Чтение онлайн

– Пятерых сбил?
– спросил Жуков.

– Четверых, товарищ майор, пятый развалился от взрыва четвёртого.

– Неважно, твоя работа, всех пятерых на тебя запишем. Идём в штаб, оформим всё.

В общем, в полку я стал сразу известным, и меня легко узнавали. Да, вернулись все девять истребителей, хотя трое с повреждениями, один так дымил. Сбили ещё три «Юнкерса», остальные бросились в рассыпную и ушли. Пока же закончил оформление, свою машину я получу через три дня, комполка обещал выигрыш отдать, те двадцать «ишачков» на московский аэродром перегонят, а наши лётчики их заберут и сюда, пополняя полк. А то всего пятнадцать машин осталось. Также посетил снабженца, получил комбинезон, свой шлемофон с очками, кобуру с пистолетом «ТТ», ну и всё что нужно. Да, Жуков приказал мне новую форму выдать, а то в старой как шаромыжник. Ну да, пятна не все отстирались. Старую форму я прибрал, для грязных работ, где пригодиться, в новой хожу. Пилотка, фуражки нет. Ну а дальше знакомство с лётчиками эскадрильи, с механиком, что будет моим самолётом заниматься, красноармеец Игнатьев. Одним словом, я обживался в полку. И да, теперь у меня семь подтверждённых сбитых, о чём было доложено в штаб дивизии, наградные оформлялись. Я же рапорты писал, и на пальцах объяснял, что и как делал. Ну и последствия этого были, вечером появились армейские корреспонденты, сняли на «лейку» у борта истребителя, улыбался, приятная у меня улыбка. Взяли интервью, обещали завтра статья будет. За один бой пятерых, большая редкость, такое освещают. А на следующий день получил звание старшего сержанта. Вот такие дела. Да уж, ярко я выстрелил, попав в полк.

Дальше пошла служба. Много безлошадных в полку было, нам и пойдут те самолёты, что обещали, пока же я изучал карты местности, для ориентирования, командир звена проверял. В звене вообще один самолёт, как раз у лейтенанта, так что завтра выезжаем на машинах в сторону Москвы, за новыми аппаратами, вернёмся уже воздухом. А до этого поговорил с командиром звена, младшим лейтенантом Лопаткиным.

– Товарищ лейтенант. Вы же сами видите, что летать тройками, и неудобно, и при повороте один из ведомых всегда опаздывает, и приходясь нагонять. Во время боя это скажется, так вести его звеном, почти невозможно.

– Хочешь парами летать? Ходят такие разговоры.

– Никто нам это понятно не даст сделать. Однако, можем разделится. Например, отправили нас куда звеном, вылетели тройкой, а там вы парой летите. А я поднимаюсь выше, на полкилометра и буду сверху прикрывать, если бой, атакую, постараюсь сбить противника и ввязываюсь в бой, но как одиночка. В этом случае и нас и шансы выше и возможности. А вернёмся также тройкой, как и положено. Вроде как устав не нарушаем.

– Любопытное предложение. Знаешь, а попробуем. Проверим твоё предложение в действии.

– Отлично. Вы не пожалеете, товарищ лейтенант.

– Надеюсь на это.

А через два часа погрузились в «Зис», мест хватало, и покинув аэродром, покатили в сторону Москвы. К вечеру будем, тут в принципе километров двести пятьдесят, и на месте. Я сидел рядом со старшим сержантом Кавериным, вторым ведомым нашего звена. Поездка прошла без нареканий, а вот на нужном аэродроме нас ждало большое разочарование. Самолёты перегнали раньше, и они ушли уже в другие полки. Ушлым командирам, которые просто договорились с теми, кто передаёт. И вообще зачем нас было посылать именно в тот день, когда самолёты должны были быть доставлены перегонщиками? Меня это сразу насторожило. Обычно за несколько дней, чтобы ждали, и чтобы вот такой ситуации не было. Или Жуков лох, а он не похож на него, или тот в курсе что тут за афера происходила, и заранее списал эти самолёты. Теперь понятно почему тот так легко на пари пошёл, он знал, что самолётов не будет. Впрочем, пари есть пари, сказал отдаст свой, значит отдаст свой. Я напомню. Вот так мы переночевали в казармах у аэродрома и с утра обратно, нас даже покормили с местного котла. Кстати, вот кухню на аэродромах я любил, там всегда готовили здорово. Это не в окопе, прикрывая котелок от сыпавшееся сверху земли, пока тебя обстреливают, быстро работать ложкой. Тут столики на четверых, белые скатерти, приборы, официантки и смена блюд. Как в ресторане. Но не всегда, всё зависит от начальника БАО, но в основном именно так, заведено такое правило. Так и вернулись. Доложившись что и как было своему командиру, я про Лопаткина, пошёл на поиски комполка. Тот в штабной землянке был, что-то мурлыкал под нос, просматривая бумаги, которые ему начштаба подавал.

– Товарищ майор, разрешите обратиться?

– А, Антонов. За своим выигрышем пришёл? Не волнуйся, вместо «ишачков» нам дадут «ЛаГГи», десять штук. Один тебе дам, обучим заодно.

