Чтение онлайн

Ну а для нас, высокородных да классных со всех сторон, веселье ни разу не заканчивалось: начав возлияния прямо по пути со стадиона, мы продолжили его в предоставленном кайзером поезде, который привез нас в старую добрую Болгарию. Вечерело, поэтому, совершив пятичасовой вояж по ресторанам (и сильно шокировав этим тамошних клиентов и хозяев, которые такую пачку монархов в жизни не видели и больше не увидят), глубокой и наполненной вкусными летними запахами ночью, мы разошлись по гостиницам, посольствам и — актуально для меня и членов «балканской коалиции» — дворцу Фердинанда I Черногорского, чтобы завтрашним утром со свежими силами продолжить так страшно и весело бухать на свадьбе короля Болгарии и сестры моего Остапа. И откуда у хроноаборигенов столько здоровья?!

Фердинанд I у нас ведет свой род от целых французских Бурбонов. Младшей ветви, которая четвертый Орлеанский дом, но это все равно сказывается на самооценке, задирая ее до примерно моего уровня. А это — очень-очень большая самооценка! Так-то Фердинанд не король — это я его так про себя называю — а князь, потому что Болгария — не королевство, а княжество, которое по итогам Балканской кампании, на патриотическом угаре, рискует мутировать в королевство, а Фердинанд — короноваться.

Не любит он Российскую Империю. Лично меня — любит очень даже, но пачки старых обид одной моей харизмою не преодолеть: в свое время, сразу после избрания Народным собранием Болгарии на княжеский пост, ему пришлось неоднократно подавать публичные и кулуарные сигналы формата «пожалуйста, ну признайте мою легитимность». Александр отвечал молчанием и сигналами формата: «где это видано, чтобы быдло ГОЛОСОВАНИЕМ правящую персону выбирало»? Не из вредности, конечно — просто наш МИД в тот исторический момент криво разыграл партию, а Фердинанд вообще-то вырос в столице Австро-Венгрии и даже служил в ее армии, поэтому я покойного Императора отчасти понимаю.

Понимаю, но осуждаю — реальность штука плохо просчитываемая, и именно поэтому наш народ придумал аксиому «нельзя все яйца складывать в одну корзину». Все достойные внимания политические силы должны «окормляться». На каждого нужно нарыть компромата, каждому сунуть в карман денежку и пообещать всяческую поддержку в важный момент. Так в мои времена работали американцы — словно сумасшедший конвейер плодили они «лидеров оппозиции», «прокачивали» их через пафосные международные мероприятия с такими же кретинами, выдавали гранты и так далее. Сильный враг достоен того, чтобы у него учиться, и только так можно стать сильнее самому.

Добавляет «прелести» положению Фердинанда еще и тот факт, что Болгария в этот исторический момент вообще-то вассал Турции. Вот Высокая Порта (так в дипломатии принято называть османскую правящую верхушку) его признанию в качестве князя прямо поспособствовала. Но что стоит простая человеческая благодарность с шансом стать тем, кто приведет Болгарию к независимости, придав ей совсем другой международный вес? Это, безусловно, приятный бонус, но одним суверенитетом сыт не будешь. Об экономике и ее важности Фердинанд думает мало, напирая как раз на суверенитет и такую мифическую субстанцию как «достоинство свободолюбивых болгар», не сильно-то в этом отличаясь от других моих коллег — за исключением кайзера, вот он «за экономику» подкован богато.

Тем не менее, Фердинанду и тем, на кого он опирается, хватило ума понять, что турки нифига им денег не дадут. Не напрямую, а инвестициями и торговлей. А я — дам, причем не без оснований надеюсь «давать» в рамках единого государства, на общих основаниях, развивая Болгарию как любую другую губернию моей Империи. Не озвучивал само собой, и даже самым доверенным людям ничего не говорил, ограничившись несколькими очень тонкими намеками. Тяжело будет — не завоевать и даже не удержать, а научить уже добрые славянские народы перестать ненавидеть «братьев». Хорошо поработали враги и радикальные идиоты, «переваривать» теперь не одно столетие придется.

