Чтение онлайн

То, что и Ксавьеру судьба не припасла ничего хорошего, Марина почуяла каким-то шестым чувством, едва глянув на темный участок в конце улицы. В огромном строении не светилось ни одно окно, а ворота были приоткрыты — совсем немного, но…

— Защита снята, — сказал Шерман, шедший впереди, и неловко оглянулся на Ксавьера. Тот ничего не ответил.

В полной тишине они, наконец, дошли до приоткрытой створки кованых ворот. Та была не только открыта, но и покорежена, и висела на одной петле, не суля ничего хорошего.

— Мы пойдем первыми, — сказала было Бристел, но Ксавьер остановил ее жестом и сделал шаг внутрь, в темное пространство двора. Марина нырнула следом и замерла, пораженная зрелищем.

Старый заброшенный вокзал, обиталище бомжей — вот, что напоминал нынче особняк семьи Брефеда. Самих бомжей, правда, не наблюдалось, зато следов их жизнедеятельности была уйма: постройки какие-то, хлам, следы разграбления и разведения костров прямо внутри дома. Стекла из окон местами были вынуты, а там, где не достать — выбиты. Стены расписаны углем. Запах стоял отвратительный, да и ветер завывал весьма неприветливо.

— Вот сволочи, — сказал Амадеус, неверяще качая головой при виде такого непотребства. — Похоже, они специально не стали его запечатывать.

— Что? — не поняла Марина.

— На арестованные дома ставят магическую защиту, — пояснил Модька. — Но, похоже, Инквизиция специально не стала ее ставить. Формально, если у Ксавьера не отняли титул, то и дом должен был перейти к нему по наследству. Его должны были защитить магически. Но, похоже, намеренно оставили открытым — чтобы всякий мог надругаться.

— И разграбить, — мрачно добавил Персик, глядя себе под ноги, где даже тротуарную плитку расковыряли и вынесли, оставив только мелкие обломки.

Марина подошла к Ксавьеру, которого отпустила у ворот. Мужчина молча смотрел на единственную не разрушенную и не обгаженную часть здания — его шпиль, уходящий в самые небеса. Определенно, это было самое большое разочарование вечера, ведь вся их группа тайно надеялась пожить в этом месте. Все знали, что их тут не ждет ни сытный ужин, ни натопленный камин, ни богато обставленные комнаты, но чтобы вот такое…

— Может, мы переночуем в каком-нибудь другом месте? — осторожно предложила Марина, коснувшись руки Ксавьера. — Боюсь, здесь будет… неуютно.

— Разумеется, — без особых эмоций в голосе ответил мужчина, но в его ауре Марина ощутила боль и щемящую тоску. Поруганный дом детства — что может быть хуже для человека, всей душой желавшего вернуться домой? Разве что узнать, что твоих родителей не захоронили, как полагается, а оставили гнить на городских воротах во имя устрашения бунтовщиков.

— Пойдем искать съемные комнаты? — осторожно спросил Леам. — Или выйдем из города и переночуем в норе Шессера?

— Идти далеко, — заметил Модька. — И так уже набегались.

— Можно в гостиницу, — предложил Персик.

— Ты хоть знаешь, сколько это нынче стоит? — фыркнул Денеба.

Персик ответить не успел. Ксавьер неожиданно отмер, развернулся и пошел прочь. Все тут же поспешили следом.

Марине в первый момент показалось, что мужчина просто хочет выбежать прочь из этого печального места — у нее и самой возникло такое желание. Однако едва выйдя за ворота, Ксавьер свернул налево и пошел вверх по улице, явно целенаправленно. Магики снова переглянулись и поспешили следом.

Они прошли шесть кварталов и попали в район чуть подешевле. Дома тут были красивые, добротные, но небольшие — ну, в сравнении с предыдущими особняками, разумеется. При взгляде на них Марина сразу поняла: здесь живет уверенный средний класс.

Ей подумалось, что наверное, Ксавьер вспомнил о существовании какого-нибудь знакомого и хочет напроситься на ночлег. Однако дом, к которому он их привел, оказался также тих и темен, как и особняк семьи Брефеда. С одним но: его ворота были заперты.

Мужчина подошел к калитке и окинул дом хмурым взглядом. А Марине вдруг подумалось, что у богатой семьи может быть больше одного здания в собственности и, возможно, им сегодня все-таки удастся переночевать пусть не в тепле, но хотя бы в безопасности.

— Опечатано Инквизицией, — сказал Амадеус, когда Ксавьер коснулся калитки, и поверх замочной скважины смутно вспыхнул полупрозрачный символ. — Может, не надо? Если сигналка сработает, нас повяжут за десять минут — с магической меткой мы далеко не уйдем.

— Так отойдите, чтобы она на вас не попала, — велел Ксавьер.

Все послушно отодвинулись назад. Мужчина выпростал из-под рубашки свой амулет и приложил его к замочной скважине. В то же мгновение в воздухе на краткий миг вспыхнула ослепительная вязь знаков, оплетающая всю территорию дома.

Марина заморгала — знаки отпечатались у нее на сетчатке. Но больше ничего не случилось — странную иллюминацию не сопроводил даже гром или треск разряда. Знаки просто кратко полыхнули и исчезли — как вспышка фотоаппарата. А в следующее мгновение замок щелкнул, и калитка чуть отошла.

Марина обрадовалась было, но, глянув на Ксавьера, придержала поздравления.

— Это дом Вашей семьи? — уточнила она.

— Нет, — мужчина покачал головой. — Это просто дом. Я получил его в собственность, когда принимал сан.

— Точно, Вы же инквизитор, — сообразила Марина.

— Не применяйте это слово ко мне, — помрачнел он. — Его значение перевернули с ног на голову пять лет назад.

— Хорошо, не буду, — сказала Марина. — Но я правильно поняла, что мы будем ночевать здесь?

— Да, если инквизиция сейчас не явится требовать назад свою собственность, — хмуро ответил Ксавьер, делая шаг внутрь. — У меня на этот дом примерно те же права, что и у Вас на корпус Академии.

— А-а, понятно, — кивнула Марина. — Ну, звучит неплохо. Значит, если не будем привлекать внимание, сможем пожить здесь несколько дней, а то и дольше.

— Это становится традицией, — хмыкнул Денеба. — Сидим и не вякаем, господа, и, может быть, нас оставят в покое.

— Друзья, а может, не надо? — заробел Леам. — Если этот дом принадлежит Инквизиции…