Чтение онлайн

— Не создали, а лишь послужили инструментом в руках Высшего провидения, — поправил мага монах.

— Вопрос спорный! — Эрстан погрозил пальцем Герону. — Вы, монахи, можете считать произошедшее вмешательством неких высших сил, но на самом деле это было лишь плодом работы человеческой мысли. Ну и, конечно, самопожертвования высших мастеров.

— Казуистика! — горячо воскликнул Герон. — Ты подгоняешь факты под ложную теорию!

— Как раз-таки наоборот — это ваши богословы трактуют события так, чтобы удобнее было манипулировать!

Дилль переводил взгляд с одного на другого, постепенно теряя смысл беседы. Он никогда не увлекался ни магией (ввиду полного отсутствия талантов к ней), ни богослужением (считая монахов бездельниками и дармоедами). А потому сейчас не совсем понимал, о чём говорят эти двое. Нет, конечно Дилль в общих чертах знал историю происхождения Единого — как и любой житель цивилизованных стран, но те детали, в которых маг и монах не соглашались друг с другом, были ему непонятны.

К тому же, Дилль до этой минуты так и не увидел Тернлис, которая уже должна была спуститься. Может, она передумала? Тогда нужно уводить Герона, пока эти двое не сцепились всерьёз. А вдруг Тернлис не передумала уходить, а просто по какой-то причине задержалась? Дилль даже застонал — что делать-то? Может, сходить, проверить, пока его собеседники заняты друг другом?

Между тем маг и монах от словесного несогласия перешли уже к более весомым аргументам в споре.

— …ты же сам сказал, что твоя магия бесполезна!

— Думаешь, если я признался в ограниченности магии, значит, я бессилен? Хочешь, в жабу тебя превращу?

— Ну, попробуй! — Герон демонстративно закатал рукава рясы. — Но если не сумеешь, я тебе вот этим кулаком вколочу понимание в башку!

— Во-от! — Эрстан обвиняюще ткнул пальцем в сторону монаха. — Когда заканчиваются истинные доводы, в ход идёт голая сила.

— А как же тебя ещё вразумить, если ты очевидных вещей не понимаешь? — удивился Герон.

— Так, стоп! — Дилль поспешил вмешаться, пока они не передрались по-настоящему. — Я — человек далёкий от магии и церкви, поэтому никак в толк не возьму, о чём вы спорите.

— Чего тут непонятного? — продолжал кипятиться маг. — Он утверждает, что Единый может всё. А на самом деле это не так. Единый — могущественная сущность, этого никто не отрицает. Но во многом это могущество либо бесполезно, либо ограничено.

Дилль дёрнул за рукав начавшего подниматься монаха.

— Дай ему сказать, Герон. Продолжай, Эрстан.

— Вот, к примеру: никто не обладает такой убойной силой против демонов, как Единый. Так это, монах?

— Воистину, — кивнул Герон. — А также силён он против нечисти: упырей, вампиров, змееголовов всяких. И сила его частично передаётся нам, скромным служителям церкви…

— А теперь скажи, много ли ты видел в своей жизни демонов?

— Лично я — не видел. Но рассказывали о том, что сильны они неимоверно, и…

— Да, да, и обожают пить души человеческие. Вот только незадача: уже триста лет никто этих демонов не видел. Выходит, сила у Единого есть, но она бесполезна — просто некуда её применять.

Диллю этот спор напомнил первую встречу с Героном.

— Знаешь, Эрстан, по-моему тут ты не прав, — сказал Дилль. — Может быть, именно потому, что в мире есть Единый, к нам демоны больше и не суются. Значит, польза от его могущества есть, и ещё какая.

— М-да, — Эрстан почесал затылок, — не совсем удачный пример. Ну, хорошо. Вот, смотри, амулет! И у Дилля почти такой же. Я не могу снять заклинание ни с его амулета, ни со своего собственного. Может твой Единый это сделать?

— Уверен, что да, надо только как следует его попросить.

Однако, судя по тону монаха, уверен он был как раз в обратном. Как и Дилль, Эрстан тоже это заметил.

— Ну так попроси! Только не говори, что для свершения тебе нужно собрать целый монастырь монахов.

— Вообще-то, — протянул Герон, — чем больше братьев обращается к Единому, тем больше шансов на то, что просимое исполнится. К тому же, Единый не всегда склонен исполнять желания людей.

— Вот, я об этом и говорю! — Эрстан торжественно поднял кверху указательный палец. — Сила Единого ограничена как числом просящих, так и его собственными возможностями. А мы, маги, всегда можем сотворить заклинание, и ограничением служит лишь отсутствие знаний по какому-нибудь конкретному вопросу или слабость подвластного магического потока.

— Ну, скажи ещё, что и от настроения мага ничего не зависит, — саркастически хмыкнул Герон. — В этом, по-моему, вы от Единого ничем не отличаетесь — он тоже, бывает, самые простые просьбы выполнять не хочет.

— Герон, мне кажется, что ты только что приравнял Эрстана к Единому, — заметил Дилль. — И вообще, не понимаю о чём вы спорите, если оба согласны с тем, что Единый существует и даже обладает характером, как любой человек.

Маг уставился на Дилля.

— Чтобы объяснить тебе тонкости различий между взглядами магической академии и церкви, придётся начать ещё с Величайшей битвы, — сказал наконец Эрстан. — Это слишком долгая история.

— Мне тоже интересно было бы послушать, — сказал Герон. — В Верхнем Станигеле представителей академии никогда не было, и обо всём знаю только со слов настоятеля да из некоторых книг.

— К тому же, мы никуда не торопимся, — поспешил добавить Дилль, памятуя, что Тернлис всё ещё не ушла. Спать в её присутствии не получится (уж слишком девушка кровожадная на его взгляд), значит, нужно по-любому дождаться, пока беатийка покинет постоялый двор.

— Ну, если хотите… Эй, хозяин!

На зов мага подошёл мальчишка, подметавший зал.

— Хозяин спит уже, господин маг. Чего желаете?

— Чего это он в такую рань спать завалился? — нетрезво удивился Эрстан. — Ах, да! Так, малец, неси сюда той кислятины, что вы вином зовёте. Кувшин… нет, два! И ещё притащи мяса какого-нибудь, хлеба. Да поживее! Держи, сдачу оставишь себе.

Эрстан кинул мальчишке сребреник, и пацан умчался на кухню, воодушевлённый перспективой заполучить пару медяков.

— Надо было сказать, пусть свечу новую поставит, — проворчал Эрстан, глядя на крошечный огарок. — Впрочем, маг я или нет?

С этими словами он щёлкнул пальцами, и над столом зажёгся небольшой шарик, распространявший слабый жёлтый свет.

— Так-то лучше. Мы о чём говорили?

— Ты хотел начать с Величайшей битвы, — напомнил Дилль.

Маг плеснул в свою кружку вина, выпил, пожевал хлебную корку и только потом начал:

— Если вы помните историю, то триста лет назад, а точнее — триста двадцать, к границам империи Гариаль подошли войска некромагов. К тому времени некромаги уже лет десять планомерно завоёвывали юг континента, и все южные страны оказались поглощены их мерзкой машиной управления. Некромаги выжигали личность человека, оставляя нетронутым физическое тело, рабски послушное командам хозяина.