Чтение онлайн

– Вставай, – Филипп никак не отреагировал на просьбу собратья. — Мне нужна помощь, чтобы разбудить Ярового. Энея этим беспокоить не хочу.

— Не могу встать... Не тупи так, по вискам гамселишь... Ненавижу все это, Господи, никогда так не буду пить... Какое задание, какой Орден, я хочу умереть...

Олефир, не обращая внимания на нытье, с трудом снял его на ноги и подвел к ванной, открутил холодный кран. Голова Северина со стоном облегчения нырнула в воду, а Филипп придерживал остальное тело от ныряния вслед за головой.

Боль в висках оледенела. Он лаял воду несколько долгих секунд, после чего получил способность кое-как мыслить и двигаться.

– Черт с тобой. Айда к Малышу.

На пробуждение Ярового ушло втрое больше времени. Шляхтич храпел, как небольшой паровоз, и даже на поливанку не реагировал — помог только щекотку под мышками. Пробужденный Ярема бросился искать ныряльщика, нашел его под кроватью, перекрестился и успокоился.

— Пап ныряльщик! Семейная реликвия, – объяснил он. – Мне мамуньо за него голову оторвет.

Игнат выглядел неестественно бледным, его селедка разхристалась, а усы обвисли, словно у старого кота. Он смотрел на мир недобрыми покрасневшими глазами.

Характерники кое-как собрали саквы и скопились возле портье, где получили окончательные счета. Оказалось, что ни Игнат, ни Ярема, ни Северин никаких монет не имели — и не только тех, что им выдал есаула, но даже собственных сбережений.

– Пустой кисет, - констатировал Чернововк, рассматривая подкладку кошелька.

— Матерь божья, — перекрестился Яровой. — Куда мы выбросили столько денег?

Единственный, кто мог бы ответить на этот вопрос, молча расплатился, включая возмещение изрубленного вдребезги стола в комнате Гната, и бессловно пошел к конюшням. Троица потянулась за Филиппом.

— Вот погуляли, — пробормотал Северин. — Голые, как турецкие святые...

— Брат Варган — отличный человек, — прошипел Ярема, непрестанно потирая лоб. — Пусть его Бог оберегает и Мамай помогает...

Игнат молча закрутил селедку вокруг уха.

– Счастья, господа рыцари, – крикнул им портье. — Ждем вас снова в Бриллиантовом дворце!

Игнат прорычал что-то малопонятное, но явно неприличное.

– А где Савка? — Северин наконец-то понял, кого не хватало.

– Деригора съехал ночью до нашего возвращения, – сообщил Филипп, устраивая саквы на своего конька. Буран стоял послушно и только помахивал длинным хвостом. — По свидетельству прислуги, был очень нетрезвым, но за постой расплатился. Собрал вещи, не без помощи пахолка заседлал Инцитата и уехал в неизвестном направлении. На месте его коня нашелся Василий.

– Какой Василий?
– спросил вяло Северин.

– Наш новый друг, кобзарь, которого мы встретили вчера, – напомнил Филипп. – Он спал в объятиях с бандурой. Я его разбудил, он Савку не видел. Передавал вам всем земной поклон.

Северин начал вспоминать. Кобзарь Василий... Ветчина... Игнат... Пари!

– Савка заложился с Гнатом на то, что найдет похитителей молодых характерников, – вспомнил Северин. — Неужели действительно уехал?

– Ох курва, - сказал впервые за утро Игнат.

– Похоже, он воспринял обещание всерьез, – пожал плечами Филипп.

– Где ваш пятый?

Все обернулись в новый голос.

К конюшням подъехал крепкий мужчина с мерзким шрамом, разрезавшим все лицо через лоб, нос и рот вплоть до подбородка. Звали его Самойло Кныш и то был обещанный есаулой Колодием характерник, который утром заскочил Филиппа. Самойло внимательно осмотрел мятые мармызы и констатировал:

— Каждый год одно и то же, — и обратился к Филиппу, как самому трезвому.
– Где ваш пятый?

Филипп кратко описал ситуацию, рассказав об исчезновении и глупом паре по розыску мифических похитителей.

— Я сообщу о самовольном отлучении, — покачал головой Кныш. — У нас нет времени ждать или искать его. Есть задача и она срочная. Запрягайте лошадей, а я вернусь через двадцать минут.

Самойло уехал.

— Пресвятая Мария, как же я сожрался, — охватил голову Ярема. — Еще и кунтуша собственного заблювал... Вот позор! Трет будет исповедоваться.

— Савка вскочил в беду, — констатировал Северин. Он чувствовал себя несколько виноватым, ведь собственной рукой показал то бессмысленное паре.

Игнат прорычал что-то настолько яростно, что Упырь сошел с ума. Готов к путешествиям Филипп сел возле Бурана и раскрыл книгу. Ярема погладил Офелию по шее, а Шаркань радостно заржал Северину, энергично переступая с ноги на ногу и всячески демонстрируя, что готов нестись хоть на край света.

Сама мысль о покачивании в седле скручивала желудок в узелок. Первая задача Ордена, а они едва ноги передвигают! Еще и болван Деригора убежал на поиски кого-то. Дело похищенных характерников в трезвом свете напоминало просто глуповатый слух. Наверное, Савка дрыхнет где-нибудь в поле, а потом бросится на их поиски.

Северин принялся запрягать Шарканя, а тот в шутку сопротивлялся, чему Северин совсем не радовался.

Вскоре вернулся Самойло, и с ним человек в капюшоне, из-под которого торчала седая борода. Незнакомец снял капюшон, демонстрируя немолодое лицо с недовольно сжатым ртом, осмотрел каждого характерника и сказал Самойлу:

— Эти молокососы? Серьезно? Да от них в милю перегаром отгонит! Это какая-то нелепая шутка?

— Успокойтесь, пан Вишняк, Орден гарантирует вашу безопасность, — ответил Самойло.

– Орден? Эти сопляки из Ордена? Из Серого Ордена или ордена малолетних бевзов? Они хотя бы знают, с какой стороны за саблю держаться?

Вопросы, очевидно, были риторические.

— Как эти бездельники могут обеспечить мою безопасность? Вы издеваетесь!

Кныш начал успокаивать неприятного старика, пока юноши бурили его волчьими взглядами. Незнакомец наконец умолк, махнул рукой и спрятался в конюшнях за их спинами, повернув капюшон на голову.

Самойло приблизился и сказал тихо: