Чтение онлайн

Поганая Корпорация, поганые людишки, поганая жизнь.

Директор Баум последнее время слишком часто начал ловить себя на мыслях о том, с каким же убогим человеческим материалом ему приходилось работать. А это не дело. Так недалеко перестать доверять даже своим ближайшим помощникам. Тупик. Помни, враг всегда должен быть персонализирован, нельзя бороться со всем миром сразу.

Ха, он всю свою жизнь потратил на ловлю призраков.

Другие интересовались чужими техническими, финансовыми и политическими секретами. Директора Баума с самого начала интересовало одно – уничтожить Корпорацию, или по крайней мере свести её влияние на жизнь метрополии к минимуму. Будь его воля, он бы давно уже создал альянс корпораций с целью избавления планеты от этого мусора, от этих фанатиков, одержимых апокалиптическими предсказаниями. В истории бывало немало подобных деструктивных сект, но никогда ещё они не действовали с таким размахом.

Это их часто и губило. Смешно подумать, директор Баум, спроси его кто, непременно бы заметил, что Корпорация сделала, верно, для своего уничтожения больше, чем директор Баум за всю свою жизнь. И всё равно оставалась важнейшей неизвестной в этом безумном уравнении.

Корпорации равняли с землёй промцентры мятежников, ловили агентов, вычисляли линии поставки, сколько уже лет пытались окончательно вычистить из своих клаудов треклятый вирус интервеба, шерстили раз за разом собственный персонал, устраивая даже показательные казни, но Корпорация этого словно не замечала, каждый раз возрождаясь из пепла всё новыми силами.

Потому что это были фанатики.

Вот и на этот раз, читая отчёты с Цереры, за нагромождениями пустой словесной породы, директор Баум видел за ними грозный взгляд Ромула. Хотя который раз – ни следов, ни зацепок.

По всему выходило, что кэрриеры вышли из строя по вполне естественным причинам, некритичный сбой энерговодов главного реактора, система автоматически перекрывает подачу лития, энерговоды собирает в аварийную схему, погружает в горячую зону регулирующие экраны, начинается холостой цикл. Только отчего-то стандартные методы защиты не срабатывают, реактор продолжает перегреваться, плазма начинает разъедать стенки просевшей от недостатка питания внутренней магнитной ловушки, разлетаются в пыль регулирующие экраны, звёздной температуры плазменная струя пробивает брешь сначала во внутренней, а потом и внешней оболочке, окончательно гаснет защита, и термоядерная реакция, неудержимая и беспощадная, в доли секунды разносит десять килотонн кэрриера в пыль.

То ли воронку подачи не удалось перекрыть, то ли сыграл какой-то иной технологический ли, человеческий ли фактор. Бывает. Космос до сих пор был отнюдь не безопасен.

Проблема – одновременно разрушились три кэрриера, разметав ударной волной (это в вакууме!) остатки флотилии на тысячу километров вокруг Цереры.

Тут могла быть только диверсия, но никакие журналы, видеозаписи и кривые отчётов о состоянии бортовых систем не позволяли даже предположить, кто и как это сумел проделать. Эксперты оказались в тупике, продолжая слать сотни бессмысленных докладов, лишь бы оттянуть констатацию простого факта – ничего это расследование больше не даст.

Между тем градус напряжённости вокруг Цереры превысил уже все мыслимые пределы.

Директор Баум устало откинулся в кресле, сворачивая панели. Если это была Корпорация, то на неё это было очень непохоже. Не чувствовалось повода. С тем же успехом рейдеры Корпорации могли начать уничтожать атакуемые ею грузовики, однако они этого никогда не делали. Принципом мятежников было – максимально откровенная аттрибуция, их планы и цели могли быть неочевидны, но каждый раз, сталкиваясь с Корпорацией, ты точно знал, что это была она, потому-то и потому-то.

