Чтение онлайн

— Ну, хорошо. — Я сел в кресло и посмотрел на него. — Рассказывайте! Как дела у Ипполита Захаровича?

— Да плохо у него дела, — развёл руками собеседник. — Граф Волков умер три дня назад.

— Как это умер? — ошарашенно спросил я, уже жалея о том, что на столе ничего, кроме сока, нет.

Я схватил графин и наполнил два стакана.

— Взрыв в загородной резиденции, — ровным голосом, не отрывая взгляда от моего лица, проговорил посланник. — От его спальни и соседних помещений вообще ничего не осталось.

— Тело опознали?

— От тела тоже мало что осталось, но по разнообразным косвенным признакам, а также благодаря показаниям свидетелей удалось точно установить, что граф в этот момент находился в комнате и погиб.

— Нашли тех, кто это сделал?

— Насколько я знаю, убийцы действовали очень чисто и следов не оставили.

— Ясно.

Я залпом осушил стакан и наполнил его снова. Новость, откровенно говоря, хреновая.

Даже если откинуть то, что Ипполит Захарович просто был хорошим мужиком, он ещё и стал для меня очень ценным партнёром. Знал всё и обо всех, общался со многими на самом верху. А ещё у нас с ним долевое участие в металлургическом предприятии в Огненной усадьбе.

— Вы как, Дмитрий Николаевич? — спросил Михаил Степанович. — Готовы воспринимать информацию?

— Да-да, вполне, — кивнул я и перевёл взгляд с потолка на собеседника.

— Так вот. — Он достал из сумки чёрную папку и положил её на стол. — Я приехал не только для того, чтобы сообщить вам эту новость. Я приехал по делам, так сказать, более практичным. А если конкретно, по поводу наследства Ипполита Захаровича.

— Наследства? — Мои брови непроизвольно взлетели. — А причем здесь я? У него же там родственников полно, да и клан свой.

— Не волнуйтесь, всем досталось, — одними губами улыбнулся Бурунов. — Но и вам Ипполит Захарович кое-что хотел предложить.

— Предложить? — Ещё больше удивился я. — Наследство разве предлагают? Если честно, я не очень хорошо разбираюсь в законах империи, касающихся этого вопроса.

— Тогда позвольте просветить вас. — Представитель графа так и не открыл папку и откинулся в кресле. — Есть основная часть наследства. Она составляет не меньше пятидесяти процентов активов и пассивов умершего и всегда идёт его родственникам по праву очерёдности…

— Извините, что перебиваю… Вы сказали «пассивов»?

— Конечно, долги тоже наследуются.

— А-а-а.

— Именно поэтому я и сказал слово «предложить». — В глазах Бурунова сверкнул странный огонёк. — Но об этом позже. Так вот, кроме основной доли, есть ещё и другая, она распределяется в соответствии с завещанием. В нашем, то есть в вашем случае, Ипполит Захарович специально приходил ко мне около недели назад и выразил свою волю очень и очень чётко. А также оставил вам послание, предлагаю с него и начать.

Бурунов открыл папку и достал из неё запечатанный конверт.

— Будьте уверены, это настоящая магическая печать и подпись Ипполита Захаровича. Никто не знает, что внутри.

Доверяй, но проверяй. С внутренним трепетом я принял конверт и просканировал его. Все чётко: и срок, и неприкосновенность. Что ж, посмотрим, может, там ключ от усадьбы, где деньги лежат.

Я вскрыл печать и достал несколько скреплённых и сложенных вчетверо листков бумаги. Аккуратный, убористый почерк, без сомнения, принадлежал Ипполиту Захаровичу.

'Дорогой Дмитрий Николаевич, если вы читаете это, то меня уже нет в живых и, скорее всего, это происходит в начале июня. Да-да, друг мой, не удивляйтесь, просто я достаточно регулярно обновляю своё завещание и, если бы это произошло позже, со следующим обновлением написал бы другую дату.

Ха! Приятно быть прозорливым, пусть и мёртвым.

Итак, наверное, вам уже сообщили о том, что я предлагаю. А если нет, в общих чертах скажу. Это мои самые рисковые активы и, соответственно, потенциально самые прибыльные. А рисковые, потому что не исключено, что именно из-за них меня и убили. Впрочем, тут вариантов много. Откровенно говоря, даже в мирное время масштабы моей активности создали мне много врагов, а последние месяцы трудно назвать мирными со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Причём зачастую, когда делаю что-то, вернее, делал — ха-ха, — я не знал, к чему это может привести и кому перейду дорогу. Думаю, в этом вы меня поймёте.

Так вот предлагаю вам вступить в права наследования и получить два проблемных актива. Подробнее о них расскажет Михаил Степанович Бурунов, ему, к слову, можете в разумных пределах доверять. Оба эти предприятия объединяет одно — я вступил в союз с не очень, так скажем, надёжными людьми и уже успел с ними поссориться.

Не буду вводить вас в заблуждение и говорить, что все проблемы спровоцировали мои партнёры, а я такой красивый в белом пальто. Нет. В случае с кирпичным заводом действительно подвела другая сторона. А вот с производством телефонов все хороши.

Прелесть вашего теперешнего положения в переговорах или разборках, связанных с этим активами в том, что вы ничего плохого не сделали.

Выслушайте моего поверенного и принимайте решение самостоятельно. Сразу скажу, ни мой брат, ни мой клан вам в этом не помощники. Я специально вывел эти активы из-под их контроля, чтобы не запятнать имя, репутацию и не подставить их в случае неудачи.

Да, Дмитрий Николаевич, наверное, не этого вы ждали, когда услышали слово «наследство», но я уверен, что вы сумеете обернуть всё это на пользу Савино.

Отдельно добавлю, что я очень рад, что познакомился с вами. Будь таких, как вы, побольше, человечество вернуло бы свои позиции намного быстрее. Может быть, мы ещё встретимся в другом мире.

Прощайте!

Ваш друг, граф Ипполит Захарович Волков'.

Я ещё раз перечитал первый листок, а потом бегло просмотрел остальные, там были подробности обоих дел, и внимательно их изучать пока что было преждевременным.

Ну, Волков, блин! Сразу мелькнувшая у меня в голове мысль по поводу того, что всё это может быть большой постановой, набрала дополнительные очки.

Слишком всё удобно получается. Хорошие активы в семью, плохие Акулову или ещё кому-то. А когда-нибудь потом можно и случайно воскреснуть.

Удастся наследникам разобраться — хорошо, можно принимать благодарности. Не удастся, так сам дурак, незачем было соглашаться.

Ладно, пора узнать, что там мне предлагают.

— Ипполит Захарович пишет, что вы что-то добавите от себя, — сказал я Бурунову.

— Именно так. — Представитель графа снова залез в папку и начал по очереди доставать оттуда скреплённые стопки бумаг. — Оба дела имеют общую базу, именно поэтому Ипполит Захарович и хочет отдать их вам. В обоих случаях через подставных лиц дела велись с дикими землями. Первое предприятие по микроэлектронике, и сорок девять процентов его принадлежит графу Волжскому. Он имел связи как среди сталкеров, так и среди ликвидаторов, и скупал у них элементы старой продвинутой техники, те самые, что по закону все обязаны сдавать или продавать государству.