Чтение онлайн

– Джентльмены, вы готовы? Что ж, тогда не будем затягивать этот приятный момент.

Рефери пощупал наши перчатки, шлёпнул легонько каждого ниже пояса, проверяя, на месте ли «ракушки». Удовлетворённо что-то пробормотал себе под нос, развёл нас по углам и кивнул хронометристу. Тот кивнул в ответ, после чего ударил молоточком по гонгу.

– Бокс!

Толпа всколыхнулась, а мой соперник сразу же уверенно занял центр ринга. Я не стал с первых секунд включать режим «зайца», бегая по углам, решив для начала устроить разведку боем. Руки-то у него, понятно, подлиннее моих, но в то же время скорость выброса перчатки уступала моей. Пару раз я его достал левой, тут же отклоняясь назад, а его перчатка то и дело не долетала до моей головы. Либо врезалась в блок, из-за которого я выбрасывал свои удары, тут же снова пряча голову за перчатки.

Но даже такие, заблокированные удары оказывались чувствительными, всё-таки масса была на его стороне. За первую половину раунда он разочек меня потряс, когда я принял на перчатки особенно сильный удар, и мне самортизировало своими же перчатками себе по носу. Хорошо, обошлось без кровотечения.

А народ заметил, как мотнулась моя голова, завопил, завизжал… Что здесь на трибунах вообще делают дети? Хотя ладно, бой-то выставочный, своего рода шоу. Да и бокс в Штатах настолько популярен, что его, думаю, смотрят с пелёнок, благо и по телевизору показывают.

Я отскочил в сторонку, опустил руки, попрыгал, всем видом демонстрируя, что мне всё нипочём. Даже похулиганил малость, высунув язык. Если об этом узнают в Союзе мои вышестоящие начальники по комсомольской линии… Да и от Козырева может влететь. А вдруг он, кстати, где-то здесь, в толпу затесался, маскируется? Ну а что, с него станется. Хотя по идее должен находиться рядом с Бобковым, при том что я так и не знал, прилетел ли он в США или остался дома. Приходилось довольствоваться догадками.

Я всё же решил больше не рисковать, принимая удары на перчатки, и концовку раунда побегал, отстреливаясь от двигавшегося на меня атомным ракетоносцем Фрезера одиночными и двойками. Особого урона я ему на не нанёс, но и он меня толком ни разу больше не смог достать.

После первого раунда мы оба выглядели достаточно свежими. Майки посоветовал мне включить ускорение и попытаться измотать Марвиса петушиными наскоками. Так и сказал – «петушиными».

– Мне больше нравится другое выражение, которое когда-то выдал Кассиус Клей: «Порхать, как бабочка, и жалить, как пчела», – усмехнулся я.

– Можешь порхать, главное – попытайся его вымотать, чтобы в третьем раунде он едва стоял на ногах. Тогда он станет для тебя лёгкой мишенью.

Гонг. Марвис вновь по-хозяйски занимает центр ринга и начинает теснить меня к канатам. Я не позволяю себя зажать и кружу вокруг него, выполняя наказ Кассиуса Клея, он же Мохаммед Али. То есть не только кружу, но и постреливаю одиночными джебами передней, как иногда говорят боксёры, рукой. Попадаю не так чтобы сильно, но соперника это начинает понемногу подбешивать – сам-то он пока за примерно минуту второго раунда меня ни разу не достал.

Пытается побегать за мной, да куда там… Плевать, что со стороны отдельных зрителей несутся крики типа: «Русский слизняк» и «Трусливая девчонка». Я не ставлю перед собой задачу героически умереть. Страховки-то нет, а денежки, глядишь, после моей кончины «забудут» перечислить, хоть и подписан документ у нотариуса.

Ко второму перерыву Марвис уже не выглядел таким бодрым, как три минуты назад. Его мощная грудь тяжело вздымалась, с лица градом катил пот… Почему, кстати, говорят – градом? Ручьём, я ещё соглашусь, но градом…

– Эй, русский, давай дерись!

Блин, а этот жиртрест что ещё здесь делает?

– Мне нужно шоу, драка, а не танцы, – брызжа слюной, верещал снизу Браун., ухватившись одной рукой за ножку моего стула, словно собираясь его выдернуть из-под меня. – Если ты не будешь драться, то никакие 50 тысяч не получишь. Ты понял?

Ах ты ж сукин сын! Шантаж! Откровенный шантаж! И где в договоре был пункт, что если я буду бегать по рингу, то не получу своих денег? Но почему-то я был уверен, что эта мразь сумеет сделать так, что я останусь с носом. И иди потом доказывай, что ты не рыжий.

– Мистер Браун, вы хотите, чтобы Марвис сделал его инвалидом? Это закончится международным скандалом, – попытался вступиться за меня Майки.

– Эй, а тебе, черномазый, никто права голоса не давал. А ещё раз вякнешь – и своих ста баксов не увидишь.

Ну, сука… Не знаю, как я удержался, чтобы не спрыгнуть вниз и не заехать этому ублюдку по физиономии. Ну и мразь!

Однако, ради этих проклятых 50 тысяч, видимо, придётся немного порубиться с Фрезером. Публика хочет шоу, здесь я соглашусь. Только в таком случае надо было приглашать рестлеров с их театральными бросками и ударами. Никогда не понимал этот вид спорта. Ясно же, что всё заранее отрепетировано, однако не только дети, но и взрослые неистово болеют за бойцов, считая, что они дерутся по-настоящему.

Едва прозвучал гонг, как я кинулся вперёд, обрушив на соперника град ударов. Тот оказался настолько ошеломлён моей атакой, что пара-тройка достигли цели, основательно встряхнув Фрезера. Публика неистово завопила, требуя «продолжения банкета», да и я на этом фоне завёлся, намерившись провести ещё одну затяжную атаку.

Вот только на этот раз Марвис оказался готов, и я сам не понял, как оказался на канвасе. Звуки моментально исчезли, а я увидел над собой натянутый тент, лампы и пару секунд спустя в поле зрения появилось лицо рефери.

Один палец, второй, третий… Глядя на его шевелившиеся губы, я проморгался, приподнялся на локтях и встряхнул головой. Как-то сразу на меня обрушились звуки и голос рефери:

– …шесть, семь… Ты как, парень? Сколько пальцев видишь?

– Один.

– Окей. Встать сможешь?

Старясь не делать резких движений, я поднялся на ноги. Вроде ничего не плывёт перед глазами. Марвис из нейтрального угла сделал шаг вперёд, но рефери жестом его остановил. Я же легонько попрыгал на месте, окончательно приходя в себя.

– Где моя капа?

Рефери поднёс её к моему рту, но, увидев прилипшие к ней какие-то песчинки, я мотнул головой:

– Сполосните, она грязная.

– Он тянет время! – услышал я крик Фрезера-старшего.

Однако рефери всё же позволил Майки ополоснуть капу, прежде чем она оказалась у меня во рту.

– Бокс!

Похоже, Марвис всё же вознамерился закончить бой досрочно. А как ещё можно было трактовать его мощнейшую атаку? И это невзирая на то, что бой носил статус товарищеского. Видно, сумел я его разозлить. А может, Браун и с Фрезером поработал, наобещал золотые горы, если он меня уложит досрочно. Что толку гадать, нужно как-то умудриться дожить до окончания боя, а это где-то минуты полторы, не меньше.