А еще Фердинанд и его окружение очень воинственные. Воинственные настолько, что уже делят шкуру неубитого медведя и облизываются на союзников по «Балканской коалиции», надеясь по итогам разборок с османами отжать себе как можно больше и стать доминирующей державой в этих краях. Что ж, шансы у них есть — большая страна, большое население, неплохая «крыша» в лице Австро-Венгрии, которой разделять и властвовать до дрожи в коленках нравится, а прямое военное вторжение Болгарии к соседям этому делу изрядно поспособствует, не говоря уже об экономических и демографических последствиях такой кампании.

Что ж, предупрежден — значит вооружен, и в данной ситуации это следует воспринимать почти буквально. Другие члены коалиции — не идиоты, и тоже вынашивают, говоря словами депутата Ульянова, «воинственные, империалистические планы». Варианта здесь два — либо «надавать по шапкам» в ультимативной форме через дипломатическую работу так, чтобы не рыпались, либо поставлять оружие и «огневой припас» всем участникам очередной славянской резни с соседями. Второй лично для меня выгоднее: можно будет брать впавших в ничтожество «братьев» голыми руками так, что их податное население только перекрестится со смыслом «слава Богу» — жрать на Балканах к исходу второй, «внутренней» фазы Балканской войны станет как-то нечего, а земля будет слишком качественно удобрена родными и близкими. В такой ситуации народу хочется только одного — чтобы вся эта гадость уже закончилась, любой ценой, потому что кушать и перестать хоронить земляков хочется прямо сейчас, и никакого патриотического угара переломить этот тренд уже не хватит.

Случайная встреча Фердинанда и сестры Остапа — Анастасии — была действительно случайной, но на «самотек» нечаянно случившуюся «медовую ловушку» было бы крайне расточительно. В первую очередь задействовали Дагмару — вдовствующая Императрица, привычно повредничав к своему удовольствию, с не меньшим удовольствием «уговорилась» и долго и качественно нашептывала всем вокруг Фердинанда и ему самому о том, каких редких дарований девушка наша Настенька. Дальше поработали и мы с уважаемыми господами, ненавязчиво сводя будущих молодоженов на приемах и даже сконструировав сценарий «двое в вечернем саду», который увидевшая шанс прыгнуть из Золушки в Королевы умница-Настя отыграла на твердую «отлично». Она ведь и вправду «девушка редких дарований», и прекрасно держит баланс между интеллектом и «женскими чарами». В итоге другой пары для себя Фердинанд и не видел, и, инициировав подготовку к свадьбе, я принялся лично инструктировать сестру Остапа.

Стучать нам будет — это само собой. Немножко, не подвергая риску себя и семейную жизнь, лоббировать мои интересы нежным нашептыванием в ушко супруга темными болгарскими ночами — это тоже само собой подразумевается, и Настя прекрасно это понимает, будучи верной подданной Российской Империи. Понимает она и другое — без моей прямой протекции ей бы такого билета на вершину общества никогда не обломилось. Понимает и третье — рука моя, единожды погладив кого-то по голове, тут же переползает на горло, навсегда фиксируясь там. Нюансы в силе «фиксации» — может быть совсем неощутимой (и даже опираться на Имперскую руку можно к обоюдной пользе!), а может сжаться до грустного хруста шейных позвонков. Лично Остап ее душить в Болгарию и приедет, причем без всякого приказа и даже вопреки прямо противоположному — такой вот у него характер.

А еще свадьба целиком оплачена из моих личных средств, но об этом никто не знает. Масштаб праздника поистине беспрецедентный, и в ближайший год народам будет чем заняться — пусть перемывать косточки Болгарской правящей чете. Просто развлекаюсь, заодно придавая Анастасии общественного веса пошлым закидыванием бабла. Пошлым, но эффективным — народы от такого точно впечатлятся, а аристократы, пусть плеваться от «колхоза и китча» непременно будут, станут завидовать, тем самым медленно, но верно признавая равной себе.