Чтение онлайн

— Сколько Безымянка?

Бакулин договаривался, а Морхольд просто смотрел на книги. Книги, ставшие настоящими артефактами. И чуть не пропустил вопрос:

— Скажите… а для чего вам такой атлас?

— Мне надо добраться до Черного моря.

— Вы авантюрист по натуре, что и сказать. Таким сейчас раздолье, прямо время великих географических открытий. Разве что все континенты известны и давно нанесены на карты.

— Есть немного. — Морхольд покосился на подмигивающего селяночке болтуна Лепешкина. Время, надо полагать, на беседу с умным человеком у него появилось. — Только не кажется ли вам, что большинство известных континентов теперь покрыты белыми пятнами, прямо как в веке так семнадцатом — восемнадцатом?

— Хм, более того, уважаемый покупатель, не просто пятнами. Сдается мне, на карты вновь пора наносить определение, «здесь водятся драконы». Не находите?

— И людоеды. — Морхольд кивнул. — Кстати, пока не забыл.

— Что именно? — Вячеслав заинтересованно наклонился вперед.

Морхольд запустил руку в мешок, намереваясь достать справочник по детским болезням.

Он совершенно точно был уверен, что Жуть, с утра углядевшая за окном дождь и мокрый снег, дома. Что он оставил ее в кровати, свернувшуюся в клубок и зарывшуюся в одеяло. Как оказалось, Морхольд ошибался.

В мешке зашипело, по руке стегнул хвост. Точно в тот момент, когда Морхольд ухватил старую синюю книжку за корешок. И еще раз, когда он попробовал сделать это снова.

— Что это у вас там? — поинтересовался Вячеслав, перегибаясь через низенький прилавок.

И столкнулся нос к носу с Жутью, решившей глянуть на мир. Оба замерли, но ненадолго. Книжник отпрянул, а Жуть, решив развить первый тактический успех, радостно защелкала длинными загнутыми клыками, прущими наружу из челюстей, и рванула за ним. И Морхольд еле-еле успел ее перехватить.

— Ничего себе… — Бакулин хмыкнул, почесал нос. — Ничего себе у вас зверушка.

— Уж какая есть.

— Вы правы, — неожиданно заявил собеседник Морхольда, — драконы. Современные драконы, разные драконы. Вот как ваш питомец.

— Современные драконы плюются кислотой и их брюхо закрывает танковая броня, — Морхольд погладил Жуть. — Я встречал одну такую, в Отрадном.

— Если полетите, — буркнул Бакулин, стараясь не коситься на свистящую закипевшим чайником Жуть, — встретите и еще. Наверное.

— Наверное?

Бакулин удивленно воззрился на Морхольда. Кивнул в сторону довольно гогочущего Лепешкина, уже ухватившего полногрудую кареглазку за руку и что-то нашептывающего ей на ухо.

— Он вам ничего не рассказывал? Ведь все знают…

— Что?

— Летать не так безопасно, как кажется. И драконы бывают разными. И они есть.

Морхольд озадаченно моргнул. Стоит расспросить летуна. На самом-то деле, он совершенно не подумал про опасности в воздухе.

— Чему быть, того не миновать. А частенько летуны не возвращаются?

— Частенько? — Бакулин усмехнулся. — Как вы думаете, много ли их здесь? Мы же с вами не в фантастической книге, где, несмотря на всякие пакости, люди превозмогают все и вся. Здесь пять винтомоторных ЛА и работающий ИЛ-2, поднимающихся в случае какой-то опасности. И три дирижабля, каждый из которых пусть и являет чудо инженерной мысли, но каждый раз все ждут — вернется ли он в принципе или упадет? Ничего не проходит даром, а время тем более.

Летуны летают раз в полторы-две недели летом, когда хорошая видимость и погода. Осенью и зимой, как сейчас, они поднимаются вверх не больше раза в три недели. И обязательно нагружаются так, что еле-еле поднимаются вверх.

— И?

— За все время пропало два дирижабля и два самолета. Это очень много, понимаете? Так что опасностей хватает. Летуны в цене, несмотря на то что большая часть из них уже престарелые пердуны, боящиеся лишний раз оторвать задницу от стула в кантине.

— Ясно. Спасибо за атлас… надеюсь, у вас появятся новые карты. И белых пятен с драконами там будет не так и много.

— Не хотите взять в дорогу что-то почитать?

Морхольд усмехнулся. Прямо старые добрые времена, здесь ощущаемые очень сильно. Бакулин истолковал все по-своему.

— Любите фантастику, обратил внимание, как вы себя повели при ее упоминании?

— Я люблю… любил хорошие книги. Вне зависимости от жанра. А фантастика…

— Держите, — перед Морхольдом появилась толстая книга в тканевой обложке. — Булгаков. Белая гвардия, Мастер и его Маргарита, Собачье сердце и Записки врача. Все в одном флаконе. И сказка, и правда, и жизнь, и мечты. Вдруг случай выпадет, прочитаете в дороге.

Морхольд погладил ее по обложке.

— Знаете… не возьму. Жаль, если пропадет. Вы найдете ей лучшее применение.

— Сложный у вас путь. Справитесь?

— Должен, без этого никуда.

— Мне кажется, вы справитесь. Мне самому порой хочется отправиться куда-то далеко. У каждого взрослого мужчины внутри сидит капитан Сорви-голова. Думаю, когда-нибудь и сам пойду за тридевять земель… А вам — доброго пути.

— Спасибо.

Лепешкин разошелся не на шутку. Морхольду даже стало жаль девчонку-разносчицу, несколько раз проходившую мимо. Так с женщинами все же не стоит обходиться. Существа они мстительные, как ни крути. Особенно если дело касается амурных вопросов.

Лепешкин что-то рассказывал, грудастая селянка отвечала заливистым смехом, а вот Морхольд застыл на месте. Ощущая что-то тяжелое, наваливающееся откуда-то со стороны, заставляющее волосы подниматься дыбом, как у собаки на загривке. Жуть, явно забеспокоившаяся, заворчала, начала втягивать воздух ноздрями.

Морхольд знал, что такого тяжелого может обрушиться вот так неожиданно. Знал, хотя когда-то и не верил. Чей-то злой взгляд сверлил его затылок. Настойчиво и тяжело старался вжать его в бетон пола. Морхольд положил руку на рукоять ножа, оглянулся.

— Эй, что с тобой, братишка? — рядом возник настороженный Лепешкин. Селянка, зло фыркнув в сторону сбежавшего кавалера, принялась раскладывать овощи.

— Что-то не то… — выдохнул Морхольд. — Здесь эта сволочь.

— Какая?

— Молот.

— Да ну?! — удивился Лепешкин. — И где, интересно? По твоим рассказам получался какой-то огромный жуткий урод. Да еще с кувалдой в человеческий рост. Чет не вижу такого вокруг.

— Удивил. Ты тоже немаленький, Саш. А захочешь спрятаться, найдут тебя?