Чтение онлайн

– Умно. Я бы тоже не решился, если бы от меня зависела репутации школы.

– У Томала была четырёхзарядная винтовка, - вспомнил я. – Ты говорил, что гномы недостаточно точно воспроизвели чертёж. Топорно, если быть точнее. Почему ты дал столь грозное оружие именно ему?

– С Томалом я служил на северной границе вашего королевства. Так получилось. Он меня восхитил своею меткостью и отважностью. Вечно ругался, что ружьё приходится долго перезаряжать, и убивать им просто невозможно из-за плохой кучности летящих снарядов. Решил ему помочь. Заодно познакомить с Иваном. Столь отважного солдата я не встречал никогда. Можно сказать, что именно я причастен к созданию самого результативного отряда охотников на вампиров, - улыбнулся он во все тридцать два зуба.

– Иван. Это имя явно не из этого мира.

– Это я дал ему имя. Он мой сын.

– Сын? Тебе на вид не больше тридцати, а твоему сыну точно за сорок. Ты вампир? – и тут блин родственники. Кумовство повсюду.

– Нет. Я оборотень. Мы стареем намного медленнее, нежели люди.

– Почему Иван, а не другое имя? Джон, например.

– Я назвал его в честь одного русича, с которым мы воевали плечо к плечу в горах на подходе к дамбе, - он заулыбался.

– Ты хотел сказать с русским?

– Нет, - твёрдо ответил Джонатан.

– Ты говорил про автомат Калашникова 47 года. А какого века? – Джонатан открыл дверь, ему в руки вручили поднос с едой. На этот раз там было жареное мясо, вино и хлеб. Поставил поднос возле меня. – Угощайся. Я знаю, что ты не ел больше суток, - он бросил взгляд на пустую тарелку, где не так давно прохлаждались фрукты. – Считаю, что фрукты не являются полноценной едой. Раз мы выяснили, что ты явно не из нашего мира, как и я, то хотелось бы узнать про твой мир подробнее.

– Когда это успели выяснить? – почему я продолжал изображать дурака? Не могу ответить на данный вопрос.

Помню, как меня пытались развести одни бандиты и приписать все косяки мне. Тогда разговор изначально не задался, но среди бандитов был один, про которого говорят: «У него язык подвешенный». Этот мужик пытался всячески вывести меня на «чистую» воду. Предъявлял убедительные факты. Паханы верили каждому его слову. Верили до тех пор, пока я не предъявил убедительный аргумент в виде десяти грамм свинца каждому в голову. Тогда я мог погибнуть раза три точно. После того случая я стараюсь не связываться с такими людьми, но Джонатан, на мой беглый взгляд, относится именно к типу людей с подвешенным языком. Время покажет.

– Арднер, ты же умный мужик. Твои знания точно никак не могут появиться в этом мире. Тут до пневматики ещё полсотни лет, как минимум. К тому же ты точно определил время на моих механических часах. По твоему взгляду всё читалось, как на чистом белом листе с одной крупной надписью. Автомат. Какого именно года? – Джонатан положил пистолет на стол.

– 1947 года провели боевое испытание. В сорок восьмом приняли на вооружение, - нехотя ответил я, но понимал, что упираться нет смысла. Автомат англичанина точь-в-точь повторял все очертания так до боли мне знакомого автомата Калашникова.

– В этом мире началось только второе тысячелетие. Средневековье – как бы назвали у меня в мире. Только в твоём мире автомат изобрели слишком поздно. В моём мире также изобрели такой же автомат, но носил он другое название: «Автомат Кевина 47» или АК-47. Правда, чуть раньше.

– В каком году?
– может он врёт? Всё можно сочинить и преподнести, как правду.

– 1747 год, - ответил он.

– Ты тогда какого года рождения? И откуда? – мне пришлось сесть. Неужели они так быстро смогли развиться?

– У меня круглая дата. Я родился в 1800 году. В Англосаксонии. В семье чиновника.

– Почему такое бурное развитие в вашем мире? – волновал меня один вопрос. И ещё тысячу мелких.

