Чтение онлайн

— Это Севиндж подарил цветы, — усмехнулась я. — Жест дружеского внимания. А Крис еще не вернулась? — перевела я тему.

— Нет, как ушла с Льярой, так мы ее и не видели.

Стоило упомянуть оборотницу, как та появилась сама.

Оэльрио буквально ввалилась в комнату, плача навзрыд. Мы в первый миг даже опешили. Мы засуетились, усадили ее на кровать, дали воды.

— Что произошло? — спросил Сандр, когда она, наконец, смогла внятно разговаривать. Все еще вздрагивая и делая рваные вдохи, Оэльрио рассказала:

— Когда я вернулась из библиотеки Верд уже был в комнате. Он рассказывал мне ко-какие подробности о том, что случилось перед свадьбой. Все было хорошо, но стоило мне поинтересоваться судьбой кровавого источника, тут словно что -то случилось. Муж набросился на меня, я едва сумела увернуться. Сама не знаю, как мне это удалось. Наверное, успела что-то прочитать в его взгляде. Он погнался, и я оглушила его ментальным ударом, после чего выскочила в коридор!

Мы синхронно повернулись и посмотрели на дверь комнаты, раздумывая, выдержит ли она удар разъяренного оборотника

— Дверь не спасет, он умеет перемещается тенями, — напомнила Льяра.

Мы с Кассандрой испустили разочарованный стон.

— Стоп! Обновленная охранная система академии не позволит ему переместиться прямо сюда, — опроверг Кэсси.

— Это же Вердерион! — как глупенькому повторила Льяра. — В его распоряжении энергия целого источника.

— Бесы! Точно. Но все же источник академии мощнее того, что в Сатор Юти. Так?

— Так, — ответил с потолка голос Ханимуса Каррэ. — Я запер принца Норанга в комнате и усыпил на всякий случай. Можете пока не волноваться. Особенно это касается вас, юная леди. Подумайте о ребенке и постарайтесь успокоиться.

— Почему он так поступил? — Льяра качала головой и смотрела на нас широко распахнутыми глазами, в которых плескались горечь и страх.

— Все это очень странно, — задумалась я. — И кое-что мне напоминает.

— То же самое было с деканом Ланме! — первой сообразила природница.

— Точно!

— Но на Ланме кто-то воздействовал, к такому выводу пришел мой дядя. А кто мог воздействовать на Верда? Это же почти невозможно!

— А если тот же, кто воздействовал и на твоего отца? Он тоже не самый безвольный парень,

— передернулся Сандр.

— Очень сильный Маг крови? — предположила Льяра.

— Км... Кл... Кхамлэ? — едва выговорила дурацкое имя я. — Но он же пойман и находится в Эрлатах.

— Уже нет, — глухо отозвалась Льяра. — Верд успел рассказать мне, что Кхамлэ мертв.

Мы все замолчали, осознавая всю опасность ситуации. Вдруг Льяра принюхалась, сморщила носик и брезгливо выдала:

— Фу! Выбросите, пожалуйста эту гадость! Не могу больше переносить этот запах!

Я с недоумением проследила за ее взглядом и уставилась на несчастный цветок.

— Ты про петунию? — уточнила я на всякий случай.

— Да! Такая же пакость, как и у нас в комнате. Верд, бросаясь на меня, опрокинул горшок и растоптал лепестки. Они так завоняли, что у меня голова пошла кругом.

Я никак не могла взять в толк, о чем она говорит. Как по мне, цветы вовсе не пахли. По крайней мере на таком расстоянии их аромат совершенно не чувствовался. Но то — я, а то —оборотница, да еще и беременная.

— Извини, сейчас я их уберу.

Подхватив со стола кружку, в которой стоял скромный букет, понесла в ванную.

— Постой, это не петуния, — остановила меня Кассандра. — Это скорее калибрахоа, только неизвестный мне сорт.

— Все верно, леди Эллэ, — подтвердил голос бывшего ректора.

— Да какая разница, как эта дрянь называется? Тили-ли, выброси их, наконец! — поторопил меня Сандр, брезгливо наблюдая, как Льяра подавила рвотный позыв.

Я поспешила в ванную и хотела было уже выплеснуть в зев гриба-унитаза содержимое кружки, как вдруг перед глазами встала картина: красные лепестки на полу в кабинете декана Ланме. Красные, точно капли крови, бутоны на ковре белоснежных петуний в Храме Великой Матери. Я сама рассказала о них жрецу. И вот теперь они же в комнате у Ляры и Верда.

Я поставила цветы на столешницу раковины и вернулась в комнату и вкратце поведала друзьям обо всех случаях, при которых видела эти цветы и о своих подозрениях.

— А вот это уже совсем серьезно, — насторожился Сандр. — Если дело в цветах, то тот, кто их принес находится в академии. Откуда ты их взяла, Тили-ли?

— Так, говорю же, Севиндж подарил!

— Идем к Доку, где-то же он их взял. Ректор Каррэ? — вдруг позвал брат, подняв лицо к потолку. — Вы можете связаться с императором или лордом Сатемом и сообщить им о произошедшем?

— Уже сделано, — ворчливо отозвался, тот.

— Отлично. Надо дождаться их появления и все рассказать о наших догадках.

— Ты думаешь, нам поверят? А что, если это только дурацкое совпадение и цветы не имеют никакого отношения ко всем этим случаям помешательства? — засомневалась природница.

— Тогда мы только отнимем время.

— Пока они будут заниматься Вердерионом, мы поищем доказательства. Идем к Доку! — скомандовал мой брат и первый направился к выходу.

В лазарете остро пахло кровью, и неспроста на полу была полоска и даже на стене, словно кто-то намочил огромную зубную щетку и провел пальцем по щетине.

— Оставайтесь снаружи, я сам проверю, — скомандовал Кэсси, первым переступив порог приемной лазарета.

— Раскомандовался! «Уроборос» ударил в голову? — пробормотала я себе под нос.

Брат услышал и показал мне кулак. В ответ я показала язык, но приготовилась вызвать теневых псов на случай, если это понадобится.

— Простите за беспорядок, — вышел из соседнего кабинета Док.

В одной руке он держал ведро с водой, в другой — швабру.

— Я так и знал, что ты маньяк убийца! — обличающе ткнул в него пальцем мой брат.

— А, ты про кровь? — усмехнулся тот, ничуть не обидевшись. — Это просто один придурок вроде тебя сунул руку в клетку с крысой реликтом на спор. Она ему ее в клочья порвала, еле кровь остановить смог. Этот болван все тут заляпал, пока я его шил и перевязывал. Да еще дважды в обморок свалился. Боится он, видите ли, крови и игл! Зато я все сделал сам, и мэтр Такул мне не помогал, его срочно вызвал к себе лорд Яррант как раз минут за десять до этого.

— Молодец, но происхождение стремных пятен на твоем рабочем месте меня сейчас интересует меньше всего, как и хвастовство достижениями, — оборвал его Кэсси. — Я насчет цветов, которые ты подарил моей сестре.