Чтение онлайн

Я кивнула и тут же заподозрила неладное. Он поджимал губы и, кажется, готов был рассмеяться. Переведя взгляд на дочь, и вовсе растерялась. На лице Юлы виноватое выражение исчезло. Она, не удержавшись, хрюкнула и всё-таки хихикнула.

– В чём дело?
– их поведение мне не понравилось.

В ответ на мой вопрос Юла разразилась громким детским смехом. Миранец, прикусив губу, тоже откровенно веселился.

– Да, что не так? Что ключи не нужны были? Так я их сейчас обратно выброшу, - мою ладонь мгновенно перехватили и вынули из неё связку пластин.
– Да что вы смеётесь надо мной?

Терпеть не могла быть в центре внимая, когда при этом все ещё и резвятся за твой счёт. Это выбивало из равновесия.

Миранец, всё так же весело улыбаясь, отвязал от меня трос.

– Мама, ты как свинка чумазая, - прохрюкала, смеясь, дочь.

– Что?
– я, наконец, обратила внимание на свои чёрные от пепла ладони.

– И лицо, - Юла показала на щёки, - ты грязная, мама. Как хрюша.

Резко развернувшись, я демонстративно отправилась в санзону. Они бы там поползали, поковырялись в этом липком пепле. А я бы потом оценила их внешний вид.

Будут они ещё надо мной смеяться. Одна ключи выбросила, второй - ещё раньше набор оригиналов профукал.

Я их выручила, и что в итоге?

Нет, не спасибо. И не молодец. А мама ты свинка. Очень приятно! Никакого уважения и благодарности.

Открыв дверь в кабинку вертикального душа, включила обычную воду и принялась осторожно, чтобы не повредить очень качественный макияж, смывать с себя пепел и сажу. Сначала оттёрла, как смогла, руки. А потом взялась за лицо. Как ни старалась, а на подбородке маска чуть растеклась.

Это окончательно добило.

И надо было миранцу выбросить дорогой "МэйкАп" сестры. Как хорошо он держался, а теперь опять придётся каждый день заново внешность корректировать.

– Что ты делаешь?
– раздался за моей спиной недовольный голос.

– А не видно?
– рявкнула я.
– Мог бы предупредить, что там как в чистилище. Особенно, когда ты мне подсветил. Это было незабываемо!

– Я врубил на минимальную мощь, - словно извиняясь, пробурчал он.

– Поверь, я на своей шкуре ощутила это по максимуму.

Отвернувшись, я намочила пальцы и начала теперь лоб, понимая, что и тут маску уже не спасти.

– Слушай, женщина, а тебе не говорили, что нужно быть благодарной? Ты пролезла ко мне на корабль. Да, я тебя выкинул, но после выручил же. Твоя мелкая дел натворила, а я опять ни слова не сказал. Достали эти ключи и хорошо. Тебе бы спасибо сказать, а вместо этого ты тут ещё и фыркаешь на меня.

– А зачем было надо мной смеяться? Я клоун, по-твоему?!

Не разворачиваясь, снова смочила пальцы и принялась приводить в порядок щёки. Какое-то время он молчал. Видимо, обдумывал мои претензии.

– Знаешь, нам не мешало бы представиться друг другу, - выдохнув, негромко произнёс миранец.

Тут он был прав, обернувшись, недовольно протянула ему руку и произнесла:

– Криста Карс, не скажу, что счастлива знакомству, но всё же.

На его лице появилась злая усмешка. Не успела я сообразить, что к чему, как меня за шиворот запихали под душ и врубили его по полной. Сверху обрушился не просто поток тёплой воды, а со специальными мыльными добавками. При этом их было так много, что моё тело буквально обрастало пеной.

– Зачем?
– заверещала я.
– Что ты делаешь, зараза ушастая?

На мои губы легла тяжёлая мужская рука. Миранец принялся меня умывать. Он делал это так качественно, что пена забивалась в мой рот.

– А это, чтобы не оскорбляла, - прошипел он, видя, как я сплёвываю мыло.

– Перестань, - украдкой прокричала я и тут же проглотила новую порцию мыльной воды.

Поняв, что возмущаться и сопротивляться бесполезно, выдержала экзекуцию до конца. Но стоило вырубить воду, как я попыталась врезать ему хорошенько в живот.

Мой кулак поймали.

Миранец легко завернул мою руку за спину и, дёрнув, прижал меня к своей груди.

– Вот теперь будем знакомы, Криста Карс. Я привык знать всех в лицо. А на тебе было столько краски, что удивительно, как эта маска не растрескалась и не осыпалась на пол.

Удерживая меня одной рукой, второй он ухватил за подбородок и развернул к себе лицо.

– Вот это да, - мужчина странно вскинул брови, - а у нас тут премилая

малышка. Невинные глазки, пухлые губки. Да ты самая красивая детка из всех мною виденных.

– Я тебе не девочка, козёл.

– Хм, всё же стоит узнать, что значит это слово. Не нравится мне его интонация. Позвоню домой да спрошу у некровной сестрицы, она у меня землянка.

– Это плохое слово, дядя. Оно вам не понравится, - услышала я от двери, - мама ты смешная и мокрая.

Закатив глаза, я только фыркнула в их сторону.

– Ну, раз уж пошло такое интересное знакомство, то я Сунир ми Сол.

– Да мне по барабану, кто ты там, - проворчала я, - главное, довези меня до ближайшей нормальной перевалочной станции.

Его пальцы сильнее стиснули мой подбородок удерживая.

– Юла, а твоя мама всегда такая вежливая?
– премило пропел он.

– Мама хорошая, но когда она злится, то лучше смотреть мультики и не говорить ей под

руку.

– Ммм, какой хороший совет, - я снова услышала его смех.

– Но мама редко злится, - словно оправдывая меня, продолжила Юла.
– Только когда денег нет, и когда тётя Аника у нас живёт и грозится меня забрать. Но её уже нет. Она полетела в чёрную дыру.

– Забрать? А почему тётя тебя может забрать у мамы?
– миранец, ожидая ответ, снова взглянул на меня оценивающе.

Не успела я открыть рот, чтобы заставить Юлу замолчать, как моя мелкая нас сдала с потрохами.

– Потому что меня в роддоме выдали тёте, она моя настоящая мама. Но ей нужна не я, а деньги. А Криста, она крутая. Обо мне заботится. Мне больше нравится называть её мама. Она лучше и любит меня. А тётя Аника злая.

– Не надо так, Юла?
– мне не понравилась, что она говорит.