Чтение онлайн

Но Анастасия права, сейчас нужно было спасти его жизнь. А вопросы можно задать потом — если он выживет.

Дорохова перенесли в наш экипаж и устроили на сиденье, предварительно подложив под него несколько дорожных одеял. Его тело было холодным и безжизненным, но слабый пульс всё же прощупывался. Анастасия действовала с удивительной для своего возраста решительностью и профессионализмом.

— Василиса, подай мне мою сумку, — скомандовала она, закатывая рукава. — Максим, нам нужно остановиться где-нибудь на ночлег. Ему требуется тепло и покой.

Я кивнул и дал соответствующие распоряжения кучеру. Впереди виднелся небольшой постоялый двор, который казался вполне подходящим для наших целей.

— Ты уверена, что сможешь ему помочь? — спросил я сестру. — Его раны выглядят серьёзными.

— Для начала нужно стабилизировать его состояние, — ответила Анастасия, доставая из сумки множество маленьких бутылочек с настойками и порошками. — Кровотечение остановилось, но он потерял много крови. Кроме того, судя по всему, у него пробито лёгкое.

Виктор сидел с другой стороны, внимательно наблюдая за Дороховым и нашими действиями. В его взгляде читалась настороженность.

— Странное совпадение, — заметил он тихо. — Встретить его именно здесь, на дороге к твоему новому имению.

— Я давно не верю в совпадения, — ответил я, наблюдая, как Анастасия смешивает какие-то порошки. — Но, возможно, его вынесло течением и ему повезло оказаться на нашем пути.

Василиса, всегда тихая и незаметная, неожиданно проявила инициативу. Она достала из своего багажа чистые полотенца и флакон с чем-то, что пахло спиртом.

— Госпожа Анастасия, позвольте помочь, — сказала она, подавая полотенца. — Нужно сначала очистить раны.

— Благодарю, Василиса, — кивнула Анастасия. — Ты права.

Вместе они начали обрабатывать раны Дорохова, пока я наблюдал за дорогой, а Виктор — за окрестностями, чтобы убедиться, что за нами никто не следит.

Когда мы добрались до постоялого двора, я щедро заплатил хозяину за две лучшие комнаты и полное невмешательство. Дорохова перенесли в одну из них, где Анастасия и Василиса продолжили свои манипуляции при свете масляных ламп.

— Его нужно согреть, — сказала Анастасия, накладывая на рану какую-то зеленоватую мазь. — Температура тела слишком низкая.

— Это из растения, которое ты вывела? — спросил я, глядя на мазь.

— Да, экстракт Солнечного корня. Он стимулирует кровообращение и ускоряет регенерацию тканей, — она аккуратно перевязала рану на груди Дорохова. — Если жар не начнётся в ближайшие часы, есть шанс, что он выживет.

Я невольно усмехнулся:

— Обычно жар — это плохой знак.

— Не в данном случае, — серьёзно ответила Анастасия. — Организм должен бороться с инфекцией. Если сил на это нет, значит, они слишком истощены.

Мы провели на постоялом дворе два дня. Всё это время Анастасия и Василиса по очереди дежурили у постели Дорохова, меняя повязки, давая ему отвары и настойки, которые буквально вливали в его безжизненное тело. На вторую ночь начался жар, и Анастасия выглядела довольной.

— Теперь можно ехать дальше, — сказала она утром. — Он стабилен, но всё ещё очень слаб. Василиса, ты будешь следить за ним в дороге.

— Да, госпожа, — кивнула горничная.

Виктор, наблюдавший за всем этим с плохо скрываемым скептицизмом, подошёл ко мне перед отъездом.

— Ты уверен, что это мудрое решение? — спросил он. — Ты сказал, что он работал на Аврору Сергеевну, а значит, может быть опасен.

— В его нынешнем состоянии — вряд ли, — я пожал плечами. — К тому же он и раньше приходил ко мне за помощью, думаю, сейчас причин быть на моей стороне у него прибавилось.

— И всё же…

— Если он попытается причинить вред кому-либо из нас, я лично позабочусь о том, чтобы в третий раз он не обманул смерть.

Виктор кивнул, принимая мое решение, хотя было видно, что оно ему не нравится. Я его не винил, Дорохову было сложно доверять.

Мы продолжили путь к Уралу. Дорога становилась всё более живописной, по мере того как равнины сменялись холмами, а затем и первыми отрогами величественных гор. Анастасия часто просила остановиться, чтобы собрать какие-то растения, которые она замечала у обочин или в лесу.

На пятый день пути случилось то, чего мы не ожидали — Дорохов пришёл в себя. Сначала он просто открыл глаза, бессмысленно глядя в потолок экипажа. Затем его взгляд сфокусировался, и он увидел меня.

— Темников, — прохрипел он, и в его голосе звучало настоящее удивление. — Законник… Как?

— Тебе повезло, что мы проезжали мимо, — ответил я спокойно. — Моя сестра и горничная буквально вытащили тебя с того света.

Дорохов попытался подняться, но скривился от боли и упал обратно на сиденье.

— Не стоит делать резких движений, — заметила Анастасия. — У вас пробито лёгкое, несколько рёбер сломано, и вы потеряли много крови.

— Вы… — он перевёл взгляд на мою сестру. — Благодарю вас, госпожа.

— Можешь рассказать, что произошло? — спросил я, хотя уже знал, что услышу. — Как ты оказался полумёртвым на берегу реки в сотнях вёрст от столицы?

Дорохов слабо усмехнулся, и от этого движения его лицо исказилось от боли.

— Длинная история, Темников, — он прокашлялся, и Василиса тут же подала ему воды. — Спасибо. Видимо, теперь я дважды обманул смерть, как выразился ваш коллега, — он кивнул в сторону Виктора. — Спасибо тебе и твоим друзьям.

Дорохов вздохнул и поморщился от боли. Его голос был слаб, но постепенно окреп.

— После нашей встречи в Петербурге я продолжал работать на Аврору Сергеевну. Она… изменилась. Стала моложе, красивее, но и опаснее. Её амбиции росли с каждым днём. Сначала это было просто стремление войти в «Общество», потом — занять в нём высокое положение. Но после того как она получила доступ к эликсиру молодости…

Он закашлялся, и Анастасия протянула ему какой-то отвар.

— Выпейте это, господин Дорохов. Поможет восстановить силы.

Он благодарно кивнул и продолжил после глотка:

— Она методично устраняла всех, кто мог помешать ей стать лидером российского филиала «Общества». Энгельгардт был убит по ее приказу, а Зарубин и Толберт загнаны в угол Бюро по ее наводке. И теперь Бог свидетель, какие у неё планы.

— Так вот почему меня так быстро сослали в отпуск, — задумчиво произнёс я. — Она убедила императора, что угроза ликвидирована.