Чтение онлайн

Сложный выбор. К счастью, решение принимать не мне, хотя я могу повлиять на это самое решение.

— Убивать его нельзя, — решила Елизавета. — Иначе нас обвинят в том же, в чём мы обвинили регентский совет.

— Оставлять так тоже нельзя, — возразил Игнатов.

Принцесса бросила на меня быстрый взгляд, мол, подскажи, реши, возьми ответственность. Так или иначе, самозванец здесь, настоящий император неизвестно где, и любое решение будет плохим. В разоблачение лжи верят гораздо меньше, чем в саму ложь. Но в этом и кроется искусство политики, делать выбор между плохим и худшим вариантом. А если вариант кажется хорошим, то ты просто не заметил подводные камни.

— Пока не было генетической экспертизы, будем считать, что это и есть Его Величество, — хмуро заключил я. — Пусть лучше он пребывает здесь, под охраной. Лобанов, выделите сюда надёжных солдат. Молчаливых.

— Найдутся молчаливые, — хмыкнул полковник.

Под фундамент государства сейчас закладывалась самая настоящая мина. Стоит лишь поднести фитиль…

— Игнатов… Настоящего императора нужно найти. Останки или… В общем, все неопознанные трупы погибших на коронации придётся эксгумировать и искать среди них…

— Их кремировали, господин командор, — перебил меня главный врач.

Я витиевато ругнулся. Только этого не хватало.

— Значит, ищите исполнителей. Благо, ключевые фигуры заговора у нас в руках, — сказал я.

— Найдём, — процедил Игнатов.

В этом я сильно сомневался. Скорее всего, заговорщики спрятали все концы в воду, казнив исполнителей ещё раньше, чем мы. Дела такого масштаба просто так не делаются.

— Тогда приступаем к работе, дамы и господа, работы предстоит много, — сказал я.

Задерживаться в больнице не стали, лишь мимоходом навестили наших раненых, а затем вернулись обратно к Дворцовой площади, где уже кипела работа.

К «Гремящему» подогнали заправщик, чтобы эсминец мог взлететь и покинуть площадь, солдаты Лобанова оцепили его кругом, не позволяя никому подойти ближе, чем на десять метров. К площади тянулся народ, сам собой возник стихийный митинг, но толпа не была враждебной, наоборот.

Мы с принцессой направились ко дворцу, отвечая на приветствия толпы, и у самого крыльца нас перехватил высокий поджарый негр в строгом костюме. Я узнал его, в первую же секунду, и дыхание перехватило от злобы. Джон Хьюстон, старый знакомый. Полномочный посол Альянса Свободных Систем.

— Ваше Высочество! — воскликнул он.

Явно спешил сюда, чернокожая морда.

— Господин посол, — степенно кивнула Елизавета, тоже узнав его.

Он протянул ей какую-то бумагу, трепыхающуюся на ветру. Елизавета даже не шелохнулась, так что взять её пришлось мне.

— В целях защиты торговых путей и граждан Альянса Свободных Систем, постоянно проживающих в пределах Империи, эскадры Свободного Флота пересекли границы… — начал Хьюстон.

Я почувствовал, как в груди разгорается самая настоящая ярость. Я швырнул эту бумажку послу в лицо, а потом с размаху врезал ему в челюсть. Посол сел на задницу прямо там, где стоял. На глазах у толпы, под вспышками камер. В прошлый раз обошлось словами, но сделать это я хотел уже очень давно.

— Спасибо, господин командор, — холодно произнесла Елизавета. — Значит, иностранная интервенция…

— Война, — прорычал я.

— Война… — вздохнула она.

Принцесса глубоко вдохнула, прикрыла глаза, задумавшись на пару секунд. Ветер трепал её волосы, выбившиеся из причёски, и она показалась мне удивительно прекрасной в этот момент. Воинственной и прекрасной.

— Алексей… Я предлагаю вам пост главнокомандующего, — сказала она. — Вакансия как раз освободилась.

— Я всего лишь командор, Ваше Высочество, — произнёс я, потирая покрасневший кулак.