Эти фанатики словно сами стремились вызывать на себя всю ярость «красножетонников», не дать о себе забыть ни на секунду, ни на секунду не позволить противнику расслабиться, ни на секунду не позволить ему заблуждаться насчёт противостоящих им сил. Тут было нечто другое. Это уже было похоже на банальную месть. За что? И кому? Всей «Джи-И»? Её конкретным функционерам?

С лёгким стуком в приоткрывшуюся дверь просунулась голова референта:

– Директор, сэр, пять минут до прибытия.

– Хорошо.

– Не желаете чего-нибудь прохладительного?

– Не стоит.

Референт испарился.

Учишь их, учишь. Считается, что быть предупредительным – высшая доблесть помощников. Хеллня. Быть невидимым – вот главное. А если директору Бауму так уж внезапно захочется пить, он уж как-нибудь сможет нажать пару сенсоров. Идиот, сбил с мысли.

Так вот, во всём этом не было видно ни цели, ни смысла. Разозлить очередную корпорацию? Не крутовато ли, гробить сотни человек экипажа ради этого сомнительного удовольствия? В этой всей истории, ввиду её небывалости, чувствовалось что-то новое, ещё не случавшаяся доселе. А новое всегда пугало.

Неужто Корпорация разрослась уже настолько, что внутри неё выделилась секта ещё более безумных фанатиков, которые пошли против воли Ромула и начали играть в собственные игры? Если так, то мы не там ищем.

Прозвенел сигнал прибытия.

Как не вовремя.

Нужно пометить себе на будущее, хелл бы побрал эту инспекцию.

На крытой платформе, как это и бывало обычно, состав встречала целая делегация – разношерстную толпу «белых» и «синих», согнанную сюда для массовки, отделяла от директора Баума «свинья» построенных при полном параде «красножетонников» местной охраны. Руководство касты стояло впереди, гордо оттесняя своими мослами местное гражданское начальство, трёх полных советников и пару человек поменьше рангом. Из бокового перехода сюда уже спешил в окружении своей свиты местный земельный директор, видимо, решил попробовать потереться рядом с шишкой из центрального директората, раз такая оказия, может, что и выгорит. Но приглядывать стоит не за ним, это так, местоблюститель, пустое место.

А вот увешанный шевронами бывший вояка – начальник «красножетонников» – шушукался о чём-то с «безопасником» в традиционно чёрной форме. Эта парочка явно чувствовала себя в текущей ситуации лицами ответственными, а значит – главными. Вот эти двое, а особенно «безопасник», могли превратить треклятую инспекцию в бюрократический ад. И с этим немедленно надо было что-то делать, если не планируешь засидеться тут до ночи.

– Директор…

Выжидательная пауза.

– Для вас – просто директор.

По забегавшему взгляду директор Баум понял, что оба сейчас попытались его «прозвонить», но ничего путного им получить не удалось. Ха, ещё бы.

Развивая достигнутый успех, он махнул рукой референтам, мол, вручите приказ об инспекции этим клоунам и пошли.

Рядом уже вовсю кудахтал земельный директор, но личная охрана директора Баума тут же решительно его отодвинула, образуя коридор для прохода. Оставалось положиться на парней, небось уже изучили местную топологию, куда идти сами знают.

– Господа, можете следовать за директором!

Это находчивый референт позади чуть слишком самодовольным тоном подстегнул впавших в ступор местных деятелей.

Директор Баум своей представительной походкой, специально натренированной для таких вот случаев, шёл по каким-то залитым светом коридорам (надо будет попенять за перерасход энергии, злорадно подумал директор Баум), в открытых галереях оглядывая серое небо (охраннички уже там, рассыпались по удобным точкам). Нужно всю жизнь прожить внутри башен агломерации, чтобы научиться видеть своеобразную красоту этих двумерных лабиринтов, что из себя представляли любые промзоны. Тут не было городского смога, тут не было нужды рвать строения вверх. Пустых земель было навалом, это жить там толком невозможно, учитывая идущий вразнос климат, а вот ставить очередные гидропонные теплицы, опреснители, рудообогатительные фабрики или сборочные производства – да сколько угодно.