Чтение онлайн

– В порубе сидит.

– Можно глянуть? Скорее всего, это действительно, Ольга.

Елисей и Добрыня взглянули на Всеволода. Тот кивнул. Епифан крикнул:

– Митрофан, приведи бабу из поруба.

– Ты хоть толком можешь сказать, что приключилось с тобой? – не выдержал Епифан и отвесил подзатыльник своему племяннику.

– Да и сам толком не пойму, - ответил гонец и почесал ушибленное место.

В это время вошла Ольга в сопровождении Митрофана.

– Здравствуй, Елисей, - произнесла она.

– Здравствуй, Ольга, - ответил ратник.
– Князь, это – она.

– Ну теперь то расскажи, что с тобой стряслось, - велел Всеволод.

И Елисей начал рассказ. После того как он закончил, все посмотрели на женщину. Она приосанилась, поправила волосы и победно посмотрела на окружающих.

– Так, Епифан, останется она пока у тебя. Сначала разобьем Торета, потом разберёмся с ней. Теперь всем отдыхать, завтра трудный день, - сказал князь и первый вышел.

Елисей подошёл к дядьке:

– Прощай, мобуть свидимся. Держитесь, надеюсь, до сечи вернусь.

Они троекратно поцеловались, и племянник направился к выходу, Епифан перекрестил его вслед. Затем подошёл к образам и принялся молиться.

___________

1 «ДНЕВНИКИ» - дневные наблюдатели (сленг).

Глава 9.

В лагере кочевников тоже спали не все. Хан восседал на подушках в своей юрте, а перед ним стоял маленький, невзрачный человек в потрепанной одежде.

– Что скажешь, Хорт? Готовы машины чудные для взятия Переяславля?

– Да, великий хан, все три машины готовы, утром будут в твоём лагере. Выполнены по чертежам машин, с помощью которых Александр Македонский осаждал персидский город Галикарнас.

– Прекрасно! Обманули мы русского князя, никто не узнал о твоём задании, теперь повеселимся. Завтра Переяславль будет мой.

– -------------------------

Когда стемнело, войско русских князей подошло к лощине, о которой говорил Андрею Елисей. Изяслав отдал распоряжение спешиться и отдохнуть. После скромного ужина, он вызвал к себе Святослава и Андрея.

– Сотник говори, когда встреча с нашими лазутчиками назначена, - потребовал он у Свиридова.

– Не знаю, князь, думаю ближе к утру, скорее всего, они только недавно добрались до места и приступили к выполнению твоего задания.

– Что скажешь, брат? – обратился Изяслав к Святославу.

– Надо ждать, раз такое дело. Да и люди пусть отдохнут.

– Ишь как заговорил. А недавно собирался с марша бить торков. Хорошо, будем ждать.

Ближе к утру, когда сон самый крепкий, киевского князя разбудил Андрей.

– Вставай, лазутчики прибыли.

Изяслав быстро поднялся, ополоснул лицо и пошёл вслед за Андреем. Сразу же к ним присоединился Святослав, казалось, он и не спал даже. Пройдя некоторое расстояние за Свиридовым, князья оказались возле небольшой землянки. Перед ней стояли семеро воев, среди которых был и Елисей.

– Сказывайте, что разведали, - потребовал киевский князь.

Первым заговорил Елисей.

– Пробрался я тайной тропой в город, видел там Всеволода. Держится твой брат, две атаки отбил, ждёт третьей. По информации его шпионов, Торет пока зализывает раны и не собирается идти на штурм. Еда и питьё у переяславского князя есть, но уже мало стрел, камней, да и половина ратников ранена или покалечена, правда и степнякам досталось. Всеволод предлагает бить торков с трёх сторон: с фланга, с тыла и в лоб. Прижать их к реке и там разбить. Он поведёт своих людей в лоб после того как ваши дружины ударят по супостатам.

– Так, что ещё? – посмотрел Изяслав на разведчиков.

– В лагере степняков всё спокойно. Роют могилы, приводят в порядок снаряжение, делят имущество убитых. Правда есть один нюанс… У хана в юрте был один человечишка, разговор подслушать мы не смогли, но когда он вышел от Торета, то пошёл не в лагерь, а в сторону - в лесок. Мы последовали за ним, но нам помешал часовой, вылез не к стати. Пока пережидали, тот ушёл. Обшарили это лесок, благо не большой, но ничего не обнаружили.

– Тщательно смотрели? – поинтересовался Андрей.

– Нет, не особо – время поджимало.

– Да вы понимаете, что это могла быть, возможно, самая главная информация? Вдруг там резерв или ещё какая хитрость.

– Да не, не похоже, маленький лесок, много войска не спрячешь.

– Вот, что с вами делать? В некоторых ситуациях и один в поле воин, - не унимался Свиридов.

– Да, ладно, чего ты взъелся, - попытался успокоить товарища Елисей.

Князья молча слушали перебранку своих ратников.

– Хорошо, что в деревеньках? – поинтересовался Святослав.

– В деревеньках – тихо. Торков нет, правда, всё пограблено и пожжено. Жителей, тоже не обнаружили. Или ушли за стены или взяты в полон. Да там и деревенек этих всего ничего.

– Люди взяты в полон, - ответил Елисей, - Всеволод говорил, что оставались людишки. Вопрос только, где они - в лагере муку терпят или увели их степняки.

– В лагере пленных нет, - заверил один из разведчиков, ходивших в стан Торета.

– Значит, увели, а может и нет. Не даёт мне покоя этот ночной гость, - высказался Андрей.

– Хорошо, сделаем так. Утром спешным маршем пойдём к городу, не достигая его, разделяемся на две дружины. Святослав, твоя заходит с тыла, а моя будет бить во фланг, прижмём степняков к Трубежу. Всеволод будет бить ворога со стен и конными дружинниками. Пешие останутся во граде как резерв. Нападение на торков осуществим по моему сигналу – «залп огненными стрелами», - принял решение Изяслав.
– Кто доставит послание Всеволоду?

– Князь, дозволь мне, - вызвался Елисей.

– Так тому и быть. Готовимся к выступлению.

Елисей подошёл к Свиридову.

– Андрей, в Переяславле твоя Ольга.

Свиридов не поверил товарищу:

– Что ты мелешь? Как? Когда?

– Той ночью явилась. Теперь Всеволод знает, что ты здесь. Короче, знает всё. Хорошо это или плохо, но это свершилось и никуда не деться.

– Да, обрадовала супружница, ну да ладно, чему быть, того не миновать. Удачи тебе, ещё свидимся. Береги себя и… Ольгу.

– Не боись, - ответил Елисей,- и пошёл к своему коню.

Андрей остался один. Он думал, как поступить, рассказать сейчас всё князьям или дождаться окончания сечи. В конце концов, решил обождать, мало ли как повернёт судьба: «…может мы, а может нас…», как поёт солист группы «Любэ» Николай Расторгуев, тогда и объяснять ничего не придётся. А если всё сложится хорошо, можно будет и поговорить.