Чтение онлайн

— В ваши годы, Борис Никанорович, отрезу на платье радовались. Слава богу, мы живём в другое время, когда имеется возможность как зарабатывать, так и тратить заработанные деньги на то, что тебе хочется.

И тут же улыбнулась в объектив фотокамеры Стоуна. Однако Борис Никанорович не собирался так просто сдаваться.

— Ты, Нина, глупость говоришь. Не в том радость, что дарить, а в отношении. Вы вон вручили своё золотишко, и сидите довольные, а в глазах внучки я не вижу особого счастья. Ну разве что когда Максимка ей колечко подарил. Ну так, я думаю, она бы любому подарку от него радовалась, даже вон какому-то пуховому платку.

Стоун на эти слова отреагировал удивлённым взглядом, и Козырев-старший, видимо, сообразив, что сболтнул лишнего, тут же налил гостю рюмку и предложил выпить в очередной раз за здоровье именинницы. Козырь у ветерана снова был железный: «Ты меня уважаешь?!»

Как итог, ближе к концу застолья заокеанский гость не то что лыка не вязал, но дошёл до такой кондиции, что на пару с Борисом Никаноровичем горланил срочно выученную «Но от тайги до британских морей…» Я ещё подумал, что было бы неплохо запечатлеть эту картину на видеокамеру. Но это ещё лет тридцать минимум ждать, пока у каждого появится мобильник со встроенной фото и видеокамерой. Уже после Сергей Борисович поведал мне, что под шумок записал исполнение дуэта на магнитофон, а затем до кучи ещё и разговор отца с американцем, в котором подвыпивший заокеанский гость под давлением Козырева-старшего и присоединившегося к беседе Михаила Борисовича вынужден был признать, что в его родных Штатах процветают жажда наживы, классовое неравенство, расизм и наркомания.

Мы же молодёжной компанией, как и год назад, уединились в комнате Инги, и снова слушали музыку. В девчачьих разговорах я участия не принимал, зато когда Инга, не устававшая любоваться пришедшимся впору колечком, поставила песни нашего ансамбля, я снова оказался в эпицентре самых разных вопросов. Они касались не только моего музыкального творчества, но и поездок за границу, и писательских успехов, даже интересовались моими достижениями на ринге.

А потом мне пришлось сажать нетвёрдо стоявшего на ногах Стоуна в такси и ехать с ним до гостиницы. По пути янки заявил, что у меня красивая гёрлфренд, чем-то похожая на его жену в молодости. Только попрощавшись с ним в холле гостиницы, и предупредив администратора, чтобы разбудили американца в шесть утра, иначе он опоздает на самолёт, я смог спокойно вернуться домой.

Где меня ждало сообщение от мамы, что звонила сама Пугачёва и, не застав меня дома, обещала перезвонить позже. Примадонна не обманула, перезвонила ровно в 11 часов, когда меня уже клонило в сон.

— Максим, добрый вечер, надеюсь, ты ещё не собирался спать?

— Здравствуйте, Алла Борисовна! Пока не ложусь, ждал вашего звонка.

— А я хотела тебе сообщить приятную новость, — в голосе Пугачёвой прорезалась нотка самодовольства. — «Две звезды» выбраны для исполнения на конкурсе «Песня года». И ты, как автор, должен подъехать на съёмки, занять место в зале и получить награду от ведущих.

— Здорово! — восклицаю я совершенно искренне. — Постараюсь приехать. А когда съёмки?

— В конце декабря, я тебе ещё позвоню дополнительно… Максим, — голос её стал слегка заискивающим, — а ты случайно ничего нового не сочинил?

Вот же приставучие… То муж её, то она сама клянчат новенькое. Может, и правда ей чего-нибудь подкинуть? Ну, например, например… Блин, в голову ничего что-то не приходит.

— Кое-что имеется, Алла Борисовна, вот только сегодня на ноты переложил. Давайте я как-нибудь вырвусь в Москву, и вы сами оцените новую вещь. А там и договор, если что, подпишем. Может быть даже с мамой на всякий случай приеду, — намекнул я на серьёзность намерений.

На том и порешили. Пугачёва прощалась со мной довольным голосом, а я терзал свою память на предмет того, чем же порадовать певицу. Надеюсь, с утра в голове прояснится, а то сейчас то ли ещё шумело в мозгах шампанское, то ли просто хотелось на боковую.

