Чтение онлайн

Инсфирь продолжала околдовывать таинственной мелодией, её голос завораживал, как песня сирен, что заманивали спешащего на родную Итаку Одиссея, дабы он навеки остался с ними на дне морском. И теперь Настя решила, что в своём безудержном веселье они скорее похожи на собравшихся на шабаш ведьм.

Великая Мистерия праздника затягивала, кружила голову, и прекрасные девы, похожие на лесных нимф, отдавались без остатка этому феерическому ритуалу, забывая о мире вокруг.

Но мир не забывал о них…

Звёзды заглядывали в окна, цветы в саду тянулись к сияющим огням, стремясь быть поближе к волшебству этой ночи. Но главными свидетелями чудесного превращения обычных женщин в прекрасных чаровниц стали гости миледи Лиэлид.

О, как горели глаза мужчин, в восхищении смотревших на танцующих!

– Великий Небесный! – почти простонал Эливерт. – Да, друг мой Наир, только ради одного этого зрелища стоило притащить сюда свой зад. Глаз не оторвать! Прекрасны все, без исключения! Даже те, что казались дурнушками, преобразились в один миг. Словно бабочки порхают. Провалиться мне в Лидонское ущелье, если есть на свете что-то прекраснее этого танца!

– Дочери Великой Матери… – восхищённо поддержал лэгиарн. – Каждую из них она наделяет частью своей нетленной красы. Но ты, увы, как всегда видишь лишь внешнюю сторону. Это больше, чем просто сборище красивых женщин. Это дань вечному движению Жизни. Неужели ты не чувствуешь этого, Эл? Магия… От неё дрожит воздух. Такт, что выстукивают их лёгкие ножки – это пульсация земли, так стучит Сердце Мира. Голос миледи Инсфирь – это Песня Небес, эхо звёздных просторов.

– Охотно верю тебе, Наир. Но я натура не столь утончённая, чтобы при взгляде на подобный цветник думать о возвышенных чувствах и восхищаться мудростью устройства мироздания. Хоть, мне и кажется теперь, что я уже попал на Светлые Небеса, куда мне путь, разумеется, заказан, причём уже давно, и навсегда.

– Думаю, я способен понять твои чувства, человек. От такой красоты у любого дух захватит, – улыбнулся Наир. – И наша Дэини, на мой взгляд, прекраснее всех. Разве что миледи Лиэлид ей не уступит.

– Нет, куда Лиэлид до неё… Никто не сравнится с Рыжей! Только вот, нашей ли? – разбойник невесело хмыкнул. – Нет, Наир, она из тех, кто не принадлежит никому…

Наир покосился на атамана одновременно с сочувствием и неодобрением, но ничего не сказал.

***

– Вечер добрый, милорды! – парни обернулись на тихий голос и встретились с ярко-синими глазами Кайла. – Рад встретить здесь тех, кого я действительно рад видеть, кому я могу сказать это, не покривив душой!

Эливерт кивнул подошедшему.

– И я рад видеть тебя, рыцарь. Дороги наши давно не пересекались. Надеюсь, за это время удача не оставила тебя?

– Ты же знаешь – я всегда в пути, несчастья просто не успевают за мной, – усмехнулся Северянин.

– Судьба коварна. Сколько от неё не бегай – рано или поздно возьмёт своё.

– На всё воля Светлых Небес! – пожал плечами синеглазый рыцарь. – А вас, милорд Наир, что заставило покинуть безмятежные своды Лэрианора?

– Я получил приглашение миледи Лиэлид. Полагаю, как и вы? – просто ответил Наир. – Впрочем, Вольный лес в последнее время место совсем не такое уж безмятежное и спокойное…

– Нынче везде небезопасно, – согласился Кайл. – Как поживает Старший?

– О, отец в добром здравии, благодарю, – шёпотом отозвался лэгиарн, поскольку их негромкая беседа всё же нарушала чудесную гармонию музыки и танца, и стоящие неподалёку мужчины начали недовольно оглядываться на них.

На мгновение они замолчали, глядя на кружащихся в танце девушек.

Потом Кайл спросил очень тихо, ещё тише, чем прежде:

– Кто это?

– О ком ты? – Эл сделал вид, что не понял.

– Та, что говорила с вами? – Кайл смотрел вдаль, где скользили невесомые тени танцовщиц, избегая взгляда разбойника.

Эливерт слега нахмурился, но невозмутимо продолжал делать вид, что не понимает, о ком спрашивает Северянин.

– Говорила с нами? Наир, кто говорил с нами? – он поглядел на покривившегося от его шуток лэриана. – Здесь стояла миледи Лиэлид. О, рыцарь, неужели ты не узнал хозяйку бала?

– Довольно паясничать, милорд Элиол! – Кайл обратил, наконец, свой взор на Ворона, усмехнулся, не разжимая губ. – Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы не сомневаться в твоих умственных способностях. Ты прекрасно понимаешь, о ком идёт речь.

Кайл снова устремил свой взор в центр зала.

– Кто она… Рыжая, танцующая в золотом?

– О, Рыжая, Танцующая в Золотом! Звучит почти как королевский титул! – улыбнулся Наир, гордый за свою подругу. – Забавно – она тоже спрашивала о вас, милорд Кайл.

– Звучит как королевский титул! – хмыкнул Эл. – На вашем месте, милорды, я был бы осторожнее с такими словами! Здесь есть только одна дама, претендующая на королевский трон и титул… Это миледи Лиэлид, разумеется. Ей вряд ли придётся по вкусу, что вы отдали её лавры какой-то никому незнакомой девице… тем более, столь очаровательной девице!

– С каких это пор тебя заботит мнение миледи Лиэлид? – ухмыльнулся Северянин.

– Мне-то наплевать! Но вы, кажется, пока играете по её правилам. К тому же я не хочу навлечь её гнев на нашу Дэини. В конце концов, Рыжая – наша подруга, и мы обещали оберегать её.

– Значит, её зовут Дэини, и она приехала на праздник Девятизвездья с вами? – уточнил Кайл, наконец-то получив хоть какие-то обрывки сведений.

– Дэини – наша гостья в Лэрианоре, а прибыла в Жемчужные Сады она также по особому приглашению Светозарной, – пояснил Наир.

Внимательные синие глаза заинтересованно обратились в сторону лэгиарна, но, не дождавшись продолжения, снова скрестились с ледяной серой сталью взгляда Эливерта.

– Пророчество… – шепнул разбойник и кивнул утвердительно, прочитав немой вопрос в глазах полукровки.

– Она – Дитя Чужого Солнца, Избранница Небес! Символ нашей победы! Она… – торопливо заговорил лэриан.

– Уж об этом точно лучше молчать! – прошипел Эливерт, заметив, что музыка смолкла, и их разговор могут без труда услышать стоящие рядом.

Кайл безмолвно кивнул, вновь с неподдельным интересом стараясь рассмотреть рыжую незнакомку.

Но как раз тут хоровод распался, и толпа смешалась, воспрепятствовав ему в этом.

***

Когда танец закончился, Настя даже растерялась на миг. Волшебство этой ночи закружило её где-то в вихре грёз и детской веры в чудеса, и реальность казалась ненормальной, неестественной.

Наконец, она заметила Эливерта средь пёстрой толпы гостей. Он смотрел прямо на неё и улыбался насмешливо, как всегда. Тёмно-бордовый бархат его рубахи издали переливался, словно мех.