Чтение онлайн

Посматривал на горы исписанной бумаги. Вот его жизнь...

Нет. Твоя жизнь в собственных руках!

— У меня есть просьба, Владимир. Если с книгой не повезет, прибереги эти записи для нее, — Северин указал на дочь.

Он предаст тебя, Северин, разве ты этого не понимаешь?

Оля помахала чумазой ладонью. Эти дни она вела себя удивительно послушно, подходила только для помощи с горшком или когда окончательно томилась. Тогда Чернововк брал дочь на колени, садился на пол и продолжал рассказ, в то же время разыгрывая зверьками целые пантомимы.

— Я хочу, чтобы она узнала мою историю.

– Обещаю, - Буханевич перекрестился. — Но книга выйдет, друг мой, я уже подсчитал: продам домик, где прятались сироманцы, и напечатаю все за свой счет. Будет настоящая книга! Без всякого слова лжи! Память Серого Ордена требует правды...

Он предаст тебя.

— Что будет дальше, Северин?

– Развеянное проклятие характерников.

Даже этот дурак считает тебя безумным.

— Ценой самопожертвования... Ты очень мужественный человек, Северин.

– Нет, Владимир. Мужественный человек решился бы жить. А я боюсь! Боюсь сойти с ума, как Савка. Остаться песиголовцем, как Филипп. Поэтому малодушно убегаю в приоткрытую щель.

– Этот голос... Он говорит тебе прямо сейчас?

– Он не умолкает никогда.

Потому что ты не хочешь умирать.

— Обычно летописи пишут отстраненно как исторические хроники. Но, Северин, я напишу другой. Летопись об отважных людях, добровольно пролитую кровь, проклятие и достоинство его нести... Летопись сероманской судьбы, честная и пронзительная, — Владимир сжал кулак. – И на этот раз никто его у меня не отнимет. Никто!

— Пусть так и будет.

Признай, наконец, прав, Северин.

На следующий день они двинулись к Владимирской горке, где среди богатых поместий истуканов дом, похожий на сказочный дворец: декоративные башенки, арочные окна, розовые стены, украшенные множеством праздничных гирлянд, цветных флажков и венков из еловых веток. На просторном дворе замерло несколько механических повозок и экипажей, покрытых дерюгой.

Тяжелую резную дверь приоткрыл лично хозяин: блаватый костюм, массивные золотые перстни, розовые щеки и жизнерадостная улыбка.

– Очам своим не верю! — большое брюхо закачалось, и жилетка, едва сходившаяся, напряженно затрещала. — Пан Чернововка!

— Рад, что вас застал дома, пан Клименко.

Он тебя опасается.

Глава млечного цеха Украинского гетманата сжал гостя в объятиях, достойных Малыша.

– Прошу, прошу, не стойте на пороге! А кто эта снежная принцесса?

– Моя дочь. Оля, поздоровайся с господином Тимишем.

Девочка скромно кивнула, чем привела господина Тимиша в невероятный восторг.

– Она очень на вас похожа! Так хорошо!

На поток восторженных возгласов в гостиную прибыла дородная, румяная, улыбающаяся женщина, чей возраст потерялся на рубеже сорока лет.

— Моя дорогая жена Анечка! А это – мой давний знакомый, Северин Чернововк!

Характерник почтенно поклонился. На взгляд Клименко отлично подходили друг другу.

— Миленько, помнишь, как меня спасли в Уманском паланку?

– Господи, Тимофей, ты это на каждом застолье вспоминаешь, - Анна поздравила Северина сияющей улыбкой. — Значит, вы были тем же спасителем. Рада знакомству!

Удивительно, как некоторые люди годами способны благодарить, подумал Чернововк. Сам он уже мало помнил это небольшое происшествие.

Вслед за Анной в комнату прибежала пара разгоряченных девушек Оли — крепкие и круглощекие сестры.

– Мои внучки. Текла и Теодора! – чумак лучился счастьем.

А ты своих внучек не увидишь.

Девушки одновременно сделали книксены. К большому удивлению Северина, Оля ответила тем самым. Вот оно, воспитание Яровой!

— Может, Оля хочет поиграть вместе?
– предложила Анна.

Дочь живо закивала. Северин забрал ее верхнюю одежду, шепотом сообщил Анне, что Оля временно не разговаривает, женщина с пониманием кивнула и повела девушек к детской.

— Какой чудесный день! — чумак зазвонил в колокольчик для прислуги. — Я когда проснулся, сразу почувствовал: сегодня случится что-то необычайное! Чуйка меня никогда не подводит.

Тимош издал приказы слуге, после чего пригласил характерника в большой зал. Все стены, тумбы, столики и полки украшали дагеротипы семьи Клименко — разный склад, разные годы, разные рамки, разные размеры. Никакой свободной поверхности! Черновкову вспомнилось фото, которое сделала ватага свежеиспеченных сироманцев в ателье дагеротипов на улице неподалеку...

Ты мог бы жить не хуже этих толстосумов, но вместо этого выбираешь смерть.

Посадились в мягкие кожаные кресла. Когда в последний раз он сидел с таким комфортом?

– Ваш учитель...

– Захар погиб в первые дни после начала охоты.

– Какая потеря! Весь Серый Орден – огромная потеря, – чумак сокрушенно покачал головой. — Сгребли жары чужими руками! А теперь, видите ли, кровь Темуджина смыла вымышленные преступления. Яровой нас за болванов считает!

— К слову: Темуджина мы убили без помощи Иакова.

— Вы участвовали в покушении? — уставился Тимофей.

– Было такое, – признался Северин.

Чумак сорвался со своего кресла и долго тряс руку характерника.

Почему этот хряк должен жить до старости, а ты — нет?

Принесли немалую бутылку бренди с тарелками бутербродов с разнообразными начинками и заморскими засахаренными фруктами. Куда там угощения Буханевича!

— Недавно писали, что останки борзых, Отто Шварца и нескольких божьих воинов нашли казненными прямо в поле...

– Могу указать место на карте, где их нашли.

Тимош разлил по стаканам темно-золотистый напиток.

— Вы опасный человек, господин Чернововку. И это прекрасно! Тот засранец Отто когда-то осмелился бросить меня в казематы! Меня, Тимиша Клименко! Истинный сумасшедший...

— Пусть вечно горит в аду.

За это и выпили. Бренди был крепок, богат букетом, и, несомненно, дорог.

– Обожаю вина, - заявил Тимош. – А бренди – ничто иное, как «выжженное вино». Идеальный напиток для прохладных вечеров. Вкусно?