Начальник КГБ СССР Юрий Владимирович Андропов сквозь линзы очков смотрел на собравшихся в его кабинете строгим взглядом, как учитель смотрит на нерадивых учеников. Его заместители, руководитель отдела сбора первичной информации, начальники республиканских, краевых и областных управлений госбезопасности — все сидели, стыдливо уткнувшись в свои раскрытые папки, с которыми явились на совещание в его кабинет на площади Дзержинского. На совещании обсуждалось сразу несколько животрепещущих тем, а под занавес Андропов напомнил о ходе выполнения директивы за собственной подписью, разосланной по городам и весям почти год назад. В ней говорилось о необходимости обращать внимание на людей, как-либо выбивающихся из общей массы, преимущественно мужчин от тридцати лет и старше. И информацию о таких людях отправлять в отдел обработки первичной информации.

Он выслушал всех по очереди, после чего устроил подчинённым небольшой нагоняй. Год прошёл, а его приказы выполняются настолько вяло, что отдачи практически не ощущается. Ему подсовывают либо каких-то фокусников, либо мошенников, и он вынужден тратить людские и материальные ресурсы на отработку тупиковых версий. Складывается ощущение, что поиски человека, сдавшего КГБ и ГРУ предателей, обречены на провал. За это время разыскиваемый мог несколько раз объехать весь Советский Союз, отрастить или наоборот сбрить бороду, ещё как-то изменить внешность, а мог даже покинуть пределы страны — вдруг он выездной?

— Юрий Владимирович, можно?

Его заместитель Семён Цвигун, словно школьник за партой, поднял руку.

— Что у вас, Семён Кузьмич? Говорите, не стесняйтесь.

— Тут, если кто не в курсе, не так давно в редакции журнала «Юность» состоялась пресс-конференция с молодым, 16-летним автором Максимом Варченко.

— Я что-то слышал о нём, — кивнул Андропов, краем глаза заметив, как дёрнул уголком губ начальник Пензенского областного управления КГБ Иван Ильич Лазарев. — По-моему, он что-то о войне как раз в «Юности» и написал.

— Так точно, Юрий Владимирович! Только там начало сюжета необычное. Наш с вами современник, юноша, представитель, так сказать, «золотой молодёжи», заблудился в лесу и в результате хронопарадокса вышел из него в ноябре 1941 года. То есть провалился в прошлое. А дальше, может, и сам того не желая, оказался втянут в реалии Великой Отечественной, даже в концлагере успел побывать. В общем, роман о перековке вчерашнего трутня в настоящего Человека с большой буквы. И кстати, по этой книге на киностудии Горького уже начали снимать фильм.

— Надо почитать, — задумчиво произнёс Андропов. — Принесите мне завтра номера журнала с этим произведением. А пресс-конференция по какому поводу собралась? Неужели из-за одного этого романа?

— Не только… Во-первых, интерес читателей был вызван, прежде всего, личностью самого автора, как практически подросток сумел написать настолько серьёзную книгу? Оказалось, рукопись действительно вышла из-под пера этого вундеркинда, а то ходили слухи, что он то ли украл, то ли выкупил её у какого-то маститого литератора. А кроме того, молодой человек активно занимается боксом и недавно выиграл первенство Европы среди юниоров. Но и это ещё не всё! Максим Варченко создал на базе железнодорожного училища, в котором проходит обучение по специальности «помощник машиниста электровоза», вокально-инструментальный ансамбль, и их песни, многократно переписанные на магнитную ленту, уже гуляют по всей стране. И не только по стране. Одна из композиций на английском языке была выпущена на пластинке в Венгрии, а затем стала очень популярной за океаном, в Соединённых Штатах Америки. Кстати, ещё одна его песня называется «Две звезды», и так называемый видеоклип уже появлялся в телепрограмме «Утренняя почта». В общем, наш юноша и швец, и жнец, и на дуде игрец.

В помещении повисла тишина, было слышно лишь движение маятника в старых напольных часах. Андропов, не размыкая сплетённых пальцев, снова обвёл собравшихся взглядом, в котором уже сквозил вопрос.

— А откуда этот парень? Москвич?

— Нет, Юрий Владимирович, он из Пензы.

Взгляд главы ведомства устремился в сторону Лазарева. Тот обречённо выдохнул, но, тем не менее, прямо посмотрел в глаза Андропову.

— Иван Ильич, а почему от вас не было доклада по этому самому Варченко?