Чтение онлайн

– Думаю, вашему Росатому наши технологии пришлись бы очень к месту, - когда они вернулись с 'экскурсии' на АСТ, заметил полковник Карякин.
– Однако мы тут не занимаемся благотворительностью. Так что за все надо платить. А вот что ваше руководство сможет нам предложить в оплату?

Впрочем, как понял Владимир, этот вопрос был не столько к нему, сколько к его 'двойнику'. Именно за этом же и отправили его в их мир. Впрочем, обмен кое-какой мелочевкой начался уже сейчас, не дожидаясь данных 'разведки'. Вот только пока это были мелочи. А вот состоится ли сотрудничество СССР и России в более серьезных областях? Это пока было никому не ведомо...

*** Интерлюдия. Дань. ***

За данью, как обычно, приехали осенью, после уборки урожая. Обшитый импровизированной броней из стальных листов старенький ржавый пикап, модель которого опознать теперь не смог бы никто, с таким же старым пулеметом, ехал впереди колонны, а за ним тянулась длинная колонна всадников с винтовками и вереница запряженных лошадьми автомобильных прицепов. Замыкал колонну еще один точно такой же пикап с пулеметом. И где только топливо берут? Или научились гнать его из какой-нибудь легкодоступной дряни?

Встречать 'дорогих гостей', которым большинство горожан с радостью влепило бы в лоб из чего-нибудь стреляющего, вышел сам алькальд города. В то время, как в самом городе жизнь в такие дни практически прекращалась. Люди старались лишний раз не высовываться на улицу даже тогда, когда в том была необходимость. Решит еще кто из арабов, что кто-то на них косо посмотрел - и все, голова с плеч. А уж жен и дочерей и вовсе старались спрятать как можно дальше - не дай бог попадется в неурочный час на глаза да приглянется кому из незваных гостей... Тогда точно жди беды. Были уже случаи, даже на его памяти...

Глядя через чуть приоткрытую штору на проезжающую вдоль улицы колонну, Хуан Родригес молился о том, чтобы никто из них не решил встать на постой в его доме. И на этот раз повезло. Вскоре хвост колонны исчез за перекрестком, и мужчина вздохнул с облегчением. Свою долю дани он уже отдал алькальду - так что незваных гостей не заинтересует. Завтра они, закончив с подсчетом дани, двинутся по домам неплательщиков - и начнут силой вытрясать дань. Нечем платить? Отберут последнее, а там хоть с голоду помирай. Нечего отобрать? Заберут в рабство дочь, сына, жену. Нет и их? Тогда пойдешь в рабство сам. Многие, впрочем, предпочтут отправиться в рабство сами, лишь бы их детей не тронули...

Впрочем, у Хуана Родригеса проблем с выплатой дани не было никогда. По местным меркам он был рабочей элитой - токарем. Этой науке обучил его отец, а того в свое время - дед. Который в свое время работал на самом настоящем заводе - огромных механических мастерских, производивших какие-то детали для автомобилей. Вот только завод тот навечно остановился еще в годы Долгой зимы. Вместе с электростанциями, железной дорогой, шахтами и многим-многим другим. Когда же Долгая зима наконец-то закончилось - людей осталось настолько мало, что восстановить это все уже не было никакой возможности. Точнее, что-то, наверное, еще можно было восстановить. Да и не нашлось на останках страны той силы, что смогла бы объединить и организовать людей...

Так что годы Долгой зимы и первые годы после нее были годами выживания - когда небольшая общины выживших питалась не столько со скудного урожая, сколько с выловленной в море рыбы, а уж о восстановлении промышленности никто даже и не думал. Лишь потом, когда несколько общин выживших объединились и избрали алькальда города, потихоньку начало возрождаться производство. Нет, не промышленное - для этого уже не было ни сил, ни возможностей. А ремесленно-кустарное. Тогда были созданы и городские механические мастерские, где стал работать его дед - как выяснилось, один из очень немногих квалифицированных специалистов, кто выжил в Долгую зиму. Очень быстро их город стал одним из крупнейших ремесленно-торговых центров бывшей Испании. Здесь частично было восстановлено электроснабжение, здесь могли даже не только ремонтировать старую технику найденными среди запасов или снятыми с 'доноров' деталями, но даже и делать запчасти к некоторым построенным еще до Катастрофы механизмам. Вот только этот период расцвета продолжался недолго.