– Бурное? Я бы сказал, что в моём мире больше было времени регресса, нежели прогресса. Давай для начала я расскажу про свой мир. Так будет лучше. Я вижу, что ты мне не доверяешь. И было бы плохо, если бы такое недоверие осталось между нами.

– Могу я, - откусил кусок мяса и начал активно жевать.

– Будет здорово, - обрадовался Джонатан. – Я внимательно слушаю, - он ловко разлил по стаканам вино.

– Не буду рассказывать, что было задолго до появления первого прямоходящего человека. Для тебя будет грузно, а мне не захочется объяснять каждый период. В нулевых годах был некий Иисус. Сын бога Господа. Правда это или нет? У каждого на этот счёт своё мнение, но именно после смерти Иисуса началось наше летоисчисление. Вот этот мир, в котором мы сейчас живём, в нашем мире этот период называется средневековьем. Короли, рыцари, замки, бесконечные войны и болезни. В средневековье, да и ранее, людьми твёрдо управляла вера в богов. Потом пришла церковь и вязла всё в одну узду. Страшное время. Казнь на каждом шагу за неправильное слово или взгляд. Прямо как у вас, - усмехнулся я.
– Время шло, начался технический прогресс. Пневматика, паровые двигатели и медицина дали человечеству не только блага жизни, но и увеличили средний возраст жизни. В девятнадцатом веке войны приносили свои плоды в области медицины и техностроения, но забирали миллионы жизней. Потом началась первая мировая война. 1914 год. Четыре года непрерывной войны затронули большинство держав и дали сильный толчок прогрессу, но ценой миллионов жизней. После небольшого перерыва люди умудрились развязать вторую мировую войну. 1939 год. В войне уже участвовали не только пехота и лёгкие самолёты, но и танки, - посмотрел в его глаза и понял, что про танки ему объяснять не придётся. – В это «прекрасное» время создали первое ядерное оружие. Теперь, спустя больше полувека, никто не пытается напасть на того, у кого есть ядерное оружие. Это прямо очень краткий курс в историю моего мира.

– Забавно. Континенты есть у вас?

– Да. Целых шесть.

– Круто. Есть куда попутешествовать. Вы же покорили космос и летали в соседние звёздные системы? – его глаза загорелись. Видимо он давно хотел это обсудить, но кто бы его понял?

– Почти. Летали до нашего ближайшего спутника Луны. Расстояние почти четыре сотни тысяч километров. И то многие думают, что никакого приземления не было на спутнике, а всё засняли в павильоне на синем и зелёном фоне.

– Жаль. Мы смогли только достичь холодной планеты и то толку от неё нет. Тяжёлый водород можно экспортировать, но цена за грамм будет просто катастрофической, если мы не создадим более дешёвый маршрут, - поник головой.

– У тебя что за история?

– Начнём сначала. Наше летоисчисление началось от образования первой цивилизации на суперконтиненте. Не знаю, как у вас, но в моём мире не было эволюции. Просто появились первые люди с примитивными животными инстинктами и умудрились не сдохнуть от превосходящих по всем пунктам хищников. Потребовалось почти полторы тысячи лет, чтобы появилась первичная металлургия. Потом прогресс пошёл семимильными шагами, - он использовал фразы из моего мира, и как-то странно всё это звучало из его уст. Неужели всё каким-то образом повторяется, просто немного по другому сценарию? – Уже в семнадцатом веке мы смогли изобрести ядерное топливо, а через сорок лет ионное и водородное, которое было стабильным и никак не могло перейти в избыточную реакцию с последующим взрывом, или как у нас говорят: «Активное выделение тепловой энергии».

– Бомжи зимой в Норильске оценили бы шутку, - рассмеялся я. После вкусного ужина у меня появилось настроение. – Почему вы так быстро начали развиваться? Атомная энергия не проста в освоении. Даже те же самые АЭС строятся не за пять минут.

– Всё дело в освоении наночастиц и в искусственном интеллекте с улучшенной роботизацией. Любой объект при наличии всех необходимых ресурсов можно построить в считанные дни. Даже бетон можно уложить за пару дней, не дожидаясь полного застывания, если знать физику некоторых искусственно созданных материалов.