Чтение онлайн

Прошел месяц. И вдруг приказ выдвинутся к складам корпуса, получить там матчасть и выдвинуться в аэропорт Беслан.

Макс выехал к складам и там не поверил своим глазам. Выкатили с нуля станцию Экватор и Молния. Ему придали бойцов за руль и операторов, которых взяли из дивизии. Два радиотелеграфиста, два засовца, кодировщик и два водителя. Макс пошел проверять ЗИПы и комплектность станций. Подошел особист и дал на подпись формуляры по приему станций. Макс возразил — пока не приму не подпишу. Статья серьезная. Отдельна шла стойка ЗАС в упаковке. Отдельно кодировочная машинка в ящике. В конце концов все приняли, завелись и поехали в аэропорт Беслана. В Беслане их малую колонну тут же пропустили на летное поле и машина сопровождения повела их подальше от всех. На краю стоянки стоял АН-12 с открытой рампой. Макс вышел из машины и подошел к особисту. Мы чего улетаем? — спросил Макс или сдаем технику? Особист вручил ему пакет, — ознакомишься в пути, — сказал он.

Макс все понял. Машины загнали в самолет. Пилоты напрягли техсостав, чтобы закрепили технику. Особист подошел к Максу — ну земеля, удачи тебе там и пожал руку. Макс зашел в грузовой отсек и постелив свой бушлат сел на лавку. Рампа закрылась. Движки взревели и самолет тихо двинулся на взлет. Армия — это один большой бардак — вспомнил он поговорку отца. Ну неужели нельзя было спокойно все сделать не за день, а за два? На кой все это отжимания, когда можно было спокойно принять технику, ее загрузить и потом спокойно улететь. В армии это невозможно. Все в режиме бросай мешки — вокзал отходит. Потому как приказ. Да и хрен с ним — Макс скатал воротник бушлата, положил на него голову и уснул.

Проснулся он от толчка при приземлении борта. Двигатели заработали на реверс и самолет стал останавливаться. Остановившись АН стал открывать рампу. Из-за рампы пыхнуло жарой. Когда рампа открылась в самолет влез солдат в панаме и шортах. Без верхней части формы. Правда панама было со звездой — типа наши мы. Хе-хе. И прокричал наружу — давай сгружай нах. Снаружи выползло еще пятерка солдат в такой форме и стали разнайтовывать машины. Машины разгрузили и Макс дал команду найти тень и там запарковать их. Пакет он конечно вскрыл и прочитал. Там был приказ выдвигаться на территорию республики Афганистан. В район города Герат для разворачивания запасного командного пункта армии (ЗКП). На улице было под 40 градусов жары. И им еще ехать на машинах до Герата. Пипец просто. Ну здравствуй Афганистан. Давно не виделись мать его так.

ЗКП

Приземлились на каком-то военном аэродроме южнее города Мары. Это еще не Кушка, но река Кушка течет рядом. Кроме их АН-12 там стояла еще пара СУ-25. Упаковались и ждали приданного проводника с полномочиями пересекать границу. Тут одна дорога на юг через перевал на Герат. Слева видны снежные шапки Гиндукуша. За 5 км высота не меньше. Подъехал УАЗик с майором погранцом и двумя солдатами с автоматами. В экипаже ни одного офицера. Макс за старшего колонны. Хорошо, что ему сержанта дали. А то бы совсем было туго. Любой прапор — уже начальник. В пирамидах радиостанций АКМы. По два на машину с боезапасом. Макс приказал разобрать пирамиды и вооружить связистов. Тронулись потихоньку. Майор-пограничник сказал, что до конца дня вряд ли до перевала доедем. Придется ночевать в дороге. В ночь через перевал не пойдем. Серпантин. Водилы молодые. По горам не ездили. Рисковать нет смысла.

Уже под вечер доехали до основного подъема на перевал. Нашли площадку для стоянки. Никаких палаток. Все спали в кунгах, выставив часовых. Утром подогрели сухпай на твердом спирте и тронулись к перевалу. Он был под полторы тысячи метров примерно. Сам Герат был на высоте почти километр. Город стоит в долине через которую протекает речка. Город старый, сразу видно. Мечетей полно. Основная — Джума мечеть. Цитадель Герата видна издалека. Говорят, что Алесандр Македонский ее построил, а монголы порушили. И тут вроде похоронена жена Тамерлана. Базар тут должен быть богатый. Все-таки на шелковом пути город стоит На въезде в город колонну встретила машина с топографами. Они будут показывать ППД, который выбрали заранее.

Поехали за ними. Выехали из города и поехали по долине речки Герируд. Тут солнечная активность сумасшедшая. Жарко, но на такой высоте не так ощущается как внизу. Снежные шапки Гиндукуша ближе и ближе. Потом долина расширилась и топографы съехали на прекрасную площадку у реки, где в нее впадала речка поменьше. Ну да вода нужна всегда. Из Герируда ее брать стремно. Она через Герат протекает. А там всякое говно в нее сливают. А тут речка прямо с гор — там никто не живет и вода чистая. Километров 60 от Герата примерно. Остановились. Станции загнали под сетки, которые развернули наши бойцы. Ну вот тут будем обживаться. Тут транспортное плечо нормальное. Это не через перевалы и тоннели из Таджикистана добираться. Дорога более-менее и до Кушки железка ходит. Снабжаться можно нормально. Да и народ тут поспокойнее того же Кандагара. Тут много персов и туркмен. Пуштун почти нет. Эти самые отмороженные. И мак тут не выращивают почти. Иран рядом — они с ними торгуют. Кабул для них как нам Владивосток. Хрен доедешь.

