Чтение онлайн

– Все произошедшее в саду и возле него мне известно, – начал Эргон. – То, как вы встретились с Григорием, – отец кивнул на нас с Гришей, – тоже ясно. В сущности, в этом нет никакой трагедии, кроме сорванного сюрприза.

– Я могу обвязаться ленточкой и заново явиться к принцессе в день ее рождения, правитель, – вполне серьезно сказал Гриша. – Возможно, это исправит ситуацию.

– Отставить разряжать ситуацию шуточками! – рявкнул отец, но в его глазах сверкнуло веселье. – Гриша явно ему нравится – еще с тех пор, как нагло просился на должность придворного казначея. Иначе вряд ли отец сходил бы за Гришей в наш мир и дал ему желаемое. – Так вот. Единственное, что сейчас нам неизвестно, – это почему вдруг ты, принц, решил, что Алису необходимо защищать. Узнал о какой-то неведомой угрозе… И как эта угроза связана с убийством в оранжерее. Прошу, Байдор. Пока я не уверен, что случившееся – твоих рук дело. От того, что ты скажешь, зависит твоя дальнейшая судьба и возможность участия в отборе. И почему ты желал умолчать это от меня. А, принц?

Байдор напряженно втянул воздух.

– Наконец-то мне дали слово, – усмехнулся он, стараясь скрыть раздражение.

Вражеский принц неплохо держал себя в руках. Страх на его лице не отразился. На очень красивом, сосредоточенном лице… Как бы он ни бесил меня, я вынуждена была признать, что он наделен хищной, острой, но утонченной красотой. Такой может быть наделен зловещий, но харизматичный негодяй из книги.

– Пока да, пользуйся этим, – бросил Эргон.

Принц выдохнул.

– Что ж… Как вы, должно быть, заметили, – он стрельнул взглядом на отца, – я не присоединился к всеобщему распитию веселящих напитков и молодецким играм в саду. Признаюсь, меня мало интересует подобное времяпрепровождение. К тому же, – теперь он посмотрел на меня, – очевидно, что принц Эребеара – не самая желательная компания для эреаморских молодых драконов, с некоторыми из которых мы встречались в битвах на границе.

– Испугался? – внимательно глядя на него, спросил отец, явно испытывая.

– Да нет, – с усмешкой пожал плечами Байдор, – скорее, не хотел провоцировать и создавать лишнее напряжение. Однако и я не мог до бесконечности валяться, читая ваши бесценные книги. Я вышел прогуляться. И что вы думаете? – Байдор обвел нас взглядом, словно собирался рассказать развязку увлекательной истории. – Я забрел в своего рода «кубрик» для женихов. Там никого не было. А посреди, прямо в воздухе болталось не видимое никому, кроме посвященных, вот это… – Принц повел рукой, и над столом возникли полупрозрачные буквы, состоящие из особой воздушной энергии.

Прочесть их я не могла. На лицах отца и Бамара тоже отразилось недоумение.

Несколько строк, написанных будто иероглифами. И как эти самые закорючки, текст выглядел как китайская грамота.

– Проклятье… – тихо прошептал Эргон. – Древняя эребеарская энергетическая вязь. Видимая только тем, кому предназначено ее прочитать, или могущественным эребеарским драконам, а по сути – представителям правящей династии, которым подвластна вся эребеарская магия. И ни один эреаморский дракон ее не то что не прочтет, даже не заметит. Как и я…

Лицо отца стало напряженным и злым, а у меня по спине пробежал холодок. Вот он, настоящий заговор, и следы его ведут в Эребеар. Как теперь отмыться Байдору? И все же… не его ли это сложная и коварная игра?

– И что там написано? – с досадой спросил Эргон.

– А написано там, – принц повел пальцем вдоль мерцающих над столом строк, – что принцесса должна умереть, это решено. «Вы должны пройти хотя бы до третьего испытания. Затем будет бал. На балу принцессу нужно убрать, если не получится прежде». Как вам?! По-моему, это очевидный намек, что принцессе грозит опасность. Она нуждается в защите, поэтому я и поспешил найти ее и защитить при необходимости. Я не хочу остаться без невесты, а сейчас любой из женихов может оказаться убийцей. А то и несколько, ведь тут сказано «вы должны». И очевидно, что как раз кому-то из участников отбора это послание и предназначалось.

Я вцепилась в подлокотники кресла. Вот как… Кто-то из женихов хочет убить меня по указанию неизвестного злодея. Зачем? В чем смысл? И как теперь быть… Запереться в спальне и не высовываться? Отменить отбор?

