Чтение онлайн

— Орлех! Смотри в оба! Мало ли что…

— Да я-то кому нужен? Меня тут и не знает никто, — усмехнулся зеленоглазый торговец. — Ладно — буду начеку.

Ялиолец вернулся нескоро.

К тому времени Дэини уже устала от посиделок и ушла наверх — оно и неудивительно, дорога сегодня была тяжёлая, долгая. Они спешили, не щадили ни себя, ни лошадей.

Кайл пошёл проводить Рыжую до комнаты, да и сам пока обратно не торопился.

Эливерт щедро подливал в бокал Фархольту, пытался внимательно слушать болтовню сотника и отогнать прочь навязчивые мысли о том, чем сейчас заняты полукровка и Анастасия.

Как бы усердно он не доказывал Орлеху, да и самому себе, что всё давно в прошлом, иногда вдруг накрывало, как вот сейчас. И становилось страшно…

В такие минуты хотелось пойти и убить кого-нибудь.

Всё равно кого. Любого, кто под руку попадётся. Лучше всего — себя.

— Ну что, нашёл своего приятеля? — поинтересовался Эл у вернувшегося Орлеха, втайне радуясь новому поводу отвлечься от докучливой ревности.

— А? Да… да… — рассеянно кивнул торговец.

Вид у него какой-то понурый.

Никак опять недобрые вести? Да при сотнике говорить не хочет.

— Эл, выпивка-то кончилась…

— Что? — тряхнул головой вифриец.

— Выхлебали мы с тобой всё, — рассмеялся Фархольт. — Сейчас, погодите, ещё возьму!

— Так может довольно на сегодня? — попытался удержать щедрого филофдорца Эливерт.

— Э-э-э, нет! Ты что это? Рано расходиться! Сейчас милорд Кайл обратно явится, и милорд Иридион обещал непременно прийти…

Ворон смотрел, как Фархольт нетрезвой походкой направился к хозяину «Приюта у Солы», как Дару махнул повелительно девчонке из прислуги, чтобы принесла ещё бутыль…

Сотник поднял руку, давая понять, что всё идёт по плану. И вдруг его безмятежное лицо вытянулось от изумления.

— Берегись! — запоздало гаркнул на весь трактир филофдорец.

Но этого уже не требовалось. Ворон и так всё понял по его ошеломлённой физиономии.

А ещё спиной уловил. Чутье на опасность у него всегда было отменное.

Эл мгновенно развернулся, одновременно уходя от удара. Развернулся и глазам своим не поверил.

Орлех метнулся вперёд, словно жалящая змея. И если бы Ворон не отклонился в сторону, кинжал, зажатый в руке ялиольца, сейчас бы уже сидел у него под лопаткой.

Торговец, промахнувшись, едва не растянулся, но тотчас крутанулся и с бешеной яростью снова бросился на Эливерта.

Призывать недавнего приятеля к совести и благоразумию не было времени. Как и выяснять, что вообще творится такое.

Эливерт нырнул под руку ялиольца, одновременно подсекая того под колено. Орлех рухнул на стол. Подскочил и атаковал снова, даже на миг не приостановившись.

Тонкий узкий стилет мелькал у самого лица Эливерта. И внезапно Ворона озарило — рукоять в виде змеиной головы. Кинжал, которым его сейчас пытался прирезать Орлех — это же тот самый, из Орсевилона, или точно такой же.

Нельзя было отвлекаться на проклятое оружие. Секундное замешательство, и Ворон поплатился тотчас.

Орлех каким-то невероятным движением опрокинул его на спину, кинулся сверху со злобным рёвом. Ворон успел перехватить удар, вцепившись в руку зеленоглазого красавчика. Оба покатились по полу.

Всё происходило так молниеносно, так стремительно, что наблюдавшие безумный поединок просто застыли на месте, не понимая ничего.

Фархольт очнулся первым, выхватил кувшин с вином у служанки, подскочил к барахтающимся на полу и с силой обрушил увесистый сосуд на голову ялиольца.

Орлех отвалился в сторону. Нож со змеиной головой улетел под стол.

Но торговец снова поднялся, тряхнул головой и опять бросился вперёд, теперь уже атакуя просто голыми руками. Вино залило ему глаза, и он, похоже, мало что видел, но это его пыл не поубавило.

Эливерт отшвырнул торговца прочь, наскочил сверху, безжалостно орудуя кулаками. Несколько ударов в лицо, наконец, утихомирили нападавшего.

Орлех бессильно сник, попытался закрыться от железного кулака Ворона.

— Эй, эй, хватит! — взмолился смуглый торговец. — Рехнулся, что ли? Ворон, ты что творишь?

Эливерт замер, в удивлении глядя на своего недавнего противника.

— Я рехнулся? — изумился вифриец. — Ты, паскуда, на меня с ножом кидаешься, а теперь ещё спрашиваешь, что я творю?

— С каким ещё ножом? Слезь с меня, придурок! — шмыгнул разбитым носом ялиолец.

И Эливерт действительно отпустил его…

Смотрел в недоумении, как тот встаёт, пошатываясь, зажимая рукой хлещущую кровь. Фархольт на всякий случай поднял табурет. Но Орлех вёл себя вполне смирно.

Торговец зацепился взглядом за змеиный кинжал, в глазах его промелькнуло что-то такое нехорошее, пугающее…

— Сгинуть мне в Бездне! — ахнул он. — Нож… Точно! Эл, я что взаправду тебя пришить хотел?

— Это ты мне скажи! — воскликнул вифриец.

— Так… это… — ялиолец размазал кровь по лицу, правый глаз уже заплывал стремительно. Завтра он будет просто неотразим. — Чтоб меня! Брат, прости! Я… я не знаю, что это было. Жизнью клянусь!

Эливерт носком сапога вытащил из-под стола злополучный стилет. Отчего-то брать его в руки совершенно не хотелось.

— Любопытный кинжальчик, — хмыкнул заметно протрезвевший Фархольт, разглядывая причудливую рукоять.

— Ты где его взял? — сурово поинтересовался Эливерт.

— Там… на рынке, — Орлех с благодарностью принял полотенце у подскочившей к ним служанки, запрокинул голову, чтобы из носа так не бежало.

Сторонние зеваки расходились, настороженно поглядывая на недавних противников. Подле остались только Фархольт и эрр Дару.

— Пацан какой-то подошёл… Говорит: «Ножичек есть знатный. Взглянуть не желаете?» Я и взглянул…

Орлех вдруг убрал с лица полотенце и уставился на вифрийца.

— Нет, слушай, не пацан. Это девка была. Ну, точно! Девка… Красивая до одури. Вот с такущими, чуть из выреза не выпрыгивают. Я засмотрелся, понятно дело. А она подходит, лыбится…