Чтение онлайн

– Его здесь нет.

– Как нет?! – воскликнули Весенин и Любищев одновременно.

– Если бы Копун прятался в звёздных системах войда, он бы меня услышал.

– Вы так уверены в… своих возможностях? – скептически проговорил астрофизик.

– Полковник имеет прямой менто-канал с Копуном, – присоединился к разговору Шапиро. – Если бы наш приятель услышал Дарислава Ефремовича, он бы отозвался.

– Тогда где же мы его будем искать, если его нет в Ланиакее?

– Он наверняка в Ланиакее, но в режиме «инкогнито». Думаю, он оставил для нас след, какую-нибудь пси-полевую закладку. Надо лишь найти носителя закладки.

– Не отвлекайтесь, товарищи, – сказал Дарислав. – Решаем задачи по мере их поступления. Калиф, пограничный конвой молчит?

– Не отвечает.

– А между собой эти «сучья» и «крокодилы» переговариваются?

– Минуту, послушаю.

– Прошерсти все диапазоны.

– Так точно.

По кораблю поплыла сторожкая тишина.

– Улавливаю струнное мигание, – доложил компьютер. – Корабли обмениваются очень короткими импульсами.

– Мы можем связаться с ними в том же спектре?

– В принципе, наверно, можем, только потребуется перестройка резонансных контуров передатчиков, – вместо кванка оживился Спирин, не ожидавший, что ему придётся участвовать в процессе контакта с пограничными аппаратами Ланиакеи.

– Сколько времени это займёт?

– Минут пять, не больше.

– Действуйте!

Снова по рубке эскора растеклась лужа тишины.

– Почему они не стреляют? – прошептала Вия Аматуни.

– Ждут наших действий, – предположил Ткачук.

– А мне кажется, – со смешком сказал Шапиро, – что эти ребята зауважали нас, признали равными, после того как мы дали отпор. Они явно уважают только силу. Догнав нас, они стали ждать наших объяснений.

– У вас очень живое воображение, Всеволод, – кисло похвалил физика Весенин.

– Но логика в этом утверждении есть, – признался Любищев. – Всеволод, вы, случайно, не изучали основы К-психологии?

– Пришлось изучать в своё время, когда меня часто приглашали в экспедиции.

– Это заметно по вашим формулировкам.

– Готово, командир! – воскликнул Спирин радостно.

– Капитан, включаем систему с переводом на три языка. Минутная готовность!

– Может быть, лучше я пообщаюсь с ними? – спросил Любищев.

– Нет! – отрезал Дарислав. – Говорить буду я! Калиф, основной получатель передачи – эта их «летающая тарелка».

– Понял.

Компьютер досчитал секунды с шестидесятой по первую, и Волков, успевший за это время сформулировать речь, начал:

– Внимание! Говорит руководитель научной экспедиции цивилизации Земли! Координаты цивилизации вам должны быть известны, так как наши посланцы встречались с вашими в так называемом Пузыре, где располагается тюрьма древних боевых роботов. Мы прилетели к вам с миром, с целью отыскать дипкурьера по имени Вестник Гефеста. Это искусственный интеллект, обладающий мыслительной и этической сферами. По всем данным, он находится в сверхскоплении галактик, которое мы называем Ланиакея. Если вы знаете его местонахождение, просим сообщить координаты. Обещаем забрать Вестника и, если у вас не появится желания пообщаться с нами, покинем скопление. Жду ответа!

Калиф выключил систему связи.

Какое-то время все молчали. Потом заговорил Весенин:

– Сформулировано неплохо, но я бы добавил…

– Ох, Тим, – перебила его Вия Аматуни, – как же ты всем надоел со своими «добавками»!

Дарислав улыбнулся в душе, мысленно поблагодарив женщину за поддержку, повторившую в сущности его слова.

– Калиф, нас услышали?

– С почти стопроцентной вероятностью.

– Реагируют?

– Понять трудно, однако всплеск переговоров я зафиксировал.

– Ждём.

Ждать пришлось больше часа.

В конце концов даже Шапиро и тот заявил:

– Ну их к чёрту, Дарислав Ефремович! Не хотят разговаривать, не надо. Давайте решать свои проблемы.

– Калиф, что с поиском двенадцати звёзд?

– Отдельных групп по двенадцать звёзд не обнаружено, – доложил компьютер. – Их всего-то три ассоциации, из которых только одна более или менее крупная – в двадцать шесть экземпляров. Она расположена в центре войда с большой гравитационной плотностью, порождённой не чёрной дырой, а, по всем признакам, скоплением тёмной материи. В ней находятся бозонные звёзды, и их ровно двенадцать.

– Жесть! – удивился Спирин. – Бозонные звёзды? Как узнали?! Бозоны – это же сверхлёгкие…

– Частицы с нулевым спином, – вежливо ответил Калиф, имеющий, конечно, в памяти все данные об экзотических объектах Вселенной. – Фотоны и КХД-аксионы.

– Двенадцать бозонных звёзд в одном месте? – не поверил Весенин. – Это невозможно! Бозонные капли звёздных размеров – штучное явление, хотя они и образуются чаще в основном в местах скоплений тёмной материи. В нашей галактике, если мне не изменяет память, их обнаружено не больше десяти.

– Что вы так всполошились? – спросил с недоумением Таир Эрбенов. – Звёзды – они и в Африке звёзды.

– Дело действительно в их необычности, – сказал Шапиро. – Нужны весьма специфические условия для образования бозонных конденсатов. В вашей галактике все они найдены в балдже, вокруг чёрной дыры массой в четыре миллиона солнечных. Но я первый раз сталкиваюсь со скоплением бозонных звёзд в центре войда. Калиф, каково примерное значение массы тёмной материи здесь?

– На краю определения моих гравидетекторов это около десяти солнечных масс.

– Удивительно! И чёрной дыры ты не видишь.

– Никак нет.

– Надо идти туда!

– Подождите, Всеволод, – недовольно проговорил Весенин. – Мы хотели искать Копуна, а не любоваться экзотическими звёздами.

– Одно другому не мешает, – хохотнул Шапиро. – Но я уверен, что двенадцать бозонных звёзд являются маяком для ещё одного экзота, и Копун наверняка двинулся туда.

– Мне хотелось бы обсудить…

– Позже обсудим, – пообещал Дарислав. – Калиф, повтори передачу.

– Они начинают двигаться…

– Внимание! – отреагировал Волков. – Готовиться к нападению!

Но произошло то, чего никто не ожидал.

Все корабли «пограничной службы» Ланиакеи внезапно выстроились в линию, точнее в стрелу, остриём которой стала «летающая тарелка», и двинулись к российскому космолёту. Не открывая стрельбы, зато посылая вперёд себя лучи прожекторов.

– Ё-моё! – изумился Спирин. – Они идут сдаваться?!

– Они передают сообщение, – сказал Калиф. – На трёх языках: русском, английском и китайском.