Ну вот и вскрылась схема, которую провернул Жуков, вместо устаревших машин, новейшие, пусть и в половину меньше. Я что-то такое и подозревал. Сам же ответил:

– Не совсем так, товарищ майор, я по другому поводу. А обучать не нужно, я эту машину немного знаю.

– Знаешь? Откуда?

– Доводилось полетать. Своенравная машина, с узкой специализацией.

– Не универсал?

– Точно нет.

– Так, объяснись, меня заверили, что эти машины лучшие в своём классе.

– И вам сказали правду, даже скорее принизили. Они не лучшие, они восхитительные. Однако всегда есть это НО.

Общались мы в землянке, Жуков, что проходил лечение на аэродроме, серьёзных травм тот не получил, решил не скрывать от штабных тему нашего разговора. Поэтому внимательно меня слушали все присутствующие. Ещё и комиссар полка зашёл, сел на стул и слушал.

– Говори уже, если начал.

– Это долго, в двух словах же не объяснишь. Может я перейду к той теме, из-за которой пришёл, товарищ майор?

– Твоя тема меня мало волнует, говори, что с «ЛаГГами» не так.

– Тогда кратко. Наше командование дало задание сделать три типа самолётов-истребителей. Для малых высот, средних и больших. Наши инженеры и промышленность сделали, тут они молодцы. Для боя на малых высотах «Як-один», для средних «ЛаГГ-три» и для больших, «Миг-три». И командование сделало ставку на два последних, но немцы в основном ведут бои на малых и сверхмалых высотах, где для них серьёзный противник именно «яки». А вот «лагги» и миги», для этого не подходят, становятся дубовыми, они на это не рассчитаны. И даже в руках опытных лётчиков воевать с ними на равных с «мессерами» на малых высотах, мало у кого получается. Вот и горят они массово на земле. А вот на тех высотах, на которые они рассчитаны, те очень неплохо ведут бои. В чём-то даже лучше «мессеров». Вот и получается, что «ЛаГГ», это узкоспециализированный истребитель, задачи которого сопровождение наших бомбардировщиков, или перехват вражеских. У них и дальность чуть больше тысячи километров. «Миги» вообще истребители ПВО и под это созданы, им на переднем крае делать нечего. Фронтовые истребители, это «яки», да «ишачки». Вот и всё.

– Ну да, разложил по полочкам, - кивнул задумчивый Жуков.
– Так «ЛаГГи» из всех трёх машин нам как раз и нужны, получается. Мы и сопровождаем, и перехватываем.

– Получается так, - согласился я.

– Ладно, убедил, машина стоящая. Что за тема, по которой пришёл?

– Есть возможность получить двадцать восемь «яков». Часть ещё в ящиках, собирать нужно.

– Да? И где такое богатство есть? А то сколько заявок не отправляем, ждите в очереди, или вон устаревшие с других округов перегоняют.

– Мои знакомые, когда Минск окружали, угнали эшелон, и прорвались с захваченных территорий, мосты целыми были. Ночь скрыла их. Потом вагоны загнали на запасную ветку и разгрузили. Срочно грузовой состав потребовался. Только тогда глянули что там было, двадцать восемь разобранных истребителей в ящиках. Ничейные.

– Вот оно как? Почему раньше не сообщили?

– Так я с ними встретился вчера у Москвы. Пожаловался на несправедливость, без машин остались, и вот. Так отдают, они им просто не нужны.

– Ладно, разберёмся… А ну идём за мной Антонов, поговорить нужно.

Так мы и двинули на выход, отошли, без свидетелей. За нами только комиссар пошёл, встал рядом. Жуков же с интересом меня изучая, спросил:

– А ты кто?

Вопрос конечно с подвохом. Я конечно старался держать себя как обычный девятнадцатилетний парень, но видимо всё же что-то где-то прорывалось, и вот эти двое поняли, что со мной что-то не так. И скорее всего комиссар, его цепкий взгляд я часто ловил на себе. Понятно говорить правду, что генерал Шевченко, командующий Вторым Белорусским фронтом, погиб, например, летом сорок четвёртого, и не подумаю. Я ту золотую клетку еле выдержал, чуть не утёк. Тут если узнают, что я из будущего, основная версия, мне вообще хана будет. Держать за закрытыми дверями, взаперти. Нет, такое я даже под страхом смерти не скажу никогда. Однако и врать не стоит, эти сразу поймут, что им лгут, тогда совсем отношение будет другим. Можно сказать, паду в их глазах. Поэтому стоял, мысленно ругаясь, нашлись же проницательные, и несколько удивлённо поглядывал то на одного, то на другого.

– Я лётчик Антонов, этого достаточно, что вам нужно знать.

Те несколько секунд пристально на меня смотрели, переглянулись и развернувшись, молча пошли обратно. Не понял? Я или не подтвердил их мысли, или наоборот, что-то у них сошлось. Не понял по выражению глаз. Подумав, двинул обратно к землянкам нашей эскадрильи, плановое изучение навигационных карт, никто не отменял. История с «яками» вряд ли заглохла, но сейчас явно было не до них. Я подожду.

***

С трудом управляя машиной, моторное масло кидало на козырёк, я перевернул «ишачок», и вывалился под тяжестью своего тела. Изувеченная машина, вращаясь последовала к земле, а я следом, делая затяжной прыжок.