Гриша положил ладонь мне на плечо. С другой стороны появилась рука Бамара и тоже легла на плечо – другое, разумеется.

– Отставить трогать принцессу! – мимоходом бросил отец, и руки неохотно уползли, а мне стало сиротливо и страшно.

Соберись, принцесса, рявкнула самой себе. Будешь бояться – так и останешься принцессой мышей, а не драконов.

Байдор молчал, давая нам возможность осмыслить услышанное. Эргон пристально смотрел на него. Воздух звенел, как тогда, когда Байдор и Бамар буравили друг друга взглядами в саду, только намного тревожнее. Отец явно сканировал разум черного принца, искал лазейки под ментальную защиту, поставленную врагом.

– Я мог бы сломать этот блок, – произнес он наконец, – но тогда с твоей психикой произойдут необратимые изменения, попросту говоря, останешься дурачком. Мы не можем пойти на это. Да и война с Эребеаром тогда обеспечена, а мне сейчас не до нее. Я не могу прочитать твою память, принц Байдор, но все еще могу отличить, говоришь ли ты правду. Ты не лжешь. Может быть, умалчиваешь какие-то личные детали, но не более того.

Байдор облегченно выдохнул.

– Я слышал, что правители Эреамора могут ощущать ложь даже при наличии ментальной защиты, – сказал он. – То есть ты веришь, что это подстроил не я? Что это не в моих интересах?

– Ну, – протянул Эргон, – что в твоих интересах, ты, может, и сам еще не понимаешь. И да, я знаю, что ты не рисовал эти загогульки в воздухе, а увидел их случайно. А еще мы все понимаем, что это значит: на отборе есть несколько женихов, работающих на неведомого злодея, желающего оставить трон Эреамора без наследницы. Ведь самое главное – кто написал эти письмена. И как именно. Очевидно лишь, что это дракон из Эребеара. Возможно, все же твой отец, Байдор. И не исключено, что его цель, уж извини, – подставить тебя в том числе.

– Зачем? – напряженно спросил принц.

– А ты не понимаешь? – Отец рассмеялся. – Властолюбие тебе незнакомо? Желание править единолично, превратив остальных в марионеток, тебе неведомо?!

– Знакомо. На примере моего отца! – ляпнул Байдор и с досадой замолчал.

– Так вот… Возможно – я не утверждаю – все просто, – продолжил Эргон. – Сурал отправил тебя на отбор не для того, чтобы ты стал правителем всех драконов, нет. Он отправил тебя сюда, чтобы избавиться от сына – красиво и чужими руками. Работающие на него драконы должны убрать принцессу. Причем так, что подозрение падет на тебя, – и тогда уже я тебя казню. Оба трона останутся без наследников, и Сурал продолжит наш с ним обычный междусобойчик. Казнь наследника – отличный повод развязать глобальную войну между нашими странами. Как тебе такая версия, Байдор? Твой отец преуспел в сложных темных комбинациях.

Лицо принца перекосило. Эргон явно попал в больное место.

– Не исключено, – бросил он зло. – Я знаю, что он на это способен.

– Отлично. – Эргон был спокоен. – А теперь скажи, почему ты хотел скрыть это все от меня. Готов был доверить секрет принцессе, но не мне.

– А ты не понимаешь, правитель?! – Байдор вскочил и, тяжело дыша, уставился на Эргона. Надо же, как его прошибло, подумала я. У ехидного принца есть душа, своя боль. И боль немалая! – Как раз потому, что все наводит на мысль, будто злоумышленник – я! Потому что используется эребеарская магия, и все пути ведут к принцу! А если открыться вам целиком… Если вы мне поверите, и мы будем «работать» вместе – означает перейти на вашу сторону, предать свою страну и своего отца! Ты хотел бы, правитель, чтобы Алиса поступила так?!

В глазах принца бушевал огонь. А мне вдруг стало так жалко его… Острая боль ударила в сердце, и я прослезилась, словно это была моя боль.

Вот у меня есть мышь. Она мне мешает. Она создает противное раздвоение внутри меня, которое меня мучает, предлагает решать дилеммы. А у принца… У него есть отец, который «плохо ведет» себя, которого Байдор не одобряет. Который вряд ли тепло заботится о нем. И Байдора тоже разрывает надвое. С одной стороны – верность отцу, а с другой – понимание, что отец – негодяй.