Чтение онлайн

Вторая тварь объявилась одной из августовских ночей и город сразу загудел от пересудов: кто мог высосать половину крови из несчастного кучера? На нём дело не ограничилось и через пару дней нашли уже одарённого, бывшего Новика. Это послужило поводом для вмешательства Геннадия Ортеговича. Ясное дело, что вскоре я был у него в кабинете и пообещал заняться проблемой.

Как удалось выяснить на тот момент, тварь сначала оглушает жертву, а потом, без лишних хлопот, находит вену потолще и пьёт. Я уже видел жертв упыря, потому сразу отбросил этот вариант, правда, успели пойти слухи, что в Петергофе поселился высший вампир. Смешно, конечно, ведь их в принципе не бывает, а пуще смешнее, что я знаю, как выглядят настоящие.

Испитие жизненных сил и обогащение ими, в том числе магическими, практикуется тёмными магами. Если немного пофантазировать, то представить аристократа-вампира можно, вот только долго он своё гиблое дело скрывать не сможет: мы все имеем эфирный запах и окружающие одарённые улавливают его бессознательно. Стоит начать окунаться в подобное, как вскоре виновника выявляют. Это похоже на мимику и как, порой, можно о человеке многое сказать по ней.

Такой вариант тоже следовало рассматривать. При большом количестве одарённых в одном месте, одного дурного вполне реально встретить. Скорее даже – он должен быть!

Однако, ожидая поймать человека, я упускал из виду косвенные свидетельства, что это монстр. По характеру ран можно было легко понять, что пасть у твари вытянутая, с мелкими острыми зубами. Ими она буквально выкусывала кусок вены. Монстром оказалась летучая-мышь переросток – редкий мутант обычного зверя, попавшего в эфирную аномалию. Похожая на летучую мышь, но значительно крупнее и более разумная. Охотилась ночью, выбирая одиночных прохожих. Камнем падала на жертв, чтобы оглушить, а после уже в течении двух-трёх минут насыщалась.

Не для каждого монстра, но всё же есть правило, что следует как можно раньше убить вредную тварь, так как они могут усиливаться и умнеть от жертвы к жертве. Уж не знаю, как было бы с этой летучей мышью, но её я сбил с одного ледяного копья: дело было ночью, она стремглав вылетела прочь из чердака, испугавшись, мне же хватило сноровки выдать первоклассное копьё вслед.

С наградой за успешную охоту получилась довольно интересная история: рода, сравнимые по могуществу с Александровыми, решили устроить закрытый турнир женихов. Это не регулярное событие, скорее забава, но порой случается. Основная его роль – это развлечение и отбор лучших женихов для самых одарённых дочерей. В пользу более перспективного кандидата могут расторгаться даже уже объявленные помолвки. В силу того, что женихи не грибы и после дождя не выскакивают повсюду, к турниру привлекаются и просто желающие молодые маги. Мне бы очень хотелось снова сойтись с Васильчиковым Кириллом, а он на мероприятии точно будет, так как ещё ни с кем не помолвлен. В общем, удалось уговорить Геннадия Ортеговича послать меня как представителя Петергофского гарнизона. Призового места таким делегатам не полагается, но зато поучаствую.

Событие планируют к двадцать шестому сентября, в золотую неделю, вот только меня уже настолько тяготит учёба и связанные с Мариной разборки, что уже даже турнир не в радость.

В этот тёплый осенний день, когда в заливе штиль и можно с большим наслаждением провести несколько часиков в променаде по набережной, я иду на очередную разборку… Надо понимать, что стоило нам начать совместно обучаться, как вокруг неё возник культ почитателей. Я в первое время вообще не мог в толк взять – почему?! То, что миловидная – понятно, что соблазнительная – тоже, но ведь она числится безродной и силой большой не наделена, а виться начали сынки из весьма средних по могуществу семей. И драться друг с другом.

