Чтение онлайн

И ведь знает её, как облупленную, но всё одно издевается.

А главное, последнего антиваксера к югу от Луавуля видели может лет сто как назад, ещё до последней пандемии зелёного грибка, нашёл, тоже, до чего доколебаться.

Когда крякающая и улюлюкающая мигалка всё-таки укатила к следующем порогу, к другим приставать, от прекрасного настроения уже и след простыл.

Она коротко махнула рукой старпёру с биноклем в противоположном окне – пускай напоследок полюбуется на её качнувшиеся под прозрачной тканью дождевика соски – и пошлёпала вниз по рюету, привычно пружиня и подпрыгивая на едва справляющемся с осадками покрытии.

Дождевик приятно похрумкивал в такт размашистому движению локтей. Вот кто бы из её жётемов сейчас мог признать в аляповатой физкультурнице ту богиню, которой они поклонялись. Обыкновенная нескладная тётка средних лет пытается на бегу припомнить, как её там учили дышать. Фух-фух, нет, не то. И главное сколько раз давала себе зарок – ну что за каменный век, носиться по району в мокром трико и пошловатом дождевике.

И главное, польза от этого всего, мягко говоря, сомнительная. Дышать через респиратор («Джи И» гарантирует! аромат высокогорных трав!), поминутно рискуя упасть на патентованных пружинящих копытцах для тех, кому религия не позволяет нормальные бионические протезы (лучший бег от лидера рынка! «Три-Трейд» – и вы летите как на крыльях!), поминутно уворачиваясь от автоматов доставки и чёртовых кобелей. Куда лучше было заказать уже домашний комплект для левитации. Всё равно вторая спальня в доме пылится, отданная в итоге под всякий хлам. А так развесить виртреалы по стенам, и готова тебе аптитьюд-студия на все случаи жизни. Хочешь – джоггишь, хочешь – в горы лезешь, ботиночки с магнитным поясом обеспечат тебе полное погружение в процесс на любом уровне сложности и с любым уровнем гравитации – с мунного по юпетерианский включительно («Сейко» только что заключило эксклюзивный контракт с «Маршиан текникс»! ).

Чушь всё это. Ничего она никуда не поставит, и не потому, что не доверяет технике, хотя и это тоже, а потому что вот эти побегушки дурацкие для неё зачастую – единственная оставшаяся причина выходить в реальный мир, хоть изредка покидая своих жётемов не для перерыва на химический сон и прочие физиологические потребности.

Пока она сопит и дышит, а также по канону движет локтями, её не тревожат призраки далёких омм с их вечными страхами и неудовлетворённостями. Она – это только она, и никто больше.

Дома же… в отличие от прочих див, содержавших от скуки целые гаремы антуража, она жила в одиночестве, не предпринимая даже особых попыток как-то это изменить.

Ей нравилось хоть иногда побыть одной, вне чьего бы то ни было внимания, те же два или три раза, что она совершала неловкую попытку с кем-то познакомиться, заканчивались довольно грустно – она просто смотрела в глаза ему или ей или им, и не видела по ту сторону ничего интересного, ничего необычного, ничего, стоящего хотя бы и секундного усилия понравиться.

О, она смогла бы. Стоило ей повести бровью, как даже через виртреал, даже за тысячу километров, любой уже был бы у её ног. Чего уж говорить о личном контакте тет-а-тет, тут опасность была скорее переборщить с напором. Это как попытка пошептаться с человеком, в руках у которого матюгальник на пару киловатт. Тебя просто сдует к такой-то матери.

Так и тут, любой, кто к ней приближался, рисковал заживо сгореть в поле её внимания. К счастью, никого, кто стоил бы такового, не находилось. Люди в быту были скучны и однообразны. Даже среди её армии жётемов едва ли можно было наскрести с десяток неординарных личностей.

К счастью, ей хватало ума держаться от них подальше.

Они, в отличие от фанатов «реального» дэйтинга, видели её в истинном обличье. Дивы. Грозной жрицы на капище чужих желаний. Призрака без лица, тела и биографии. Зато со своим, истинным «я».

