Чтение онлайн

К сожалению, в этом мире еще не придумали лапароскопический метод проведения операции, так что приходилось действовать по старинке - открытая полостная операция...

После того, как вчера мне давал свои рекомендации Золотой, я точно знал, что нужно делать. В идеальном варианте Лекарь в хирургии проводит саму операцию именно как классический хирург, но вот с заживлением и восстановлением нужно именно продемонстрировать свой Дар: заживить рану после окончания, простимулировать организм к восстановлению, укрепить тело и погрузить пациента в лечебный сон...

Осмотрев внутренние органы, я выделил аппендикс, перевязал и удалил его. Для определения чувствительности (хоть это, в общем-то, и не имело уже смысла) я взял внутрибрюшную жидкость для анализа на чувствительность к антибиотикам и бактериологического процесса и кивнул медсестре.Опытная женщина, которая уже не в первый раз стояла у хирургического стола, снова протянула сперва два зажима с тампонами, а после сразу, стоило мне только положить покрасневшие от крови бинты в ванночку, протянула еще четыре таких же инструмента.

Вот он плюс от операции с Лекарем! Я сначала запустил "Око целителя", проведя общую диагностику пациента, после чего, убедившись, что молодой парень вполне нормально себя чувствует, и дренаж ему не стоит ставить, стянул края раны зажимами, предварительно заживив место отсечения...

Повторно проверив пациента, я создал два аркана: первым стало "Исцеление ран", вторым - "Кроветворение". Убедившись, что организм воспринял энергию правильно, и рана на животе полностью закрылась, я добавил общее укрепление на организм и кивнул медсестре:

– Операция окончена, пациент в удовлетворительном состоянии, переводим в стационар под наблюдение согласно регламенту на двое суток. Если никаких осложнений не будет, на третьи сутки выписываем юношу на амбулаторное наблюдение до конца первой недели. Ведущий врач постоперационного наблюдения - Золотой Андрей Владиславович.Пока я говорил, другая медсестра дела пометки в больничной карте. Закончив с ними, она кивнула:

– Все готово, Матвей Александрович.

– Забираем.
– Кивнул я уже двум санитарам, стоявшим рядом с дверьми в операционной.

Двое крепких молодцев споро переложили бессознательное тело со стола на каталку и вывезли из операционной.

– Дамы, прошу привести инструментарий в порядок, дезинфекция и жаровня. Через час операционная должна быть готова принять следующую бригаду и пациента.
– Я повернулся к двум замершим девушкам.

– Будет исполнено, Матвей Александрович.
– Одновременно кивнули они.

– Господа, благодарю за оказание столь высокого доверия моим навыкам, операция закончена, я могу идти?
– Обратился я к хирургам, которые вели наблюдение и должны были меня страховать в случае ЧП.

– Вам спасибо, Матвей Александрович, вы прекрасно отработали.
– Кивнул один из них, - вы можете быть свободны. Через сорок минут комиссия будет ждать вас в триста тридцать третьей аудитории университета с оглашением результатов. У вас есть время привести себя в порядок и передохнуть, но прошу вас не опаздывать на заседание комиссии.

– Разумеется.
– Согласился я.

В операционной моментально поднялся мелкий шум, а я покинул зал, оставляя все девушкам.

Сам я вышел в комнату подготовки персонала, после чего стянул с себя одноразовый хирургический халат, вымыл руки и лицо, еще раз осмотрел кисти на момент порезов, после чего запустил диагностику собственного тела. Убедившись, что и со мной все в порядке, я сложил шапочку, тапочки и костюм в сумку, переоделся в свой серый костюм с коричневой водолазкой и отправился в главный корпус университета - в кафетерий на первом этаже.

Заказав кофе, я устроился за столиком рядом с окном, выходящим на Неву. Я с огромным удовольствием смаковал напиток, наполненный чувством хорошо выполненной работы. До меня донёсся приглушённый звонок, сообщающий об окончании третьей лекции. Буквально спустя пару минут в кафе потекли группы студентов. Следующий перерыв был большим, как раз, чтобы перекусить перед двумя следующими парами...

Спустя еще пару минут ко мне присоединился и Саша Кобылин.

– Ну, как? Сдал?
– Тут же спросил он, стоило Кобылину упасть на стул напротив.

– Операцию завершил успешно, - Кивнул я, - а результаты комиссия огласит как раз после перерыва.
– Волнуешься?

– Честно говоря, нет. Я уверен и в теории, которую уже сдал, и в сегодняшней практике. Так что диплом бакалавра у меня уже практически на руках. А дальше я сейчас точно учиться не пойду. Возможно, в будущем... Но сейчас у нас и так дел достаточно.
– Пожал плечами я.

– Рад за тебя.
– Улыбнулся Саша, - а мне ещё десять месяцев до этой отметки идти.

– Дойдёшь.
– Подбодрил я друга, - Впереди у нас очень много дел. Диплом получишь и моментально начнешь вливаться во все дела новой службы. А пока просто изучай материалы параллельно подготовке к своей комиссии. Времени у нас не так уж и много. Точнее говоря, на раскачку времени вообще нет. Нам пахать придётся больше, чем коням-тяжеловесам в пахотную пору.

– Тут ты прав, дед до сих пор недоволен, что я в его приказ не пойду.
– Усмехнулся Саша, - И в то же время горд, что я сам свою дорогу строить решил.

– Меня снова в приказ заманить пытались.
– Усмехнулся я, - Но я опять отказался.

– Я в курсе, отец говорил.
– Улыбнулся Саша в ответ, - Там из-за Скуратова такой шум поднялся, ты себе не представляешь. Кстати, дед вроде бы хотел тебе сегодня позвонить, чтобы ты завтра вместе с ним с кем-то встретился...

– Это с кем?
– Поднял бровь я.

– Я не в курсе, но точно не со Скуратовыми, ты для них сейчас - все равно что красная тряпка - для быка.

– Так сильно я их задел?

– Тут скорее вопрос не в том, что ты их задел... Мне кажется, что тут больше вопрос в родовой чести. Ты уделал младшего брата главы рода, к тому же задержали его публично. У Тайного Приказа и так дел сейчас навалом, штата не хватает, и никто не старался даже разобраться в деятельности этой "инквизиции", а тут ты приносишь все сведения приказу, можно сказать, на блюдечке, к тому же, закрываешь вопрос с причиной разгона этих поклонников. Всё-таки, нападение на аристократа империи, который находится под протекцией императорской семьи, пусть и другим аристократом, но входящим в странную секту - такое на тормозах не спустят. Да, никто не погиб, да и серьёзных грешков за родом нет сейчас, поэтому Скуратовы отделаются малой кровью. Но то, что им нервы попортят - факт. И начало этому положил именно ты.

– Думаешь, стоит их опасаться?

– Не знаю, наш род со Скуратовыми дел особо никогда не имел. Они больше по благотворительности и торговле, а у нас все в роду на государственной службе до самой пенсии, род в предпринимательство никогда не сваливался, разве только в торговые и производственные предприятия входили в состав акционеров...

– Ладно, буду иметь в виду как возможную угрозу. Под крылышком у Константина мне сидеть недолго осталось.
– Кивнул я, отставляя пустую чашку и поднимаясь из-за стола.