Чтение онлайн

— Так мы это… ща веревку Вам скинем, — предложил орк.

— Ежик, я в платье, — Марина продемонстрировала свою обновочку. — Разбирайте немедленно эту кучу. И где вы вообще столько хлама набрали?

Она оглядела рухлядь, которую прежде и в глаза не видела, хотя уже не раз заглядывала во все комнаты и кладовки.

— Дык в подвале, — пояснил Ёж. — Броснан сказал, что это все — никому не нужное старье.

— Вот к старьевщику и надо это все нести, — сказала Марина. — Может, крупы какой на вырученные деньги купим. Нет, правда, ребят, у нас есть нечего, а вы тут ерундой страдаете. Что вы все как помешались? Ксавьер сам разберется, все будет хорошо.

— Ну да, — мрачно хмыкнул Ёж, легким движением снимая с вершины горы старый четырехместный диван и сваливая его в сторону. — Если с ним не «разберутся». Он же просто человек. Чем он им ответит, если вдруг что?

— Языком человеческим, — отрезала Марина. — А ну, разбирай это позорище немедленно!

Орк вздохнул и принялся раскидывать вещи в стороны. Так как об их целостности он не заботился, то довольно быстро докопался до ворот и с помощью валькирий сдвинул створки внутрь вместе с остатками баррикады.

Марина под взглядами перешептывающихся прохожих прошла во двор, угрюмо оглядывая организаторов безобразия: помимо орка в организации арт-инсталляции поучаствовали также Персик и почему-то Шерман.

— И ты, Брут, — укорила его Марина.

Шер смущенно отвел глаза. Он прекрасно понимал бессмысленность баррикады, но почему-то все равно принял участие в ее создании. Похоже, просто со скуки: хотел посмотреть на реакцию Марины.

И он такой был не один: на кирпичном двухметровом заборчике, отделявшем двор дома Ксавьера от соседнего, восседали также Амадеус, Денеба (судя по висящему в воздухе черному цилиндру) и Крис. Последний с сожалением отсчитывал Модьке мелкие монеты. Похоже, выигрыш отдавал.

— Ну, и на что спорили? — Марина сложила руки на груди. — Неужели кому-то тут неясно было, что я буду против этого идиотизма?

— Спорили, влетит Ежу или Вы просто на него наорете, — ничтоже сумняшеся пояснил Модька, забирая выигрыш.

— Крис, ты что, правда думал, что я буду наказывать Ежика за попытку нас защитить? — укоризненно глянула на демона Марина.

— Они сказали, что Вы — слабохарактерная, — «сдал» коллег по спору Крис, ткнув в их сторону когтистым пальцем.

Теперь уже Марина с укоризной уставилась на Модьку с Денебой.

— … с-слишком добрая, — тут же поправился Амадеус, однако морда у него при этом была очень уж язвительная.

— Вот кто сейчас тут точно схлопочет наказание, так это один рогатый, который мог остановить безумие, но не остановил, потому что хотел над всеми посмеяться, — снова сложила руки на груди Марина.

— Идея была не моя, — тут же отперся и этот демон, ткнув в прозрачного соседа когтем.

— Э! — возмутился Денеба, на котором сошлись все стрелки. — Я вообще пострадавший, имейте совесть! Мне нужно нежное обращение и постельный режим!

Марина покачала головой и нырнула в открытые для проветривания двери: ей еще нужно было узнать у Броснана, где находится дом той пожилой аристократки, как туда лучше добраться и как там себя вести, чтобы не слишком опозорить имя Брефеда.

Однако беседа случилась совсем другого характера.

— Не хочу Вас расстраивать, леди Брефеда, но нам нужно что-то решать с финансовым вопросом, — сказал Броснан.

— Да, я знаю, — вздохнула Марина, припомнив рисовую кашу с легким привкусом земли. — Нас слишком много, еда заканчивается.

— Я планировал закупиться в долг на имя Брефеда, но… один знакомый передал, что с этим теперь могут быть проблемы, — чуть смущенно признался старик.

Марина изумленно вздернула брови: похоже, не только в швейном доме новости разносились при помощи сплетен. Но, надо признать, процесс распространения сплетен в этом городе был поставлен весьма эффективно: кто-то в инквизиции был неосторожен в высказываниях недалече, как утром, а к обеду уже все в курсе. Оперативно, не хуже мессенджера.

— Нам придется что-то продать, так? — поняла ход его рассуждений девушка.

— Да, — кивнул дворецкий. — Но проблема даже не в этом. А в том, что сейчас с нами перестанут сотрудничать проверенные поставщики, и придется обращаться к кому-нибудь менее благонадежному.

— Хм, — Марина нахмурилась. Снова связываться с преступностью? Да еще и в долг у них что-то брать? Одно дело — заплатить мелким хулиганам за то, чтобы они отвлекли внимание от удирающих магиков, и совсем другое — взять в долг у настоящих бандюганов: проценты в некоторых случаях могут и жизни стоить.

— А еще варианты? — спросила она.

— Ломбард, — пожал плечами Броснан. — В таких местах работает много ушлых людей, которые не слушают советов инквизиции. Но они обязательно воспользуются ситуацией и дадут бросовую цену. Мы так весь дом с молотка продадим.

— Да, тоже не вариант, — отказалась она. — Броснан, неужели у Вас нет хороших знакомых, у которых можно было бы занять немного денег?

— Есть, конечно, госпожа, — признался он. — Но я не знаю, как долго нам придется занимать. Я рассчитывал, что господин будет восстанавливать старые связи, и его жалование постепенно подымется. Но после слов лорда Фаррела надежды на это мало.

— Ничего, — Марина ободрительно улыбнулась ему. — Главное — не связываться с уголовщиной, даже если кажется, что это выгодно. Обратитесь к хорошим людям. Отдайте им, в конце концов, часть ценных вещей — уж другим-то ломбарды дадут хорошую цену. Да, кстати!

Она запустила руку в складку платья, где скрывался глубокий карман, и выудила оттуда жестянку с ключом: переодеваясь в швейном доме, переложила ее по привычке из одного наряда в другой.

— Вот эта штука наверняка много стоит, — Марина протянула дворецкому портал. — Только настроена на Мир Креста. Но, быть может, Уильям сможет сменить настройки.

— Возможно, — кивнул Броснан, не спеша, однако, брать предмет. — Но советую ее пока приберечь: мало ли, что может случиться? Такая вещь куда ценнее в качестве экстренного средства побега, а не разменной монеты.

— Но я не собираюсь бежать, — уверенно сказала Марина. — Разве что вместе со всеми, а всех эта жестянка все равно не перенесет.

— И все же оставьте, — мужчина чуть отодвинул от себя портал. — Мы еще не настолько бедствуем, чтобы продавать редкие артефакты и фамильные драгоценности. Начну, пожалуй, с лагосского фарфора. А то наши рогатые хулиганы все равно рано или поздно его разобьют.