Чтение онлайн

– Так моране таки – это БРС Тима Весенина?

– Не совсем: они тут, и их нет.

– Не понял?

– Они из другой Вселенной.

Дарислав невольно присвистнул.

– За такую идею вас действительно по головке не погладят. Не стоит все загадки космоса объяснять воздействием другой Вселенной, это становится дурной привычкой.

– Они не из простой параллельной Вселенной, а из тёмной.

Дарислав вскинул брови, погружаясь в размышления.

– Доказательства?

– Немного, больше веры.

– Товарищ полковник? – послышался голос Весенина.

– Потом поговорим отдельно, – очнулся Дарислав, переключая линию интеркома. – Идём к Великому Аттрактору, ищем двенадцать звёзд. Другие мнения будут?

Ответить никто не успел, заговорил Калиф:

– В десяти мегаметрах с шести векторов фиксирую выход из невидимости шести объектов.

– Боевая тревога! – отреагировал Дарислав.

В течение трёх секунд эскор ощетинился всеми доступными системами обзора и защиты.

– Контакт!

– Запустил, ответа нет.

– Идентификация!

В общем обзорном виоме откололись шесть окон: Калиф выдал изображения объектов, увеличив их размеры.

Пять из них представляли собой гигантские «древесные сучья», обросшие сухими веточками. Точно такие же корабли участвовали в сражении земных космолётов с посланцами Властителей, Дарислав сразу узнал их. Шестой аппарат был вдвое меньше «сучьев», но почему-то казался более грозным, чем его спутники.

– Интересно, они сразу нападут, – поинтересовался Весенин, – или всё-таки попытаются узнать, кто мы такие?

– Смотря какую логику включит мозг БРС, – ответил Любищев, олицетворяя знатока теорем ксенопсихологии.

– Что вы имеете в виду, коллега?

– Если Всеволод прав, управляет разумом Ланиакеи не единый центр, не матка типа муравьиной, а распределённая структура со множеством систем поведения. Одна решает прагматические задачи, другая заведует мирными процессами, третья экстремальными, четвёртая командует военными подразделениями и так далее и тому подобное.

– Что-то мы пока натыкаемся только на агрессию.

– Этому есть объяснение, – сказал Шапиро. – Интеллектуальный базис моран Ланиакеи… э-э… то есть Большой Разумной Системы, действительно строится на множестве индивидуальных сознаний биологического типа. Как рой насекомых, он объединяет разных носителей индивидуального разума, каждый из которых имеет свою стратегическую парадигму логики.

– Но почему тартарианцы ведут себя как тупые автоматы с несложной программой, даже не пытаясь выйти на контакт? – спросил Ткачук.

– Тупы не тартарианцы, а их посланники, – возразил Шапиро. – Ум Ланиакеи считает нас недостойными контакта, вот и посылает, – физик выразил свои эмоции смешком, – тупые автоматы.

– Предлагаю дополнительно к программе контакта добавить световой маячок, – сказал Ткачук. – Может быть, это заставит местную погранслужбу понять, что мы не прячемся, идём в открытую и не представляем опасности.

– Отличная мысль! – согласился Дарислав. – Калиф, подвесь в километре круговой осветитель.

Компьютер повиновался.

Рядом с неторопливо плывущим в космосе эскором загорелся яркий шар осветителя, какими пользовались российские спасатели во время работы под землёй или в космическом пространстве. Но это не помогло. Наоборот, вспышка света послужила своеобразным сигналом к атаке шестёрки ланиакейской «погранслужбы». Все шесть удивительной формы кораблей ударили по «Салюту» из знакомых электрических разрядников, и в пространстве на пару мгновений возникла фигура, лучи которой образовали шестиконечную звезду. И хотя, как оказалось, целились «пограничники» в осветитель, а не в российский корабль, Калиф не стал рисковать как человек и «зарыл» эскор в «складку вакуума», унося его из зоны нападения на сто километров.

Несколько секунд эскадра «еловых сучьев» анализировала результат атаки, потом начала перестраиваться, пытаясь окружить не прячущийся под колпаком невидимости земной космолёт.

– Надо просто грохнуть их командующего! – азартно предложил Спирин. – Чтоб неповадно было встречать мирных гостей огнём на поражение!

– Они почему-то стрельнули по осветителю, – пробурчал Ткачук.

– Чёрт-те что у них в голове!

– Может, у них и головы-то нет, – хмыкнул Весенин.

– Эт точно, – поддержал его Шапиро. – Хотя и спорно. Дарислав, да ну их к дьяволу! Не хотят договариваться мирно, пусть колошматят космос молниями, сколько их душеньке угодно! Нам ведь они не помешают продолжать выполнять план?

Дарислав помедлил, оценивая маневры странных пограничных сооружений. Сказал:

– Вы правы, Всеволод, нет смысла бесконечно рубиться с ними, мы не рыцари на ристалище. Дориан, командуйте парадом, идём к войду Великого Аттрактора.

– Как прикажете, – скупо отозвался Давлетьяров. – Калиф!

– Выхожу на режим, – тем же манером ответил кванк.

К концу второго месяца после возвращения из Пузыря Денис Голенищев, оператор, отвечающий за функционирование технических систем «Дерзкого», впервые в жизни испытал чувство, близкое к тому, какое испытывает перегоревший перед соревнованием спортсмен.

С виду всё обстояло хорошо.

Фрегат занял своё место среди модульных сооружений и станций экспедиции у двойной звезды, внутри которой прятался инфоцентр древней межгалактической войны, и занялся рутинной исследовательской деятельностью.

Нельзя было сказать, что Голенищев не был загружен, как остальные космолётчики. Он участвовал почти во всех рейдах внутрь звёзд, доставляя научные группы к уцелевшему за сотни миллионов лет сооружению, и редко отдыхал. И всё же чувство скуки и пресыщения чуть не срывало ему крышу, как принято говорить в таких случаях. Денису жутко хотелось домой, на Землю или хоть на Луну, только бы не видеть пылающие недра звёзд, их протуберанцы и пляску языков пламени даже внутри самой базы. Выказывать свои чувства вслух кому бы то ни было он постеснялся. Во-первых, это ничего бы не изменило. Из-за психологической усталости одного человека никто не погнал бы фрегат на Землю. Во-вторых, оператора могли вообще отстранить от походов по планетарной системе звезды, и лучше ему от этого не стало бы. Вот Денис и молчал, стараясь загружать себя работой до предела и участвуя в делах, не свойственных его должности.

Так, восемнадцатого января он узнал о планировании разведрейда ко второй планете (звезда имела семью из семи планет и трёх пыльно-астероидных колец) и напросился на участие в нём в качестве драйв-секунды; капитан Бугров разрешил члену экипажа «отдохнуть», уловив настроение молодого парня. Таким образом Денис оказался в кабине «голема» среди четверых участников экспедиции, ощутив нечто вроде энтузиазма.

Ближайшая к звезде планета представляла собой каменно-металлический мирок размером с Меркурий, и облетевшие его беспилотники не нашли на поверхности планеты ничего интересного.

Зато вторая планета размером чуть больше Земли имела плотную атмосферу (правда, сильно запылённую вследствие природных условий либо вследствие войны), обширные водоёмы и реки, и носила следы жестокой бомбардировки. Ксеногеологи и археологи изучили снимки и пришли к единому мнению, что на планете существовала цивилизация, уничтоженная полмиллиарда лет назад, но до детального изучения инфраструктуры пока руки не дошли. Поэтому экспедиция к ней под начальством профессора Боярского, по сути, являлась первой.