Возможно, что близкое знакомство со Снежаной и её полное расположение ещё повлияло, но Марина честно отшивала их всех и, бывало, совершенно не стесняясь в выражениях. Когда вокруг много свидетелей – играла недотрогу, когда наедине – опаляла скверным характером. Может, если бы я в самом начале не согласился участвовать в забаве, что мы с ней просто хорошие друзья и я лишь оберегаю её от посягательств, проблем могло быть меньше.

Самое гнусное, что биться в полную силу я не мог. Нужно было подбирать степень насилия согласно каждой ситуации. Один гордый дворянин потребовал сатисфакции с Марины за откровенное оскорбление, кое она нанесла ему наедине за чрезмерную настойчивость. Я выступил на защиту и вынужден был принять пару болезненных атак, а потом не так уж сильно бить доморощенного бойца, мол, драка вышла равной.

Сейчас аналогично: члены необъявленного клуба почитателей Марины вдруг прозрели и возмутились, что со мной Марина общается лучше, хуже того, им кажется, что наши отношения даже более близкие. Огнёвка их мягко уведомила, что верных пёсиков спрашивать с кем ей общаться не намерена. Пёсики ответ стерпели, но меня на разговор позвали. Я уже совсем было хотел отпустить удила и отмутузить их, тем паче, что особо родовитых среди актива клуба не оказалось, но Марина меня попросила разыграть иное – я должен рьяно утверждать, что у нас с ней самые что ни есть интимные отношения, да притом по нескольку раз в день, а пёсиков обозвать обидно. Этим я подолью масла в огонь, но они однозначно посчитают меня очередным неудачником. В драке же бить их попросила не особенно сильно. Пусть потом хвастаются друг другу синяками, мол, получили их в служении госпоже.

Я печально вздохнул и шумно выдохнул, привалившись к стене корпуса. Выйду из-за угла и уже увижу их, так что пока есть возможность – покурю.

Мне понятно удовольствие, что испытывает Марина от всего этого. С её самоиронией и объективным пониманием места в иерархии, получать столь интенсивное внимание от одарённых крайне весело. А ещё просто приятно. Для меня эти игры были забавными только вначале, потом нагрузка в виде самой учёбы возросла, требовалось многое нагонять, то есть изучать самостоятельно. Там ещё и по рукопашке тренировки. Кажется, что даже окажись я на месте этих охочих до Марины кавалеров, то сох бы постольку поскольку, когда выдавалось бы окошко в учёбе.

– Так, ладно, пора! – сказал я сам себе и вывернул из-за угла.

Кепку натянул пониже, руки в карманы и иду самой развязной походкой.

– Идёт, идёт… – услышал издалека.

– Ну и чего надо? – оглядел я компашку в количестве восьми магов-учеников. Все, в основном, Вои по уровню. Я же в их понимании уверенный Гридь, что, по идее, должно отбивать всякую охоту к драке, но…

– Что у вас с Мариной на самом деле, признавайся! – потребовал самый активный и при этом низкий из них. Чернявенький такой – их род, вроде бы, возит сухофрукты с юга Империи.

– Любовь, – бросил я и надменно поднял голову. – Самая настоящая. Признался на медни, а Марина приняла мои чувства. И у нас уже всё было, если вам, нецелованным, понятно о чём я.

– Ах ты!.. – замахнул он, а другие тут же подхватили и бросились на меня.

Я был готов и отпрыгнул. Вздел руку, словно захватывая воздух, а потом резко опустил, отчего во все стороны разошлись мощные потоки. В основном по низу, от чего трое сразу выбыли, покатившись кубарем. Надо использовать момент и атаковать других!

Они чуть пришли в себя и сменили кулаки на очевидную магию. В меня полетели простейшие конструкты. Лучшая защита – нападение, потому я, извернувшись змием в воздухе, прыгнул уже к ним и тут же зарядил двоечку, с акцентом на последний удар. Не чтобы убить или размолотить нос, но так, что холёный дворянский сынок потерял связь с миром из-за вспыхнувшей боли.

Сразу же вприсядку, на обратном рывке локтем в колено и подхватил, чтобы противник точно завалился на спину. Может убиться, ударившись затылком, потому послал воздушный взрыв под голову, типа подушки.