Разбили палатки и начали обустраиваться. Топографы сказал, что скоро сюда подтянутся остальные. Штабные, артдивизон, рота охраны, разведка, обеспечение и вертолетчики. Но первые приехали релейщики.

Макс уже вовсю разворачивал станции. Подняли телескопическую колонну для фидеров, увеличив ее еще метров на 10. Раскинули фидеры. На Молнии раскрыли параболу. Временно запитали от своих штатных генераторов. Теперь остался вопрос заземления. Тут блин через полметра земли идет скала. Ее ломом не возьмешь. Все приготовили и стали ждать саперов. Еще же и окопчики надо рвать по периметру станций. Саперы появились только на третий день. Заложили взрывчатку, где было показано и рванули. Ух и эхо тут в горах — караул. Потом пришла колонна обеспечения. Цистерны с топливом, щитовые домики, буржуйки или вернее окопные печки в домики и палатки, колючка, столбики для колючки, электростанция дизельная и еще куча всего. Для цистерн тоже выбрали место и взорвали скалу, чтобы нишу сделать и укрыть их в нише скал. И подальше от основных построек.

Рота обеспечения построила сортир у речки и развернула пункт питания из трех полевых кухонь. А то консервы уже в глотку не лезли.

Макс со своими бойцами проверил станции. Сделали контрольную свяь с Кабулом и Баграмом. На Молнии поймали спутник и связались с Москвой и Ташкентом. Сели на БД. Макс установил график дежурств, но не хватало телеграфистов. Вдвоем трудно. Устают люди, да и не дома же сидят. Тут и солнце днем и ночью уже колотун. В кунге то тепло, там аппаратура греет, а в платках холодно. Для печек дров нет нихрена. Горы же. Потом привезли два Урала дровяных пелет — прессованные опилки. Хоть перестали экономить на отоплении. Макс выбил себе два домика и в каждый поставил по 2 печки. Потом пришли солдаты — типа включи хоть музыку какую. Макс вывел провода на столб, повесил матюгальник и вывел местную музыку. Сразу прибежали ругаться. Макс им — так не передают по радио тут ни нашу ни западную музыку. Иран там у них аятоллы сидят и всех душат. Местные тоже не ах. Позже у метеорологов взял зонд и поднял антенну приемника на зонде и поймал Ашхабад и Ташкент. Хоть что-то.

Приехали артиллеристы с Д-30. Развернули стволы в какие-то свои точки. Бегали с буссолями по горам. Потом контрольные стрельбы. Они тут все лавины зимой соберут, — подумал Макс. После них приехала рота охраны, но не комендачи, а фронтовая разведка и стали бегать по горам ставить какие-то свои метки или датчики. Кунг специально под аппаратуру ЗАС и кодировку установили с запорами и печатями. Выставили пост у него.

И уже под конец приехал штаб, когда почти все было готово. Прилетело два МИ-8 и два «крокодила». Тут уже все переодетые в афганку в панамах и берцах. Берцы не наши, но чьи не понятно. Меток не нашли.

Ну и начальство приехало. Целый майор — начальник узла связи и начальник 8 отдела — подполковник. Везде свой нос засунули, ругались матом на Макса, на что он только плачами пожал. Надо было самим приезжать и делать. Сейчас то чего права качать. Но у Макса командировка. Так в приказе написано — прикомандирован на время разворачивания ЗКП. Макс к майору мол так и так зима уже если сейчас не уехать то перевалы завалит и все до весны сидеть придется. Вертол то ему не дадут. Это солдаты тут штатные, а он только технику доставил и развернул. Его в корпусе ждут. Но майор не телится. Не хочет он спеца отпускать, на которого можно все повесить, а самому баклуши бить. Да тут еще переводчик отравился чем-то и Макса подпрягли переводить. Местные говорят на каком-то диалекте смесь туркменского и узбекского языков. На дари почти не говорят. Узбекский Макс не знал. Туркменский основой похож на татарский, но все равно отличается сильно. В общем через пень — колоду получалось все. Выручал арабский — многие его знали, так как Коран, читали на арабском. Макс с поваром задружился и все подбивал его на базар съездить. Там фрукты, овощи, дыни и арбузы и в конце концов мясо. Тушенку все уже видеть не могли.

А как мы рассчитываться будем местных денег то у нас нет? Макс спросил, а может ли он организовать оплату рублями в Союзе? Ну наверное да. А курс какой? Пока не знаю, — ответил Макс. Повара звали Рустам — он был татарином. Макс все-таки подбил его сгонять на базар.

Взяли УАЗик и погнали в Герат. На востоке все дороги ведут на базар. Там вся жизнь. На базаре Макс быстро нашел ряд менял. Они чинно сидели на маленьких стульчиках, а перед ними стояли пачки денег прямо на тряпке, которая лежала на земле. Макс спросил кто из них говорит на дари или фарси? Менялы показали на мужика похожего на перса. Макс поздоровался и на фарси сказал, что ему нужен хаваладар поменять рубли и услышав волшебное слово хавала. мужик сразу оживился — написал ручкой курс на рубль-афгани. Прикинув цены на овощи — было дешево. Спросил у Рустама в каком городе он может заплатить рубли. Тот не думая назвал Ташкент. Мужик закивал головой и написал номер телефона в Ташкенте и имя. Приехав обратно Макс набрал по релейке Ташкент и девочки на коммутаторе соединили его с абонентом Рустама. Тот продиктовал номер и имя своему родственнику и сказал занести человеку 500 рублей. Через день опять поехав на базар Макс получил кучу афгани, что ему дали пакет, чтобы он мог нести их с собой.