Чтение онлайн

Я как-то выпал из времени и пространства, вторую песню подряд, но на этот раз это было как сильнодействующий наркотик. И выход из этого состояния дался мне куда сложнее. Закончив играть на автомате, я ещё какое-то время смотрел безумным, ничего не понимающим взглядом в зал, откуда мне в лицо несколько раз, ослепляя, ударила фотовспышка.

Народ понемногу успокаивался. А ведь и девки бесились не хуже парней. Первая песня публику как следует разогрела, а вторая окончательно посрывала крыши. Ну да, я виноват самым непосредственным образом. Блин, отмажусь как-нибудь, скажу, что сам не ожидал такого результата. Наверное, организаторы пребывали в таком шоке, что даже не догадались звук вырубить. И всё ещё, наверное, пребывают.

В ложе, где сидели ректор и госсекретарь, тоже наблюдалась растерянность, разве что Стоун выглядел почему-то весьма довольным.

– Вар-чен-ко! Вар-чен-ко! – скандировал зал.

Надо что-то, наверное, сказать на прощание. Надеюсь, с помощью микрофона удастся их перекричать.

– Друзья, спасибо за тёплый приём! За очень тёплый, я бы даже сказал, горячий. Надеюсь, ещё когда-нибудь мы с вами увидимся.

О, наш конферансье объявился. Держит марку, снова сияет фарфоровыми зубами.

– Леди и джентльмены! Прошу вас, давайте вы сядете на свои места. У нас впереди ещё одна группа, надеюсь, она не вызовет таких бурных эмоций, как выступление господина Варченко и его друзей, – плосковато попытался шутить ведущий. – Давайте поаплодируем покидающим сцену музыкантам и пригласим на сцену ваших любимчиков, группу «Eagles»!

«Орлы» уже выходили на сцену, и на их лицах читалась растерянность. Они не понимали, что после нас смогут дать публике, которая получила убойную дозу музыкального наркотика. Мне даже стало их немного жаль. Ну да ничего, это всего лишь концерт для студентов, пусть даже и покажет его в своём эфире SHO.

– Это была жесть!

В гримёрке все наперебой кинулись обсуждать то, что творилось во время нашего выступления. Когда-то я что-то подобное уже видел. В душе всколыхнулась ностальгия по временам, когда мы с моей группой «GoodOk» колесили по области и соседним городам. Особенно первые концерты, когда непривычные к такому успеху парни и Ленка не верили своим глазам.

Не успели мои музыканты и Джим прийти в себя, как раздался стук в дверь и, не дожидаясь разрешения, в гримёрку влетел Генри Стоун и на русском выкрикнул:

– Макс! Как я рад тебя видеть!

Двумя руками схватил мою руку и давай трясти. Я вымучил из себя ответную улыбку:

– Я тоже рад, мистер Стоун. Честно говоря, не ожидал вас увидеть здесь. Какими судьбами?

Парни и Бриджит заинтересованно переводили взгляд с меня на журналиста и обратно, ни шиша не понимая по-русски.

– Да вот, отозвали из Москвы, не знаю пока, надолго ли. А тут узнал, что ты сегодня здесь выступаешь, дай, думаю, загляну… Слушай, Макс, это было потрясающе! Пусть тебя покажут по ТиВи, но я просто обязан написать материал в своё издание. И сделать с тобой интервью. Ты как, не против?

– Нет, конечно! Надеюсь, вопросы будут не слишком каверзными?

Стоун расхохотался, причём, как мне показалось, от души. Затем погрозил мне пальцем:

– Эй, Макс, ты что же, думаешь, я поставил перед собой цель тебя подставить? Ты мой друг! Да-да, друг, не нужно так иронично улыбаться. Жаль, что у тебя не так много времени, что уже завтра вечером ты улетаешь вместе с делегацией, иначе я бы пригласил тебя к себе в гости… Ну так что, уделишь мне четверть часа?

– Да без проблем. А где, прямо здесь?

– Хм, ну, в общем-то, хотелось бы уединиться без посторонних…

– Джим, – уже на английском обратился я к клавишнику. – Мистер Стоун хочет взять у меня интервью, где мы с ним можем уединиться?

В итоге нам попросту освободили гримёрку, и мы со Стоуном остались тет-а-тет. Тот положил на столик портативный магнитофон, но не торопился его включать. Вместо этого он протянул мне кассету из-под фотоплёнки.

– Держи. Надеюсь, ты знаешь, что с этим делать.

Я взял кассету и спрятал её в потайной, на молнии карманчик куртки, который мне оперативно смастерили в ателье по моему заказу перед отлётом в Штаты. Всё так, как и предупреждал Козырев. Надеюсь, я его не подведу… Ха, надо же, Генри Стоун – перевербованный агент КГБ. На какой крючок они его поймали? И я тут, играю в шпионов. Ну а куда деваться, как было не уважить просьбу дорогого Сергея Борисовича? Отдам ему кассету теперь в Москве, как и договаривались.

– Кстати, концерт по «Showtime» будут показывать на следующей неделе, жаль, что ты его не увидишь. Однако я могу записать его на видеокассету и, как у вас, русских, говорят, при первой оказии тебе её переправлю. Возможно, по дипломатической почте. А теперь я действительно задам тебе несколько вопросов, легенда должна быть правдоподобной, – улыбнулся Стоун.

Четверти часа ему и в самом деле хватило, чтобы записать мои ответы. В общем-то, и впрямь обошлось без каверзных вопросов, мистер Стоун оказался весьма тактичен.

– Это интервью в газету пойдёт или оно так, для прикрытия? – на всякий случай поинтересовался я, когда собеседник остановил запись.

– Я договорился, что как минимум подвал 8-й полосы в послезавтрашнем номере зарезервируют за мной. Кстати, на шоу работал наш фотокорреспондент, так что иллюстрации должны быть убойными, возможно, мне даже выделят большую площадь. Газету ты, скорее всего, не успеешь прочитать, я тоже постараюсь как-то тебе её переслать.

Мои музыканты поджидали меня в коридоре, где сновали участники других коллективов. Кто-то уже направлялся к выходу, в том числе и «орлы». Один из них, проходя мимо, остановился и упакованными в чехлы барабанными палочками несильно ткнул меня в грудь.

– Парень, ты сегодня уделал всех. Даже мы на твоём фоне смотрелись бледно. Я слышал, ты ещё боксом занимаешься и книги пишешь. Послушай, это круто, но я тебе советую – не бросай музыку. Тебя ждёт большое будущее.

– Спасибо, обязательно воспользуюсь вашим советом, – улыбнутся я в ответ.

Он ещё похлопал меня по плечу, прежде чем двинуться дальше, а я попал в окружение своих ребят.

– Ничего себе, тебя сам Дон Хенли похвалил! – воскликнул Фрэнк.

– Да, ты сегодня звезда, – подхватила Бриджит.

В лоджи я появился в одиннадцатом часу. Хвостов меня словно специально поджидал, выскочил на автостоянку, где припарковался Джим.

– Всё нормально? Обошлось без эксцессов?

– Вам, Сергей Константинович, нужно было со мной ехать, там бы всё на месте проконтролировали. А так, – я притворно вздохнул, – меня теперь потащат в американки суд.

У Хвостова отвисла челюсть.

– Что? В суд?! За что?!!

– За то, что устроил на концерте дебош. Разбил гитару о сцену и швырнул акустическую колонку в зал, покалечив полицейского.