Тридцать лет назад пришли арабы... Очередной их вождь провозгласил новый гранадский эмират и, без особого труда разгромив несколько племенных ополчений, дошел до их города. Армии у них практически не было - так что алькальд предпочел сдать город без боя. Взамен на что избежали погрома с повальным грабежом и насильем. Их лишь обложили данью... И горе тому, кто не смог собрать ничего для уплаты. Рабские рынки Гранады никогда не пустуют. Даже в их, даже сейчас достаточно богатом городе, каждый год по несколько человек забирают арабы... А что творится в мелких земледельческих общинах? Не хотелось даже и думать...

Когда-то в молодости его отец предлагал собраться и скинуть власть ненавистных арабов. Но тогда победила трусость... Платим дань - ну и ладно. А то мало ли что... Выступим против арабов, да не сможем победить - и прощай тогда не только относительная городская автономия, но и сама жизнь. И не только своя, но и всех близких тоже. С мятежниками арабы не церемонятся... Ушли арабы, как обычно, на третий день - и Хуан Родригес вздохнул с облегченьем...

– Ушли, ироды, - забравшись на чердак, где до поры до времени, вдруг к ним в дом с чего-то решат заглянуть, прятались его жена с двумя дочерями, произнес мужчина.

– Забрали кого?
– первым делом поинтересовалась на.

– Не знаю пока... Но наверняка. Да и разве бывало иначе? Завтра в мастерские пойду - там узнаю...

Вернувшись домой, они вернулись к повседневным делам. Хуан Родригес вместе с сыном занялись ремонтом сарая для скотины, а его жена вместе с двумя дочерями занялись домашним хозяйством. Скотину накормить, в доме прибрать, ужин сготовить... Нет, с чем-чем, а с семьей ему точно повезло... Жена и хозяйка хорошая, и сама умница-красавица. Трое детей, сын весь в него, ни умом, ни силой не обделен, по дому уже вовсю помогает, а скоро придет время и своему ремеслу его обучить. Две красавицы-дочки, скоро уж и замуж выдавать пора будет. Неволить с выбором он их не будет, но надо бы уж намекнуть, на кого взглянуть стоит. А уж там пусть сами решают... Нет, жизнь-то у него в целом удалась. А арабы? А что арабы... Пусть и неприятное, но давно уж привычное дело... По крайней мере, к тем, кто вовремя уплатил дань, претензий у них обычно нету.

В мастерские Хуан Родригес отправился на следующее утро. Располагались они недалеко от нынешнего, не старого, времен до Катастрофы, центра города. Когда-то здесь был большой завод, но от большей его части остались лишь развалины, часть которых затем была расчищена под рыночную площадь. Лишь один небольшой цех - инструментальный, как в свое время ему рассказывал дед - по-прежнему продолжал работать. Да в еще одном небольшом цеху теперь стояла паровая машина с генератором, обеспечивающим не только работу полутора десятков станков, но и электрическое освещение в домах знати...

Как выяснилось из общения с коллегами по работе, и в этот год арабы забрали в рабство несколько человек. Почти два десятка на четырехтысячный город... Неприятно, но... Как-то давно привычно. Все уж смирились с этим...

На 'Алмаз' Владимир приехал под видом заказчика. Кто он такой и что нужно? Ну производят они некоторые узлы для спутников связи - в качестве субподрядчика. Раньше использовали в них лампы бегущей волны производства Франции, но сейчас, сами ж понимаете, санкции... Вот и решило их предприятие обратиться к их отечественному производителю. Ну а 'Алмаз' - единственный в России производитель спиральных ЛБВ приборов... Та что больше-то и обращаться некуда.