Чтение онлайн

Всеволод подошёл к упавшему и перевернул его на спину, перед ним без сознания лежал Добрыня. Переяславский князь вызвал лекаря. Тот явился одновременно с Андреем и Елисеем. Увидев Елисея, Всеволод махнул рукой: «Мол, не до вас сейчас. Позже придёте». Друзья поспешно закрыли дверь с обратной стороны.

Пришедший знахарь осмотрел раны Добрыни, смазал их какой-то вонючей мазью, приготовленной тут же из трав, предусмотрительно захваченных с собой и перевязал раненого. Закончив колдовать над Добрыней, сказал:

– Выдюжит, токмо полежать надобно.

После чего, испросив княжеского разрешения, вышел.

– ----------------------

Андрей с Елисеем стояли на княжеском подворье и вели неспешную беседу:

– Где Ольга?- спросил Свиридов у товарища.

– У мого дядьки, Епифана. Не переживай, она там как за крепостным валом. Скоро свидишься.

– Скорее бы, а то сразу после драки сотню свою собирал, смотрел, распоряжения по расквартированию отдавал. Потом князь вызвал, хорошо хоть тебя по дороге встретил, надеюсь, поможешь чем.

– Конечно! А зачем хоть князь позвал, не знаешь?

– Он мне не докладывал! Думаю, Всеволод рассказал им кто я и что. Сейчас допрос учинять будут.

– Это – не страшно.

– Может да, а может – нет. Что гадать, позовут, узнаю, - подвёл итог Андрей.

Они ещё поговорили ни о чём, но вскоре на двор вышел лекарь, а за ним выкатился паренёк, лет пятнадцати из княжеской челяди. Он позвал Андрея к князьям. Свиридов вошёл в горницу и остановился. На него в упор смотрели шесть пар княжеских глаз…

– Андрей, вот князь киевский, Изяслав, тебя к себе в услужение просит. Горы золотые обещает. Что скажешь? – начал Всеволод.

Свиридов некоторое время раздумывал. Потом, всё-таки приняв какое-то решение, ответил, поклонившись Изяславу:

– Прости, князь, не показал я себя в сече, слишком быстро убёг басурманин. Поэтому считаю недостойным себя служить в великокняжеской дружине. Позволь остаться здесь на границе, а коли моя служба будет переяславскому князю в радость, то можно подумать и о службе великому князю киевскому… Хотя если помнишь, князь, мы с тобой говорили о том, что Русь у нас одна и значит, без разницы, где ей служить: в Киеве ли, в Переяславле ли, али в Чернигове - лишь бы польза большая была от службы сей Отечеству нашему.

– Вот видишь сам говоришь, что нет разницы где служить Руси Великой, так что повелеваю, пока Всеволод не наберёт дружины большей, будешь при нём, а как только соберётся рать необходимая - уйдёшь со мной в Киев, - решил Изяслав.

Свиридов поклонился князьям и вышел. За дверью его ждал Елисей.

– Что скажешь?

– Ну что сказать, оставил до поры меня Изяслав в подчинении Всеволода, а как пойдёт он обратно, заберёт меня с собой.

– И ладно, будешь стольном граде служить, да помогать Изяславу советом, а то он больно нерешителен порой, да некоторых нечестивых бояр слушает. Работа тебе найдётся. Так что пошли, выпьем за твоё будущее, да за удачу твою, - подвёл итог Елисей.

– Да погоди ты. Первое - не век же мне здесь куковать, домой возвращаться надо. Второе – веди меня к Ольге!

Елисей хлопнул себя по ляжкам:

– Фу ты, ну ты, забыл совсем – пошли.

И друзья отправились в дом Епифана.

Самого хозяина дома не оказалось, он выполнял поручения Всеволода по восстановлению города. Зато хозяйской челяди было в изобилии, они отвели ратников в баньку, где Андрей и Елисей с удовольствием попарились, после чего усадили дорогих гостей за стол… И вот тут к Андрею вышла Ольга. Она была в простом крестьянском платье, но сидело оно на точёной фигурке лучше любого бального или вечернего, длинные каштановые волосы сбегали на плечи, обрамляя красивое лицо и лебединую шею. Андрей залюбовался женой.

– Что-то не так?
– спросила Ольга, восприняв замешательство супруга на свой манер.

– Нет-нет, милая, всё прекрасно, я даже не могу злиться на тебя за то, что ты не послушала меня и рванула вслед за мной. Только здесь замужним женщинам полагается прятать волосы под головной убор, - всё-таки не удержался и съязвил Свиридов.

– Конечно, дорогой, я тоже не злюсь на тебя за то, что ты бросил меня одну, а сам смылся в прошлое. А волосы я приберу, - в тон мужу парировала жена.