Нет, с жётемами она никогда бы не стала встречаться.

Если так подумать, лишнее внимание ей к чему? Она и так ежедневно пропускает сквозь себя жизни миллионов посторонних людей, пусть они об этом и не подозревают, считая тот самый патентованный её контакт визюэль за некоторое чудо, за нечто личное. Только он и она. Но ей-то было известно, что дар её простирается куда дальше примитивных плотских желаний конкретного л'индивидю.

А потому чего бы она не могла пожелать в этой жизни, ей являлось на сеансе. Жётемы – все одинаковые, но все разные. Тупицы и интеллектуалы, властительные бонзы и ничего не решающие пешки, старые пердуны и юные неумёхи, новички этого рынка и опытные ценители тонкоты.

Она знала их всех, как облупленных, каждый их поступок, каждый их страх, и уж точно – каждое их желание. Мог ли физический тет-а-тет с ними добавить ей чего-то, чего она без присутствия их потных тел в одном с ней помещении ни в какую бы не получила? Очень вряд ли. Разве что заразу какую занести, а это едва ли можно было почитать за особый изыск.

Прочие дивы – она знала это доподлинно – держали при себе гаремы воздыхателей не столько за кадром, сколько в перерыве между сеансами. Но не для плотских утех, упаси боже, с этим куда качественнее справлялись специализированные игрушки-стимуляторы да правильно подобранный коктейль феромонов. Для конфликта. Для драки. Они соперничали за её внимание и тем самым повышали у див обыкновенно и так зашкаливающую самооценку. Антураж нужен был исключительно для этого.

Но ей весь этот отоэвальюсьён не требовался. Она вела свои сеансы не ради корпоративных кредитов и уж тем более не затем, чтобы потешить собственное самолюбие. От неё требовалось следовать зову своего предназначения – поглощая всё доступное ей человечество целиком, во всей его неглубокой полноте. Таково было её призвание. За пределами же оного она была тишайшим существом на всей Матушке, пугливым и нетребовательным. Лишь бы было вокруг тихо, лишь бы ни с кем лишним не пересекаться взглядом.

Чуть не споткнувшись на бегу, она принялась отчаянно вертеть головой по сторонам, прислушиваясь.

Неужели показалось?

Она привыкла доверять своему радару. Любое, даже самое ничтожное внимание к собственной персоне давало моментальную вспышку, которую ни с чем не спутаешь и ни за что не обманешь.

Вроде ничего заметного. Но что-то же она почувствовала? Как будто лёгкое, едва заметное касание.

Звонкие шлепки её шагов по мокрому покрытию напряжённо замерли.

Нет, не показалось.

Высоко-высоко, на самой грани видимости, посреди серой хмари неба в дождливом тумане стрекотали роторы гексакоптера.

Ну, допустим. Предположим на секундочку, что это не по её душу, а так, мимокрокодил мимопролетел.

Она аккуратно, по привычке не делая резких движений, подняла на звук голову и послала команду.

В голове тут же отдалось импульсом боли. Всё-таки не зря она брезговала прибегать к подобным фокусам. Её дар всегда платил по счетам.

Впрочем, она переживёт. А вот гексакоптер этот посторонний – никак нет.

Впервые столкнувшись с этой стороной собственных талантов, она надолго призадумалась, слишком уж это всё отдавало дурной мистикой, как в самых замшелых дорамах. Главный герой поднимает руку ладонью вперёд и останавливает пули на лету, или же наоборот – указывает пальцем на врага, и у того тотчас образуется некрасивая, сочащаяся лёгким дымком синюшная дырка в черепе.

В её случае всё работало иначе. Стоило ей по-настоящему захотеть избавиться от какого-нибудь назойливого механизма, как он тут же послушно уходил в страну вечного ребута. Всегда по-разному, у какого-то доходяги коротил аккумулятор, другие хватали сбой прошивки, но всегда это заканчивалось быстро и фатально. Собственно, требование к цели было одно – машина должна была ею интересоваться. Просто пролетающие мимо дроны автоматической подзарядки или транспортные боты оставались для неё недосягаемы, сколько бы она не старалась.