— Ошибаетесь… Господин адмирал, — мягко улыбнулась принцесса.

Кажется, я побил рекорд адмирала Ушакова, сделав самую быструю карьеру в космическом флоте. Я нацепил адмиральские эполеты, не дожив и до тридцати лет, что делало меня самым молодым в высшем военном командовании.

Ещё и отсутствие профильного образования ставило меня в не самое выгодное положение, академиев генерального штаба мы не кончали, так что знаний и умений мне остро не хватало. Управлять эсминцем — отлично, небольшой эскадрой — тяжело, но справлюсь. Для управления флотом… К сожалению, нет.

Так что теперь я спешно навёрстывал. Целыми днями читал и смотрел учебные материалы, усердно грызя заскорузлый гранит военной науки.

Особенно сильно я напирал на изучение опыта боёв с Альянсом. Мы их всегда бивали, это верно, и поэтому алики отчаянно жаждали реванша, и упустить такую шикарную возможность никак не могли.

Своим флагманом я, к удивлению многих, избрал не «Титана», сражавшегося на стороне совета, и не «Кроноса», присоединившегося к нам. Я остался на «Гремящем», который заправили на земле, подняли на орбиту Новой Москвы и снова заправили уже в космосе. Килограмм топлива внизу и наверху — это две большие разницы, и для подъёма на орбиту его требуется просто колоссальное количество. Именно поэтому строить корабли предпочитают сразу в космосе. А будь это не малый эсминец, а линкор или даже крейсер, подняться обратно он бы уже не сумел.

Корабль спешно переоборудовали под мои нынешние запросы и нужды, снова пристыковав его к новомосковской верфи, старшим там остался лейтенант Магомедов. Я же пока находился на поверхности планеты. Слишком много всего навалилось сразу со всех сторон.

Само собой, наземными делами всё больше занимались Елизавета и подполковник Игнатов, в политику и взаимоотношения аристократии я не лез, хотя вместе с адмиральскими эполетами я получил ещё и титул. Всего лишь барона, то есть, не владеющего системами и планетами аристократа, но всё же аристократа. Мои заслуги перед Империей были оценены в участок земли рядом со столицей (ужас как дорого и престижно), орден Гагарина и титул. Благо, титул — это просто звание и документ, орденов наша промышленность может наклепать сколько угодно, а поместий рядом со столицей освободилась целая прорва. Тех, что раньше принадлежали семьям опальных графов.

Но хотя бы внутри Империи ситуация приходила в норму, насколько это вообще возможно, когда эскадры Свободного Флота пересекают границы наших звёздных систем. Вернее, пока только одной системы. Дер Эквинум. Она ближе всех остальных находилась к Альянсу и и была из одной приоритетных целей. Сдать Дер Эквинум пришлось без боя, и теперь эскадры аликов летели дальше к нашим границам.

Войной это никто не называл. В официальных источниках, по крайней мере, потому что Альянс войну не объявлял. Её практически никто не объявлял. Это влечёт за собой целую кучу неприятных ограничений, так что все предпочитали проводить военные операции ограниченным контингентом или наносить точечные удары.

В любом случае, я теперь должен был ответить ударом на удар, оказать достойное сопротивление, хотя бы символическое. Елизавета прямо сказала мне, что не ждёт от меня чуда. Дер Эквинум потерян, ещё несколько пограничных систем тоже будут потеряны, и это приемлемо, но чтобы алики не попёрли дальше, придётся дать им по зубам. Иначе остановятся они только у самой столицы. Им палец в рот не клади.

— Я очень на тебя рассчитываю, Алексей, — произнесла Елизавета.

Мы снова могли побыть наедине, но это были уже не счастливые минуты совместного отдыха на борту корабля, это были сугубо рабочие моменты. Под глазами у Её Высочества красовались тёмные круги, вид у неё был усталый и измождённый. Я, скорее всего, выглядел так же, потому что спать нам удавалось едва ли по два-три часа в сутки. И это был даже не полноценный сон, а короткая дрёма на кушетке прямо в рабочем кабинете.