тех пор, как переступил порог гостинцы. Он был похож на тех из каравана, что везли его через горы, а потом оставили здесь. Только те были меньше ростом, и сила, исходившая от них, была намного слабее.

Незнакомец заговорил, и голос его вполне соответствовал тем мыслям, которые владели Корысулем. Мальчишка с трудом разбирал слова и лишь затравленно смотрел на мужчину снизу-вверх.

— Всё в порядке? — спросил тем временем магистр и протянул руку, чтобы помочь тому встать. Мальчишка отодвинулся ещё на полсантиметра.

Дезмонд присел на корточки, разглядывая мальчишку вблизи. Ничего особенного в нём не было. Под слоем грязи угадывались прямой нос и немного ещё пухлые щёки. Зрачки были так расширены, что Дезмонд не смог бы разобрать цвета глаз.

— Он работает за деньги, милорд, — послышался сзади скрипучий голос трактирщика.

Дезмонд резко обернулся и вопросительно поднял бровь.

— Два медяка в час, два серебряных за ночь.

Дезмонд наморщил лоб. До него начинало доходить. Он снова обернулся к мальчишке. Осмотрел костлявые плечи и разодранный ворот рубахи.

— И хорошо его покупают? — спросил рейнджер, не оборачиваясь.

— Получше, когда он не такой попользованный, — пожал плечами трактирщик, — он сегодня уже отработал, так что могу сделать скидку.

Дезмонд встал и не глядя достал монету из кошелька. Протянул трактирщику. Тот недоверчиво оглядел золотой и попробовал даже на зуб. Дезмонд не смотрел на него.

— Этого хватит, что б купить его совсем?

Трактирщик перевёл взгляд с магистра на Корысуля, потом обратно. Потом прицокнул языком.

— Говори цену, — оборвал его ёрничество воин.

— 10 золотых, — внезапно выдавил хозяин, удивляясь собственной наглости. Дезмонд молча отсчитал деньги и высыпал их в подставленную ладонь. Затем ухватил мальчишку за плечи и вздёрнул вверх.

— Могу я спросить… — осторожно заговорил трактирщик, — что вы будете с ним делать?

Дезмонд серьёзно посмотрел на хозяина гостиницы.

— Я принесу его в жертву богу войны. Мне обязательно нужен для этого мальчишка не старше семнадцати с родинкой на левой пятке. Завтра я должен отвести его в горы и там разрезать на 13 кусков, а потом сжечь.

Трактирщик сглотнул и быстро закивал.

— Рад был помочь, милорд, — буркнул он торопливо и исчез в глубине коридора.

Дезмонд позволил себе слегка усмехнуться и повернулся к мальчику. Улыбка быстро сползла с его губ. Тот стоял полуживой от страха, кажется, до него смысл шутки не дошёл.

— Пошли, — Дезмонд кивнул в сторону двери шестого номера и подтолкнул мальчишку вперёд.

Они прошли в тёмное помещение, и Дезмонд не стал тратить время на поиски огнива. Повёл бровью, и сальные свечки — на тумбочке у кровати и у входа — запылали ровным оранжевым светом. Дезмонд осмотрелся. Комната была довольно большой, но несколько потрепанной. Ванной не наблюдалось, но в углу стояла большая лохань с водой. Перед окном — грубо сколоченная кровать, слева от входа — стол и два стула.

— Умойся, — тихо сказал воин, указывая в глубину комнаты, а сам скинул мешок на пол и присел на стул. Он устало потёр глаза. На Дезмонда не часто накатывала усталость. Никогда, если рядом были друзья.

Он посмотрел на бордовый камень, обвитый серебряными змеями. Камень мерцал очень слабо — и всё же мерцал. Последний был где-то рядом.

Корысуль подошёл и встал неподалёку, ожидая распоряжений. Дезмонд поднял на него взгляд. Лицо мальчишки оставалось почти чёрным. Дезмонд взял его за руку и потянул к свету. Только теперь он понял, что чёрные пятна — не грязь, а синяки, покрывавшие почти всю кожу подростка.

— Садись, — сказал он, указывая на другой стул.

Отвернувшись, Дезмонд извлёк из дорожного мешка тушку копчёной куропатки и охотничий нож. И то, и другое опустил на стол. Оттуда же появился бурдюк с вином.

Мальчик всё ещё мялся в стороне, но когда он увидел жареную птицу, глаза его заблестели. Он подошёл поближе и снова остановился.

— Садись, — повторил Дезмонд мягче, — одна твоя.

Мальчик опустился на краешек стула и осторожно коснулся рукой крылышка. Потом посмотрел на Дезмонда и отдёрнул руку. Будто опасаясь наказания. Рейнджер протянул ладонь и как можно легче погладил мальчика по волосам. Тот вздрогнул, и лицо его исказила гамма чувств — самых разных, от желания ускользнуть и спрятаться до робкой благодарности. Он оторвал от птицы крыло и стал есть, чавкая и давясь, проглатывая огромные куски чуть ли не с костями. Потом поперхнулся и закашлялся. Дезмонд торопливо открутил крышку бурдюка и протянул ему.

Мальчик неловко принял бурдюк из его рук и сделал маленький глоток.

— Ты раньше пил вино? — спросил рейнджер.

Мальчик замотал головой.

— Как тебя зовут?

Мальчик замер и посмотрел на воина.

— Грета зовёт меня Корысуль, ты же слышал… господин.

— Это имя звучит не очень хорошо… что оно значит?

Мальчик опустил взгляд и покраснел.

— Не знаю, — сказа он тихо, и Дезмонд понял, что Корысуль врёт.

— А другое имя у тебя есть?

Мальчик замялся.

— Орландо, господин. Так меня звали давно… в самом начале. Мама.

Дезмонд снова протянул руку и осторожно коснулся головы мальчика.

— Орландо… Это мне больше нравится. Я буду звать тебя Ори.

Мальчик покраснел. Это смотрелось жутковато на посиневшей коже.

— Ори, давно ты тут?

Орландо прикончил остатки куропатки и только потом пожал плечами.

— Сколько-то зим, — он помолчал и добавил, — тут долгие зимы.

Дезмонд задумчиво рассматривал мальчишку. Ему было не больше четырнадцати. Он был перепуган до смерти и вряд ли мог за себя постоять. В ордене такой скорее всего не прижился бы, но и тут бросать мальчика было нельзя.