Чтение онлайн

Рея я хотела забыть. Стереть из памяти, спрятать в сундук все воспоминания о нем, запереть и скинуть в водную бездну. Навсегда. Без шанса на то, что этот ящик когда-нибудь всплывет.

А моя нечисть предлагала разворошить все воспоминания и навести суету.

– Адель, я тебе скажу честно, – вдруг выступил до сего молча внимающий Лаор, – но идея очень даже интересная. Можно хотя бы попытаться. Марель нашла интересную лазейку в законе, в котором четко говорится, что на имущество преступника может рассчитывать пострадавшие от его деяний. Конечно, не факт, что вам отдадут дом – лакомый кусок, знаешь ли, его цена заоблачная, но род Рейвенсов очень богатый. Слушай, мышка, может, и мне написать иск? Хотя бы на несколько сотен тысяч золотых. Между прочим, я участвовал в поисках своей подруги и очень переживал за нее. Три дня и дни ночи плакал! Сгодится?

– Давай лучше поищем ещё что-нибудь в твоем богатом прошлом, – ответила Марель, потирая лапки. – Может, побольше можно оттяпать.

Я с удивленными глазами наблюдала за происходящим и решила, что пусть все это проходит мимо меня. Я свое слово сказала и далее умываю руки.

– Так, я надеюсь, что вы меня услышали. Никаких исков, никаких Рейвенсов… все ясно?

На меня хмуро посмотрели. Правда ответил почему-то Фоля.

– Ясно, ясно… но если хочешь знать, то для владелицы темного гримуара это вообще позорище! Сама злодеяния не вершишь, так хоть законом воспользуйся!

Я его проигнорировала. У меня на повестке были совершенно другие проблемы и вопросы.

– Я сейчас собираюсь посетить деревню, которая принадлежит Харвисам, – заявила я, окончательно ставя точку в разговоре. – Кто-нибудь хочет со мной?

– Я поеду, – первым вызвался внезапно Лаор. – Мне кажется, будет весело.

– Думаешь, Лаорушка? – вопросила Сара. – По мне деревня зимой это скукотень. Грустные люди, слякоть и сезонные проблемы.

– У меня интуиция, – загадочно заявил он. – К тому же дядька у Адель был тем ещё управленцем, поэтому главное, чтобы деревня действительно существовала в реальности, а не чисто наминально на бумагах.

Я передернула плечами. Дядя Кондрат оставил мне много «сюрпризов». Не исключено, что ещё один ждёт меня на территории деревни.

– А у меня дела, поэтому я останусь в особняке, – поведала мышка. – Буду вас тут ждать с горячим отваром.

Экипаж, выделенный мэром, действительно был очень комфортный. Это я осознала, едва закончилась поселковая дорога – ровная и аккуратная. Самое интересным далее было то, что дорога в деревню и не начиналась. Ее просто не существовало – едва ли нечищенные тропинки можно назвать так.

А ведь по тем документам, что я видела, дорогу недавно построили по новой королевской программе. По ней же должны были выстроить школу, и я надеялась хотя бы на нее.

В общем, я мысленно благодарила мэра, что нас не так сильно трясло и что мы ехали в тепле.

Я весь путь смотрела в окошко, и первая заметила, что мы въезжаем в деревню – деревья, укрытые плотной шапкой снега начали расступаться и редеть, а в далеке начали показываться низкие серые домишки.

– Ты чего мрачнее тучи, Адель? – спросила Сара.

– Потому что мы едем уже больше часа по новейшей дороге, построенной на деньги из королевской казны, – поведала я, скривив губы.

Книжуля покрутила у корешка закладкой:

– Какая дорога? Мы через ямы и поляны еле пробирались.

Зато веселым выглядел Лаор:

– Теперь я понимаю, кто спонсировал золотые зубы твоих родственников.

– Это еще не все, – вздохнула я. – Видите высокий забор, который должен защитить от голодных хищников?

Естественно, никакого забора не было и в помине. Лишь вытоптанные дорожки и несколько пугал, уже покосившихся и разваливающихся, с развивающейся на ветру тряпьем на дырявом ведре вместо головы.

– Забор пошел на кожаную обивку кареты Кондрата, – правильно поняла мой намек Сарочка. – Печально.

Чем ближе мы подъезжали к деревне, тем сумрачнее становилось мое настроение. И творящемуся вряд ли можно было применить слово «печально». Это был самый настоящий ужас… Нищета, грязь, разруха.

Карету окружили мальчишки и девчонки от пяти до восьми лет с голыми красными ладошками, которые скоро посинеют от холода. Тощие, на голове не шапки, а грязные тряпки. Да и вместо обуви у них тоже были какие-то лохмотья. Учитывая, что сейчас было учебное время, а детишки маялись на улице, от школы тоже многого не стоит ожидать.

Мой потрясенный взгляд поймал Лаор и попытался ободрить:

– Ну думаю, хуже ничего ты не увидишь. В целом, сама деревня не настолько ужасно выглядит. Смотри, там вот храм Единого как блестит. Значит, не все так плохо.

Я подняла голову и заметила блестящие позолоченные башни храма, каменные своды и ровный кованый заборчик вокруг него. И контраст с тем, что творилось за его территориями был разительный.

– Ну, может, все действительно ужасно, – потерев подбородок, озадаченно выдал наемник.

– Эх, а я только начала думать, что ты из этих, ну знаешь вымирающий тип оптимистов? У которых всегда светит солнце и поют птички, – невинным тоном подколола инкуба Сара.

– А вы будьте поосторожнее со словами, все же численность гримуаров куда меньше, чем инкубов, – с улыбкой отметил блондин.

– Дык это говорит только о том, что инкубы очень любвеобильные, – не оставила его слова без комментария Книжуля.

Экипаж, наконец, остановился, видимо, кучер нашел место, где вообще можно устроить на время лошадей. Лаор вышел первым, придержал дверь и галантно подал руку.

Я с Сарочкой в руках вышла из кареты, и моя нога тут же увязла в снегу. Пришлось и дальше держаться за любезно представленный локоть, чтобы не запутаться в юбках и не свалиться на землю.

Дети продолжали следить за нами – на расстоянии, с опаской и любопытством одновременно. И от их вида у меня снова защемило сердце. Они были одеты совершенно не по погоде, и мне отчего-то стало неловко от того, что на мне дорогая полушубка – к слову, презент мэра, и теплая муфта.

– Что дальше? – спросил у меня Лаор.

– В деревне должен быть староста. Надо бы его найти.

– Как думаешь, вон тот запыхавшийся мужик, это он? – наемник указал в сторону, откуда к нам действительно бежал, основательно запыхавшись, уже немолодой мужчина.

Наверняка о необычной гостье ему уже доложили. Но вот вопрос – знал ли он, кто перед ним? Или ожидал увидеть просто путников?

Вскоре мужчина подошел, и я отметила седину на его висках, простой взгляд, одежду, мало чем отличающуюся от того, что носили те же дети. Можно ли сделать вывод, что если он и староста, то честный человек? Предстояло узнать это и сделать соответствующие выводы.