Чтение онлайн

– Ты что, оглох? – Снова обратился я к безмолвному стражу.

– Не положено, – отрывисто выдал боец, не делая даже попыток встать со своего места.

– На «положено» хер наложено! – Зло парировал я. – Подойди и скажи, что ты видишь!

Рука солдата, сжимающая автомат, напряглась, и я уж было подумал, что он сейчас совершит какую-нибудь глупость, но тот все же поднялся и осторожно выглянул в окно, демонстративно не поворачиваясь ко мне спиной.

– И че? Что я там должен увидеть?

– Тучу. Ты видишь темную тучу над городом?

Военный покосился в мою сторону одним глазом с таким видом, будто рядом с ним стоял сумасшедший, и снова посмотрел на улицу, на этот раз более внимательно.

– Там ничего нет.

– То есть, ты не видишь никакой черноты на небе?

– Нет! – Чуть ли не рявкнул он, и вернулся в облюбованный им угол.

На этом наш разговор и увял, не успев толком начаться, а мои дерьмовые подозрения обрели плоть. Похоже, эта таинственная туча была ничем иным, как гигантским облаком Силы, разлитым в пространстве. Я прислушался к Зову, набатом гудящим во мне и с содроганием осознал, что он исходит именно оттуда…

– Кажется, я нашел тебя, Древний…

Пожилой особист вполне еще бодро, гораздо резвее, чем положено в его возрасте, топал по некогда знакомым коридорам. Тут все сильно изменилось внешне, но архитектура оставалась прежней, так что проблем с ориентированием он не испытывал.

Новая загадка заставила его стряхнуть пыль со старых петлиц и вернуться в строй, который крепко держал невидимые фронты державы, у истоков которой он некогда стоял. Многострадальной и трещащей по швам, но все-таки державы. Этой непостижимой загадкой был Сергей Секирин. Медиум, до поры до времени скрывавший в себе жутчайший талант властвовать над мертвой плотью. Похоже, за годы безбедной жизни его страна сильно расслабилась, и оказалась совершенно не готова к тому противнику, с которым ей пришлось столкнуться. Заботливо выращенная смена слишком легкомысленно отнеслась к необычной угрозе, чем поставила Россию на самую грань. И в этом он чувствовал свой промах тоже.

Это его преемники завели страну в трясину, из которой выбраться без потерь не представлялось возможным. И он не мог теперь оставаться в стороне, поскольку обязан был исправлять ошибки нового поколения.

– Михаил Эдуардович, – старика подловил рослый молодец, затянутый словно в корсет в приталенный китель. Красавец-боец, что сказать! Вот только в их деле одного умения носить форму было критически мало… – Полицейский, которого вы просили разыскать, доставлен. Ожидает вас.

– Уже? Прекрасно! Рад, что хоть такая мелочь не составила для вас особого труда.

Злой сарказм, звенящий в голосе старого особиста, заставил парня в форме замереть. Он недоуменно хлопал глазами, словно на него посреди оживленной центральной улицы вылили на голову целый ушат помоев. А старик только проказливо усмехнулся себе под нос. Ничего-ничего, молодым небольшой заряд бодрости полезен. А то совсем тут разленились в теплых кабинетах.

– Он сейчас в приемной, – уже не так браво продолжил служащий, – куда его сопроводить?

– Никуда, а то потеряете по пути. Сам дойду. Вы свободны.

Плечистый здоровяк испарился так быстро, словно его и не было, а особист лишь досадливо покачал головой. Единственное, что современные кадры отработали в совершенстве, так это умение исчезать с глаз. Позорище…

Сменив маршрут, Михаил Эдуардович отправился в приемную, где его дожидалась очередная ниточка, могущая привести к разгадке личности Секирина. И сейчас он ниточку будет безжалостно накручивать на свои заскорузлые пальцы, глядя на то, откуда она тянется.

Внутри приемной, на посетительском стуле, его действительно дожидался мужчина в полицейской форме. Завидев вошедшего, он дисциплинированно встал, держа в руках фуражку, признав в нем офицера, несмотря на то, что особист сейчас был в штатском.

– Рад с вами познакомиться, майор Галиуллин, – старик протянул полицейскому ладонь для рукопожатия и про себя отметил, что хватка у полицейского достаточно крепкая. – Пойдемте в кабинет, я хочу задать вам несколько вопросов.

Отставной кагебешник не просил и не предлагал, он просто утверждал, прекрасно понимая, что ни один законопослушный гражданин не сможет его ослушаться. Да и незаконопослушный, в принципе, тоже.

– Я здесь из-за Секирина? – Осведомился майор, когда они расположились в широком и просторном кабинете, где от прошлого хозяина осталось достаточно много предметов неуместной роскоши. Кожаный диван, картины в громоздких рамках, резная мебель, комплект которой стоил не меньше пары-тройки миллионов. Противно даже думать, на что еще шли бюджетные деньги, сосредоточенные в руках таких вот «руководителей».

– Верно, Дамир, вы здесь именно из-за него. И я надеюсь, вам есть, что мне поведать.

– Я так не думаю… э-э-э… – Галиуллин замялся, не зная, как обратиться к собеседнику.

– Михаил Эдуардович, – верно растолковал его паузу особист. – Обойдемся пока без чинов.

– В общем, Михаил Эдуардович, я уже неоднократно рассказал все, что мне было известно о Сергее. Кто только меня не вызывал. Разве что сам президент еще не интересовался.

– А вот в этом вы ошиблись. Он очень даже интересовался, пусть и не лично у вас.

Полицейский слегка сбледнул, услышав такую новость, и сразу же стал как-то меньше ростом.

– Вы не волнуйтесь, голубчик, ничего необычного. Вы же понимаете, что у первого лица страны не могло вызвать вопросов появление такой незаурядной личности, как Секирин. Вполне естественно, что он принялся изучать его окружение.

– Да… пожалуй…

– Ну, тогда давайте приступим!

Особист принялся дотошно расспрашивать Дамира обо всем, что было хоть как-то связано с медиумом. О том, как они познакомились, о том, в каких делах он принимал участие, о том, как они пили с ним пиво в «Стекляшке», о его отношениях с дочерью олигарха Стельцова, о Сухове и даже об Алине, которая во всей этой истории принимала участие лишь косвенно. Спецслужбы нарыли о бывшем медиуме все, что только сумели.

Спустя полтора часа невероятно выматывающего допроса, а другое слово подобрать было бы крайне затруднительно, Галиуллин был похож на выжатый и раздавленный ботинком лимон. Он держался на одних только морально-волевых ресурсах, которые позволяли ему сохранять хотя бы видимость вменяемого состояния. Хотя на деле, в его голове уже прочно поселился туман и остро пульсирующее желание выкурить сигарету.

– Не хотите закурить? – Спросил вдруг старик, словно прочитав мысли полицейского.

– Не откажусь! – Дамир согласился излишне поспешно, за что тут же мысленно себя отругал. Но все его размышления мгновенно выветрились, когда перед ним новый хозяин кабинета лично поставил хрустальную пепельницу.