"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25
Шрифт:
Ёлко медленно покачала пальчиком.
– Есть разница между лояльностью пану ректору и лояльностью Лешей. Даже несмотря на то, что последняя уже носит на пальчике фамильное колечко Маллоев.
Илега удивлённо похлопала глазами.
– Ладно, хорошо, я понимаю, что богемийская шляхта не очень-то любит богиню хаоса, и что только в ковене, где действуют её братья и сёстры по оружию, можно найти людей, готовых поднять ради неё волшебную палочку… но причём тут коммуняки?
Дворянка удивлённо подняла бровь.
– Ты хочешь сказать, что не в курсе, каким именно образом твоя госпожа выбила из Пендлтона войска для операции с отелем “Сметана”?
Горничная обиженно надула губки.
– Броня явилась от посла не в лучшем настроении. Я не стала уточнять детали. А затем Лешая впала в спячку. А в этом состоянии она не особо-то разговорчива.
Ёлко устало покачала головой.
– Как ты думаешь, кому поклоняются в ЕССР?
– Э-э-э… ну… – растерялась русовласка. – Они же безбожники, так ведь?
– Не-сов-сем, – неспешно отчеканила дворянка. – Всё началось в 1984 году, когда Рим публично предал анафеме партию английских социалистов. В своей речи тогдашний глава корсиканского правительства вновь вспомнил восстание Боудикки, места, где оно началось, и назвал это политическое движение мерзкой отрыжкой Лешего.
– Так что? – удивлённо затрепетала ресницами горничная. – Всё это время в ЕССР поклонялись Броне, сами того не подозревая?
В следующую секунду русовласка поймала лбом ребро ладони Ёлко.
– Ба-а-а-а-ака! Дослушай сначала! Куда ты мчишь? Так вот, понятное дело, что всю эту песню подхватили и остальные монархии мира. Никому не хотелось, чтобы их челядь нутряла ангсоц и стремилась свергнуть государя во имя алого знамени. И чёрный пиар выходил весьма успешный. Тогда-то глава молодого красного государства и сделал ответный ход, декларировав атеистическую направленность партийной деятельности.
– Тогда причём тут Лешая?! – плаксивым голосом вопросила Илега, потирая ушибленное место, а затем зажмурилась и сжалась, ожидая очередного удара.
Но на сей раз Ёлко решила не применять рукоприкладства.
– А притом, что она появилась на политической арене и внезапно начала набирать большую популярность среди простолюдинов. И, тут начинается самое интересное, её риторика имеет атеистическую окраску, несмотря на то, что челядь не особо-то и сомневается в божественности слечны Глашек.
– И это даёт возможность говорить, что всё это время ЕССР пропагандировали идеалы Лешей, просто отделив их от её имени, чтобы не было народного отторжения? – догадалась горничная. – Мол, Лешая всегда была за величие человека, а Рим в своих высказываниях 1984 года был абсолютно прав?
Ёлко кивнула.
– Именно эту схему перед послом разложила Броня. И полирнула всё сверху обещанием информационной поддержки. Ясное дело, Лотарингским об этом знать не стоит. Корона вряд ли обрадуется тому, что будущая пани Маллой разбрасывается подобными посулами.
– Уф… – Илега достала из кармашка платочек и промакнула им лоб. – Ладно… хорошо… это я поняла. Наверное. Давай поговорим о другом… как вы додумались в своём седьмом сценарии до плана, который мне самой пришёл в голову спонтанно? Ты так ничего и не сказала на эту тему.
Ёлко продолжала задумчиво изучать залы голографической версии театра.
– Я не знаю, как об этом рассказать быстро. Тут очень много тонкостей, без упоминания которых моя линия измышления может выглядеть нелогично. Но разжёвывать все эти тонкости…
– Не надо, – с улыбкой покачала головой Илега. – Не забывай, с кем ты говоришь. В конце концов, не я ли сама дошла до этой идеи? Просто… мне казалось, что тебе неоткуда взять, эти… предпосылки для плана. Во!
Дворянка перевела взгляд на гордо поднятый пальчик горничной и улыбнулась.
– Ну, начать с того, что не ты одна общалась с Руфусом Маллоем…
– Ты про его теорию единства и борьбы противоположностей? – навострила ушки русовласка.
– Про неё самую. Само собой, мне было интересно, на что опирался старик, делая столь странные выводы. Но искать пришлось самостоятельно: антарктидянин не особо-то склонен разжёвывать сказанное.
Илега кивнула.
– Угу, помню эту его черту. Но у меня всё проще. Я приняла слова на веру. Зачем мне знать, на какой почве взросли всходы полученных мной выкладок, если куда легче просто понять, пытаются ли меня обмануть или нет?
– Я не настолько доверяю интуиции, чтобы следовать тем же путём, – кивнула Ёлко. – Поэтому и погрузилась в изучение психологических портретов Брони и Перловки. В последнем мне очень сильно помогло общение с Чапыжкой. Она провела в обществе Тёмной Лешей довольно много времени.
– И-и-и-и?
– И всё начало сходиться только в тот момент, когда я не только наложила на эти данные теории Руфуса Маллоя, но ещё и включила в них ещё одну копию Брони.
– Ещё одну?! – икнула Илега.
Дворянка не спешила с ответом. Она парой пассов изменила масштаб карты, “подтянула” к себе район Ковача, а затем увеличила голограмму, изображающую Стенающую Рощу.
Стенающая Роща. Новейшая достопримечательность Праги. Весьма мрачное место. Множество людей, заживо обращённых в древоподобных существ, вынужденных страдать от боли и бессилия, будучи запертыми в уродливые оболочки в полном сознании и без каких-либо шансов на спасение. За исполнением наказания богини следит огромный ясень, чьи ствол, ветви и крона вместе напоминают огромную копию Брони Глашек.
Иггдрасиль.
Илега некоторое время взирала на покачивающееся трёхмерное изображение сонной древесной девы, а затем перевела взгляд на Ёлко.
– Игги? Ты рассматриваешь Игги, как полноценную копию Лешей?
Дворянка кивнула.
– Только так система обретает равновесие. Все вместе они представляют собой…
– Эго, Суперэго и Оно? – догадалась горничная.
Ёлко снова кивнула.
– Это весьма упрощённая модель, но нам сгодится. Давай вспомним события в Коваче? Броня Глашек поглотила коллективного призрака, жаждущего мести, и это закономерно ударило по личности. По Эго, – дворянка наставительно подняла палец. – Предвидя своё грядущее падение, наша зануда принялась кристаллизовать собственное Суперэго том, что полагала своим функциональным телом. А это функциональное тело менялось под воздействием семян ясеня…