Чтение онлайн

– Приехали. – Мэр нажал на какие-то рычаги, видимо, останавливая полностью движение.

Я сначала припала к окошку, с удивлением отмечая, как сильно изменился особняк Харвисов. Да что там – я бы его не узнала, если бы не тот факт, что к нему меня довез лорд Ибисидский.

Мне подумалось, что сейчас Сарочка обязательно скажет что-то смешное. Но моя улыбка замерла сначала на губах, потом и вовсе исчезала.

Потому что от Сарочки комментария не последовала. Впрочем, от Марель, паучков и Фоли тоже.

Я повернула голову в сторону задних сидений, куда я положила сумку с ценными пассажирами, и обнаружила, что нас разделяла теперь перегородка. Плотная и явно магическая – которая поглощает звуки. А я, сначала от волнения, потом из-за вовлеченности в разговор, просто не заметила этого.

Слов у меня не было, поэтому я красноречиво посмотрела на мэра. Тот ответил мне загадочной улыбкой. Мол, совершенно не знаю, как так получилось, что заслонка закрылась.

Из мобиля помог выйти мне мэр. Я затем забрала с заднего сидения пустую сумку – гримуары вылетели тут же, паучки рассыпались кто куда, а Марель недовольна пошла рядом. Видимо, она обиделась на то, что их вновь бесцеремонно… заткнули, дабы поговорить с «милой невестой».

– Лавку я люблю, но и по поместью тоже скучала! – проговорила Сарочка, первой следуя к новым дверям. – Чистенько как тут стало!

– Подземелья! Мои грязные, погрязшие в грехах подземелья! Если кто-то трогал и, не дай Темный, убрался там!.. – Зато Фолиант ощутимо нервничал.

– Таки я тем людям поставлю памятник. Потом ко мне приходишь после подвалов весь в пыли и саже! Разводишь на полке антисанитарию!

– Ты не понимаешь, женщина, это особая атмосфера! Пыль, засохшая кровь, паутина…

– Не тащи просто эту атмосферу в дом!

Впрочем, теперь я даже благодарна мэру, что ограничил часть салона, ведь они и по дороге ругались! У меня бы сейчас точно нервы сдали, если бы до этого слушала больше часа непрерывных препирательств.

Я с интересом оглядывалась – даже белый фасад сиял, будто бы дом недавно построили. Видимо, камни хорошенько отмыли, а балюстрады отреставрировали.

Мы вошли в дом, и я сразу отметила новую каменную плитку, очень похожую… на мрамор. На которую мэр услужливо поставил мой саквояж.

– Спасибо, – отозвалась я, при этом все еще разглядывая убранство поместья. Прошла вперед. Лорд Ибисидский последовал за мной. Его шаги эхом прошлись по пустому залу.

А я вертела головой и отмечала детали.

Вот софа, которую выбирала я, на стенах краска именно в том цвете, что отобрала я, вон то панно я отметила из каталога с декором… Было удивительно, как рабочие, нанятые мэром, умудрились гармонично и стильно соединить весь мой выбор в интерьере. Но при этом они еще и максимально отобразили историю особняка, не став все кардинально переделывать.

– Хм… Адель, надо признать, цвета ты подобрала удачно. – Марель тоже с любопытством озиралась.

– Чем-то похоже на цвет моей странички сто двадцать восемь, – задумчиво выдала Сарочка.

– Э-э-э… У тебя страницы разного цвета? – Я отвлеклась от созерцания потолков с изящными светильниками. Которые я также отобрала в каталоге!

– Да, разных оттенков. – У Сары встрепенулась закладка. – Таки очень печально, что за столько времени ты это не заметила, Адель!

Мне даже стало неловко – я честно не обращала внимания на цвет страниц магической книги. Как-то было не до этого.

– Адель, – раздался над ухом вкрадчивый голос лорда Ибисидского.

У меня от неожиданности мурашки рассыпались по шее и плечам. Отступив от мужчины, подняла голову и посмотрела на него.

– Предлагаю посмотреть на твою новую столовую.

Я с энтузиазмом согласилась. А мэр, видимо, только этого и ждавший, остался доволен моим ответом и обратился уже к моим друзьям:

– Госпожа Книженция, Фолиант, Мареллина. – Он выдержал небольшую паузу, видимо дожидаясь, пока все повернутся к нему. – Вас Бетси проводит в ваши покои. Мне подумалось, что вам нужно свое личное пространство, поэтому я позволил себе внести коррективы в планировку одной из гостевых. Надеюсь, вы останетесь довольны результатом.

– Покои? – сначала удивленно вопросила Сарочка. Но тяжело вздохнула: – Ах, лорд Ибисидский, знали бы вы, как уставали мои корешки после сна на твердой полке!..

Я смотрела на происходящее с большими от удивления глазами. Покои! Для гримуаров, паучков и мышки! Даже теперь куда интереснее посмотреть на это, чем на столовую.

– Понимаю. Поэтому теперь вы все будете отдыхать с удобствами, – ответил магической книге мэр.

– Покои… – смутилась Марель. – Мне хватило бы и норки…

– Не скромничай, – перебила ее Книжуля, махнув на нее закладкой. – Где Бетси ходит? Фолик, иди ее позови!

– Идем, Адель. – Одар мягко подтолкнул меня в нужную сторону. – Дальше без нас разберутся.

– Вы нечестно играете, – со вздохом сообщила мужчине, едва мы отошли подальше.

– Почему это? – удивился мэр.

– Вы подкупаете моих друзей! – И прикусила язык, чтобы не добавить, что и служанку он успел завербовать.

– Скорее, хочу наладить отношения с ними. Ай-ай-ай, ты приняла мою искреннюю заботу за взятку. И вообще, я очень честный чиновник, Адель.

Я кинула мрачный взгляд на посмеивающегося градоначальника и ускорила шаг. Но при этом я не забывала любоваться свежим ремонтом дома. Только восторг смешался с горечью, потому что… Однозначно Одар потратил ОЧЕНЬ и ОЧЕНЬ крупную сумму. Да, по собственному желанию, но подобные подарки невестам не делают. Или делают, но тем невестам, которые уже скоро станут женой. А я не собиралась выходить за него замуж.

Поэтому наслаждаться красотой вокруг не выходило. Если бы хотя бы ремонт был за мой счет… Но с каждой минутой, проведенной в поместье, я сомневаюсь, что моих накоплений хватило. Или я бы выложила совсем все, до последнего медяка, припрятанного у нечисти на крайний день.

Потому что каждый уголок был продуман и использован по назначению – стильно, сдержанно и элегантно. Но для хоть немного понимающих и разбирающихся в ценообразовании на каждом предмете интерьера будто бы висит карточка с круглой цифрой.

Мое подавленное настроение заметил лорд Ибисидский.

– Тебя что-то смущает, Адель?

Хотелось заорать «всё» и, петляя по полю, скрыться в закате.

Но я лишь тоскливо покосилась на сбросивший листву сад за окно и ответила:

– Сложно сказать.