Чтение онлайн

Мюратам еще дико повезло, что курицы промаршировали по всему Пределу… Впрочем, а почему «повезло»? Кто знает, почему они так долго тянули с заключения перемирия с Рориками? Уж не затем ли, чтобы вассалов тоже как следует надкусили? Но это уже теории заговора — хрен докажешь.

А вот особое внимание к Молочному Холму и доказывать не надо. Самое отдаленное от моря и наименее пострадавшее. Ни северяне, ни курицы сюда так и не добрались. Долины теплые, пастбища жирные, крестьяне довольные — того и гляди затмят своего сюзерена. Другие-то герцоги с графьями чуют, куда ветер дует — так и норовят, поганцы, к Холму подмазаться. Всякие интересные заговоры, тайные соглашения, игривые телодвижения армий…

Глядя на мужика за столом, я в очередной раз понял, какой же невообразимой овцой является Аллерия. Действительно, и почему же Мюраты закрывали глаза на «злодеяния» регента? Где же были все инспекторы, когда барон захватывал власть, разрушая все связи покойного герцога? Господи, ну и дура…

Мюратам нахрен не упали такие сильные вассалы, как и инспекторам не захочется очередной войны. Регент столько просидел не вопреки, а благодаря. Потому-то его так скоро и казнили, не заморачиваясь с перевозкой в Столпы и публичным судом, который в свое время устроили для отца Эмбер.

Мало-ли чего рассказать успел бы, говнюк этакий. И потому этого «клерка» в советники прислали. Не сожрали сразу, будут грызть потихоньку и исподтишка.

Не удивлюсь, если он по ночам этот диверсант еще и в подъездах гадит, да землю солью посыпает — вредные советы это так, хобби. Небось половина гвардии ему зашифрованные «письма счастья» шлет…

— Короче, сцена такая — наступает весна, герцогство доедает последний хрен без соли. В пустой казне сношаются мыши, в амбарах они попросту вешаются с голодухи, сеять нечем, сеять негде, зато охрененно большая гвардия! Которая слегка подзадолбалась сидеть без жалования и кушать писюны с гречкой, отчего ею становится сложновато управлять. Вопрос не в том, «зачем», вопрос — кто прибежит первым, предлагая столь нужные для экономики деньги и припасы в обмен на отожранных боевых лошадок? Или вместе с всадниками попросят? А может этот кто-то будет дожидаться нужного момента, дабы скупить командиров и устроить еще один переворот?

Из-за пусть и вяло, но все же функционирующего инстинкта самосохранения, я не упоминал вслух фамилию Мюратов, упирая на «неизвестных заговорщиков», но даже кучкующимся у колонны старостам было все понятно без подсказок. Советник то не с потолка свалился.

На бледное лицо «клерка» было страшно взглянуть. Он как мог пытался заткнуть мне рот, но раз за разом обламывался из-за капризных выкриков герцогини, требующей продолжения банкета.

А что — вполне нормально придумали. И герцогство ослабили и свою мощь за чужой счет восстановили. А главное — дешево и сердито. Высокая политика, блин. Настоящие феодалы! Эх, жалко замполита нет, уж он бы их мигом раком выставил…

Хорошо хоть не зря меня Эмбер столько раз кусала — видимо венерически передается не только тупость.

— Так и… — наконец откашлялась Аллерия, сияя красными щеками и отчаянно переваривая происходящее. — Каков же совет предоставил бы почетный гость? Если бы к нему обратились, разумеется…

Бедная блондинка не знала куда деваться от стыда и злости. Еще в Грисби она дико ревновала малявку, постоянно напоминая кто из нас чемпион, а кто наемное говно. Хотя, про наемное говно Грисби говорил… А, не важно!

— Ну… — почесав затылок и поглядев на толпу придворных шепчущихся про какого-то «инспектора», я наконец родил. — Откомандируйте половину куда-нибудь. Гвардейцев этих. Сотню туда, десяток сюда. Вон, у Грисби конюшня полупустая стоит, пастбищ навалом, недостающий овес с добавками подвезете… Порядок заодно, организуется. Вон сколько гопоты на дорогах развелось да зверья расплодилось — дел что ли нет, кроме как буренок объедать?

