Чтение онлайн

– Сюда, пожалуйста.

Большое панорамное стекло внешней стены палаццо давало приличный вид на центральный Москов во всём его сером великолепии. Тающие в сыром мареве пентагоны башен и льющийся сверху нескончаемый дождь. Если зажмуриться, можно попробовать представить себя в самом сердце Мегаполиса. Но нам тут некогда жмуриться. Здесь это попросту небезопасно.

Наконец, прибыли на место. В просторном помещении собралась изрядная толпа таких же пиджачных. По возрасту все как на подбор – от девяноста и выше, все озабоченные, самим скоро поди сюда, если дотянут. Биотехнологии с каждым годом всё эффективнее, а потому дороже. А без них ты через полгода от банальной подагры будешь просить собственных племянников придушить тебя побыстрее подушкой. В мире, где жизнь стоит таких денег, она моментально становится очень ходовым товаром. И смерть вместе с нею. Что ж, приступим, надо только всех левых разогнать.

– Господа, прощью. Шу.

Местные твёрдые согласные Анселю никак не желали даваться. Однако призыв возымел действие, в зале осталось по одному представителю сторон плюс адвокаты, которые также спешили зафиксировать сделку стрекочущими под потолком дронами.

Ансель ещё раз бегло просмотрел бумаги, так, согласие на эвтаназию по социальным требованиям, договор о передаче сертификата на dozhitie, биопаспорт пациента, ладно, пройдёмте в палату.

Пациентом на этот раз оказался мужчина с виду даже не на сотню, бодренький такой лысоватый мужичок с осоловелыми глазками и слегка не в себе. Можно его понять. Рядом с его креслом помигивали часы, ведущие обратный отсчёт. На них значилось два часа тридцать пять минут.

Пока советники сторон проводили стандартный опрос наследователя «вы подтверждаете, вы уверены, подпишите здесь, а теперь здесь», Ансель молча стоял чуть в сторонке, чтобы не загораживать дрону запись. Палата была убрана какими-то белыми цветами, никогда таких не видел. Видимо, пациент их любил… ну да, любил.

Анселя почему-то начало мутить. Какая-то дичь, если вдуматься, человек ещё может жить и жить, но за него уже всё порешали, и сам он, поди, всё для себя решил. Да родись он в Мегаполисе, а не в Москове, глядишь, спокойно бы с пенсионного счёта снял аванс за Третью фазу, ну ладно, в кредит лет на двадцать, а там тебе, глядишь, уже и все полтораста. Вот не надо этого, жалость в нашей работе только вредит, чего разнюнился.

– Стороны подтверждают легитимность сделки?

Грохнули о стол две увесистые круглые печати, прошелестели вензеля подписей, тренькнули баркоды контрольных сумм. Подобное у них тут очень ловко получается, в других частях света искусство полвека как вымершее.

Ансель чинно проследовал обратно в залу, где уже начинали потихоньку, с уголка, nacrywhatt столы. Праздник же.

Теперь его черёд.

Подобрав полы мантии, чтобы не забивались под старомодные колёсики кресла, Ансель принялся размашистыми жестами тасовать акты с цитатами из уложения. Не то чтобы подобное требовалось протоколом, все документы он подготовил заранее, только пропуски в формах дозаполнить, но надо же объяснить местным, за что ему вообще платят. Это сюда, это вот сюда, тут красиво промокнуть чернила, тут песочком присыпать, сургучу, сбоку верёвицу с кистью пустить, всё чин по чину.

Виртуальные документы, по сути, ничем не хуже старых гроссбухов, да и оформление под стать. Запнулся Ансель на ровном месте. Буквально на долю секунды, а запнулся. Вашу ж мамашу.

Чёртова память, годами натренированная запоминать бесконечные индексы да хэши документов, не подвела. Ансель механически продолжал процесс тасования бумажек, чтобы со стороны всё было достоверно, но под мантией уже снова стало сыро и горячо, а шею защекотало.

И ведь документы все были в порядке, не подкопаешься, если бы не одно «но». Тот акт осмотра пациента, что ему прислали вчера для камеральной проверки, был с другим номером блока. Тоже подписанный по всем правилам, чин-чинарём, контрольные суммы все на месте. Но документ был другой.

