Чтение онлайн

Третий рабочий день выдался пасмурным. Потому до университета я и «придурковатый» Кит, которому в учебном заведении предстояло придерживаться выбранной для него роли, добрались промокшими, озябшими и раздраженными.

— Только вы могли представить меня как идиота! Да еще и полунемого, — возмущался он, когда мы уже почти дошли до здания университета. Бедную Ферту снова не взяли, у скотины от перемены погоды ныли суставы, и мне искренне было ее жаль.

— Ты не понимаешь всей прелести своего положения, — покачала я головой.

— Например? Никто даже не станет воспринимать всерьез!

— Не обижайся, мальчик, но всерьез тут воспринимают лишь тугие кошельки и положение в обществе, ни мне, ни тебе ничто из вышеперечисленного не светит. От этого и страдают, немощи, — сплюнула я.

— А?

— Слишком много думают о том, что высоко, когда надо под ноги смотреть. Просто слушай, запоминай и позволяй думать, что ты полный идиот, — дольше проживешь.

Тягостно вздохнув, Кит последовал моему совету незамедлительно, поскольку из дверей университета, словно бабочка-капустница гипертрофированных размеров, к нам летел декан факультета. Мужчина для меня новый и пока незнакомый.

— Доброе утро, доброе утро, — зачем-то два раза повторил он.

— Утро доброе, — весьма вежливо ответствовала я.

Мужчина чему-то в голос рассмеялся, что выглядело весьма странно, учитывая то, что мы продолжали мокнуть под дождем, а за его спиной все так же развевались белоснежные «крылья» из простыни.

— Решил вот поприветствовать вас лично, лично, — опять дважды повторил дядька.

— А ты говоришь, что тебя за идиота примут. Да ты тут почти свой, — на грани слышимости сказала я. — Очень приятно, господин..?

— Ну что вы, что вы, какой я господин, давайте не будем создавать стен в общении. Эдор, просто Эдор.

— Эдор, — приветливо кивнула я, выбрав манеру поведения перед преподавательским составом как крайне дружелюбную и невинную, этакий безобидный добродушный дед.

— Позвольте проводить вас, Соль, ведь к нам пожаловал особенный, особенный гость, жаждущий встречи с вами…

— И что же это за гость? — поинтересовалась я. — У меня занятия, я не могу опаздывать.

— Да ну, боже, боже, — замахала «крыльями» «бабочка-переросток», — какие занятия, у вас осталось всего пять студентов, о чем тут волноваться.

— Пять или двадцать пять — не имеет значения, — холодно ответила я, потому как никаких гостей не ждала — это раз, и слово «гость» прочно ассоциировалось со словом «неприятность» — это два. Порядочные люди по утрам на чужую работу в гости не ходят. — Кто меня ждет?

— Очень важный, важный аланит нашего общества, — все еще зубоскальствуя, ответил декан, но от этой натянутой, насквозь фальшивой улыбки его вид казался больше безумным, чем добродушным.

— Это не ответ, — отмахнулась я, обходя по кругу внушительную фигуру, укутанную в белоснежную тогу. Вот только «бабочка» и не думала так запросто сдаваться и отпускать меня с миром.

— Все же, все же, — заискивающе улыбнулся он, — вам стоит встретиться с нашим гостем. Думаю, данная встреча не доставит вам лишних хлопот, а вот отказ от нее… да, — исподлобья взглянул он на меня.

— Мой хозяин в курсе? — спросила я, решив пойти по ненавистному, но единственно правомерному пути.

— Это ни к чему, — взгляд Эдора на миг стал затравленным, но улыбка с его лица так и не сошла.

Одно я понимала точно: когда аланит решается, пусть даже косвенно, противостоять такому мужчине, как Эль Ариен, причина должна быть веской. А еще я подумала о том, что раз этот гость имеет такое влияние, то это скорее знак доброй воли, что он пришел сюда, а не нашел способ встретится со мной как-то иначе.

— Что ж, хорошо, но вам следует иметь в виду, что от хозяина хранить секреты у меня нет ни единой причины, — вот так вот, посмотрим на твою реакцию.

— Возможно, мне удастся найти ее для вас? — натянуто улыбнувшись, предположил декан.

— Смотря как постараешься, — хмыкнула я, проходя мимо него.

— Возможно, вашему ассистенту стоит обождать вас в вашей аудитории? — снова предположил он, как только мы с Китом зашагали следом за деканом по коридору.

— Зачем?

— Ну, я могу предположить, что разговор будет приватным…

— Он все равно идиот, — пожала я плечами, — вряд ли что-то поймет, даже если очень постараться объяснить. А если потеряется, так мне перед его матушкой неудобно будет, бедная так мечтала, что мальчик поумнеет с годами, но кому возраст в этом помогал?

— Так он правда не понимает, о чем мы говорим? — подозрительно сощурившись и смерив взглядом молчаливого Кита, который, судя по всему проникшись ролью, разинув рот рассматривал роспись, что украшала административное крыло, поинтересовался Эдор.

— Ну, не то чтобы совсем, — призадумалась я, — так, в общих чертах. Все равно, — отмахнулась я, — запомнить не сможет.

— Даже запомнить?! — поразился Эдор. — Что же это за недуг?

— Идиотерия обыкновенная, — с умным видом изрекла я. — Степень обострения зависит от фазы луны, и в полнолуние он даже может быть заразным, если случайно плюнет на свою жертву.

— Да вы что?! Впервые слышу о таком…

— Да, да, — грустно покивала я, — очень редкая в Иртаме болезнь…

В этот момент я замолчала, так как декан пораженно замер посреди коридора и, казалось, даже не был в состоянии ни моргнуть, ни сделать вдох.

— Что-то не так?

— Полнолуние… — потерянно прошептал он.

— Да, я же говорю, в полнолуние он может заразить того, на ком…

— Позавчера было полнолуние! О боги…

Нахмурив брови, я подошла к декану со всей серьезностью, в то время как Кит вовсю хохотал, повернувшись к нам спиной, отчего могло показаться, что у него начались конвульсии.

— Он что, плюнул на вас? — зачем-то потрогав его лоб и оттянув ему нижние веки, поинтересовалась я.

— Я не знаю, вроде бы нет… — не слишком уверенно прошептал декан.

— Мне очень жаль, — грустно прошептала я.

— Неужели ничего нельзя сделать, если подобное произошло? Должно быть средство, ведь прямого контакта не было…

— Конечно, вероятность очень мала, потому стоит сжечь одежду, в которой вы были, и ту, с которой она соприкасалась позже… незамедлительно! Всем нужно заняться этим как можно скорее, хотя, конечно, вероятность крайне маленькая. И еще необходимо три дня пить настой семиголовника по пятьсот миллилитров, не меньше.

Что ж, будет весело: судя по воодушевленному лицу Эдора, нас ждут три дня беспробудного пьянства преподавательского состава и массовое сожжение белых простыней. Наконец-то… В печь лжеправедные одежки! Я бы еще зло расхохоталась, но мы, кажется, пришли.