– Ну вот, встреча любящих супругов состоялась и прошла в дружественной и тёплой атмосфере, - рассмеялся Андрей.

Епифан любезно предоставил Андрею и Ольге комнату в своём большом доме. Свиридов нёс ратную службу, а его жена помогала по хозяйству супруге боярина. Изяслав словно забыл о своём сотнике и не спрашивал его ни о чём и не разговаривал с Андреем при встрече. Свиридову это было только на руку, он понял, что Всеволод и приближённые бояре не раскрыли его тайны киевскому князю, а Изяслав, видимо обидевшись на своего любимца, ни о чём у них не выведывал. От одной мысли, что киевский князь напросится к нему в гости или просто спросит о том, как и где проживает дерзкий сотник, Андрея бросало в жар, а затем пробивал холодный пот.

– -------------------

Прошло некоторое время, дружины княжеские несли службу по охране города, но и не забывали в деревеньки заезжать, проверить, как на окраинах людишки поживают. Из

рассказов местных жителей было ясно, что к границам Руси подошли половецкие1 отряды. Они грабили и убивали селян, уводили их в полон. В общем, неспокойно было на границах. Но, к сожалению, ни разу разъезды русичей не встречались с половецкими отрядами, неожиданно налетали они на поселения русских, быстро делали свои чёрные дела и уходили обратно в степь. Братья Ярославичи торопились восстановить город, набрать и подготовить дружину переяславскую. Было ясно, у Руси появился ещё один враг, более быстрый и коварный чем торко-печенежские племена.

– -------------------

Начал поправляться Добрыня. Он уже самостоятельно выходил из дому погреться на летнем солнышке. И вот в один из таких погожих дней, ратника вызвал к себе Всеволод, там же находились и два старших брата.

– Смотрю, силы в тебе восстанавливаются, раны затягиваются, так что поведай нам друже о своих приключениях у торков,- попросил Всеволод, указывая богатырю на лавку.

– Да нечего особо рассказывать, княже, попался как сосунок, - вздохнул Добрыня.

– Сказывай, сказывай, - потребовал Изяслав.

И русский ратник начал свою повесть:

– Как только Ерёма и Михей порубили мостик, что для перехода ворога сделан был, дал я команду тащить доски и идти обратно на стену, а сам остался атаки вражеские, которые снизу шли отбивать. Как только мой последний вой ушёл на стену, решил и я податься, но не успел, кто-то проворней меня оказался, вонзил мне ножичек в спину. Упал я, и сознание из меня вон. Очнулся уже в лагере степняков, связанный и безоружный. Рядом басурманин сидит, орёт, что-то. Еле понял я, что зовёт куда-то. Встал и пошёл за ним, оказалось к хану. Тот рассвирепел, четвертовать обещал на площади, как в Переяславль войдёт. Отправил меня к инженеру свому – Хорту, под наблюдение. Но что такое иноземный инженеришка для богатыря русского. Попросил я воды попить да лицо обмыть. Думал развяжет, но не тут то было, плеснул мне водой в рожу и говорит, - «Вот тебе два в одном - умоешься и что стечёт, тем напьёшся». Такое зло меня взяло, еле сдержался, чтоб этой падле в морду не плюнуть. Потом успокоился, увидел камешек вострый и перетёр верёвку. Как перетирал, это другой разговор, но пересилил я её, благо инженер этот не следил особо, а его двое подручных, что с ним были и вовсе на меня внимания не обращали, всё слушали как там сеча…. В общем, пересилил я верёвку, потом отдохнул малость и свернул головы двум этим инженерам, а сам Хорт, в это время отошёл. Решил я, не дожидаясь его возвращения покинуть сие гостеприимное место и двинулся было на звук битвы, как тут появился Хорт. Думал его так же как цыпленка пощипать, да не тут то было, оказался он воем искусным, а я ранен ещё. Бились мы, бились, он сабелькой своей, я же кинжалом у его подручных отобранным. Ногу я ему порезал, а он мне руку, гад, повредил, но хвала Господу не сильно. И тут побежали торки поганые от мечей наших русских. Одна лошадь без всадника мимо пронеслась, вспрыгнул Хорт на неё, кинулся я, на ноге повис, но силы меня покидали, да и он так пихнул меня, что отлетел я от него и упал опять без сознания. Очнулся, никого нет, встал и побрёл к городу, насилу добрёл. На воротах мимо прошёл, там работа кипит, никто меня не окликнул, так и дотащился до тебя князь. Так что никакого героизма я не проявил. Вот лучше скажи как тот витязь, что с кочевником один на один дрался, жив он, али нет? – спросил Добрыня, обращаясь к Всеволоду.