Надо что-то решать, причём срочно, но пока тебе в затылок будут дышать пиджачные, ничего не выйдет.

– Проститье, гдье здьесь у вас туальет?

– Да как обычно, там, по коридору.

Вот и славно, подхватившись, хотя и тщательно соблюдая подобающую его позиции вальяжность, Ансель шмыгнул за угол, мигом заперся в кабинке и принялся там листать архив своего «ай-би».

Ошибки не было. То-то moozhick молодо выглядит.

Решение было принято мгновенно. Ансель потащил через голову мантию, а сам пока дал команду дрону осмотреться. Вроде никого. Отсюда до лифтов в обход центральной оси палаццо метров пятьдесят наверное. Здание общественное, никаких специальных систем блокировки здесь предусмотрено не было. Ну, попробуем сегодня сэкономить на операционных расходах, как говорили в twosovka. Два совка. Смешно. Анселя начала бить нервная дрожь.

И что самое неприятное – едва заметное же отличие в данных, проглядеть такое вообще не проблема. Но теперь эта самая проблема встала перед Анселем во всей своей неприятной красе. Будь перед ним обычный случай мошенничества с социальным капиталом, как тут зачастую бывает, Ансель молча бы вызвал социальную полицию и всех делов, пусть промеж собой разбираются, но поглядите вокруг, это же богатый, серьёзный клан, зачем им эти бирюльки. От всей истории резко пасло большими неприятностями, и Анселю они были совершенно не нужны.

Без мантии, в белой рубашке и зауженных брючках, он вполне мог сойти за стафф, что бегал тут со скатертями да samovar. Вот, полотенце на руку, так лучше. Главное не попасться на глаза этим милым пузанам, правда? Так, дрон в карман, глазки в пол и пошли-пошли-пошли. У лифтов стоял какой-то ochrannick, но он даже не посмотрел в его сторону, вот и прекрасно.

Только когда в лифте привычно заложило уши, Анселю удалось перевести дух. Внизу слишком много народа, они не рискнут там его хватать, поблизости от посторонних глаз и ушей. Теперь подумаем о главном, что теперь делать. Найти пропавшего razvodyashy физически им будет непросто даже в относительно скромном по размерам Москове, знаем мы разные методы… но, положим, они смогут. Дальше что? Время торопит, проще найти нового, менее привередливого стряпчего. Часы у бедолаги в палате тикают. А там глядишь и… лифт больно ударил по и без того ватным ногам Анселя и остановился.

Твари, сообразили.

– Прошу вас не делать резких движений.

Какие уж тут движения. Судя по доносящему снизу глухому умц-умц, даже до средних уровней палаццо не удалось добраться. Вот попал так попал.

Лифт снова двинулся вверх, не желая слушаться его нервных ударов кулаками по сенсорам.

Гадёныши. Всё-то у них схвачено.

Лифт, однако, до верха не поехал, табло помигало числом 57, дзынькнуло и створки распахнулись.

– Прошу вас, Ансель, на пару слов.

Французский говорившего был таким ровным и безэмоциональным, словно эти слова произносил вокорр. Куда там дворецкому внизу с его варварским произношением. Кажется, игры кончились.

– Проходите, не беспокойтесь, вам ничего не угрожает.

Ему бы наверняка угрожало разное, даже уматывай он уже сейчас на своей tachka в сторону от Старого Сити вдоль третьего перегонного радиуса.

Ансель сделал пару осторожных шагов, лифт за ним тут же решительно захлопнулся. Никого. Освещение дежурное. Кажется, весь сегодняшний dis-catch сюда не добрался.

– С кем имею честь?

– Давайте обойдёмся сегодня без имён, но если вам важно, можете называть меня, например, мсье Ру.

Очень смешно. Мсье Рыжий. Клоунаду разыгрываем, значит.

– И что же вам от меня нужно, «мсье Ру»?

– Важно не что нужно мне, – рассудительно продолжил голос. – Важно, что нужно вам.

Начинается игра в кошки-мышки. Знакомый bazar.

– И что же мне нужно?

– Благополучно покинуть палаццо и отправиться к себе в апарт-отель, разумеется.

Ансель сделал над собой усилие, надо срочно успокоиться.

– Ну, допустим.

– Прошу вас, проследуйте прямо по коридору, кабинет 57—24, там будет удобно обговорить все детали.