Все эти баронеты и поместные рыцари вряд ли откажутся приютить к себе с пару десятков одоспешенных мужиков. Те, кто поддерживали регента либо уже в могилах лежат, либо из кожи вон лезут, дабы открестится от былых грехов. Накормят и натренируют как родных. Ну и для своих дел попользуют, конечно. Там разбойникам бошки открути, тут налоги собери, там зверье шугани… Кормить, конечно, за свой счет, но раз есть деньги бирюльки с брошками, то и на гречку с тушняком найдется.

И опять же, для верных вассалов это награда в виде ощутимого подкрепления и оказанного доверия, а для мутных редисок — дамоклов меч, следящий чтобы в бестолковку не закрадывались интересные мысли.

Вариантов-то у знати немного, самим взбунтоваться — силенок не хватит, а примыкать после смерти регента и его сторонников больше не к кому — настолько внаглую Мюраты не полезут. Свои же кореша из «великих домов» за беспредельщиков посчитают — позора не оберешься, гдеж видано, чтобы сюзерен настолько боялся вассала, что подбивал всяких баронетов на мятеж? Регент-то небось сам власть брал, это уже потом ему поддержку оказывать начали. Хотя, может и нет — хрен разберешь этот серпентарий.

— Вздор! Это разрешение на измену! Сколь много командиров изменят клятве и скрытно сменят хозяев?! — ухватился «клерк» за последнюю соломинку.

Впрочем, зря это он. Публично подозревать придворных в таких «низостях» не самая здравая идея, о чем свидетельствуют побагровевшие лица мелкой знати, теснящейся у ступеней.

— Вор у вора дубинку украл… Тут вербуешь ты, там другие… Контрразведка и под носом нихрена не поставлена, чего уж теперь парится. — вспомнив что правильных решений не бывает, я махнул рукой. — Сами решайте, короче. Мне-то вообще пофиг, не местный же.

Царапнув Аллерию за руку, герцогиня высвободилась с подушек и ухватившись за поднесенный гвардейцем старый меч, с видимым усилием уперла его ножнами вниз:

— Я, вернорожденная Жиннет, первая своего имени из дома Гилберте, законная властительница Молочного Холма и низших титулов, публично усматриваю злой умысел в действиях… — позабыв имя советника герцогиня чуть стушевалась, но все же продолжила излучать восторженно пафос. — Этого мужа! А посему повелеваю — немедля заключить его под стражу, вплоть до доказательства вины или невиновсности!

Удерживая отцовский меч будто игрушку, малявка искренне перлась от развернувшегося представления. Логично, заговоры, интриги, расследования — куда прикольнее чем серые будни и жалобы красильщиков на мочевину. Она же в Молочном Холме живет, а не в Грисби. Ей все это в новинку.

Под завороженные шепотки и едва ли не аплодисменты, пара высоких гвардейцев, с рыцарскими гербами на табардах, выволокли сыпящегося оправданиями «клерка» и потащили его с лестницы. Все-таки чему-то жизнь в одном замке с регентом все же научила Аллерию, и сомневаться в верности домашней гвардии не приходилось. По крайней мере сейчас.

Пожав плечами на жгучий взгляд Клебера, едва не плавящегося от зависти, я снова заметил группку старост.

— С лошадьми-то что? Ну, удобрениями, навозом, гвардией?

Малявка пару раз моргнула, явно позабыв, с чего все начиналось:

— Полагаю… Ну… А! Заботой о распределении эскадронов между присягнувшими домами вверяется военачальнику домашней гвардии, леди Аллерии!

От количества заинтересованных взглядов, впившихся в дрогнувшую блондинку, бедолага едва не загорелась. Неделя у нее предстоит еще та — каждому захочется прикомандировать к себе побольше, да посильнее, а соседу помельче и поглупее. Кому-то для личных разборок или охраны торговых путей, кому-то чтобы выпендриться перед коллегами или выслужится перед троном. Надо бы только проследить, чтобы блондинка на лапу слишком много брала, а то я ее знаю… Хотя стоп, это же не Эмбер!