Чтение онлайн

— Из тебя вышла отличная герцогиня. Твоя мама гордилась бы тобой. Моя гордится.

На губах сразу появилась тёплая улыбка, стоило вспомнить о Иране. Сейчас мама Волана жила в горах со своим новым мужем. То, что им стал добрый и очень ответственный дядя Джой, только ещё больше умиляло моё сердце.

«Двое хороших людей, близких мне, наконец, обрели счастье — это ли не справедливость?»

Эмоций было столько, что я не удержалась и поцеловала любимого энера в нос, потянувшись к его лицу на носочках.

В глазах мужа блеснули чёртики:

— Давай наперегонки до дворца. Кто последний, тот… ещё не придумал, но ты уже проигрываешь!

Волан сорвался с места. Я даже рот открыть не успела!

Подхватив юбки, бросилась за ним, но невидимая сила потянула к океану.

«О, нет! Только не сейчас!»

Знакомый смех морского божества пробрал до самых костей.

«Не бойся. Я только хотел сказать, чтобы ты больше не волновалась за свой долг. Ты больше мне не интересна. В тот миг, когда впустила в себя дар смерти, твой сосуд испортился… Я думал, ты поняла».

«Сосуд? О чём ты?»

«Не имеет значения. Живи свободно, без оглядки. Ты и твои дети можете не волноваться о долге. Я найду другой выход для своего создания. Создам иную реальность. Прощай…»

Меня будто выплюнуло к порогу главного входа. Прямо из фонтана.

Ризван не добежал каких-то пару шагов, чтобы получить победу.

— Эй! Опять твои водные штучки?! Так не честно!

В одно мгновение я оказалась рядом с Воланом.

— Что с тобой? Ты вся дрожишь.

— Океан. Он отпустил меня.

— В каком смысле — «отпустил»? Он тебя удерживал?

— Уже нет. Он сказал, что я ему не нужна. Испорчена. О каком-то сосуде говорил. — Передав разговор с хранителем в подробностях, выдохнула: — Волан! Теперь всё хорошо! Океан никогда не нарушает слова. Если сказал, что не тронет ни меня, ни детей, значит, так и будет! — Внутри меня будто кто-то шарик воздушный надувал. От лёгкости и свободы хотелось лететь прямо на седьмое небо, где царит только счастье!

— Ты рада? — Энер едва сдерживал улыбку, любуясь моим по истине детским восторгом.

— Да! Да! Свобода! Это окрыляет.

— Вот и славно! Значит, идём делать третьего малыша?

— Волан! — Шутливо стукнув разразившегося хохотом мужа, сама еле справлялась с шальной улыбкой. — Ты неисправим… Пойдём!

— Люблю тебя!

Муж подхватил меня на руки, и мы, незаметными перебежками, прячась от гостей и жителей замка, устремились в собственную спальню.

Вася давно мечтал сбежать из детского дома, но шанс выпал только сегодня. Ребята с улицы ещё с осени уговаривали его примкнуть к ним. Даже расписывали в красках свою жизнь, которая теперь носила гордое название «после». Мальчик согласился.

В последнее время в приюте стало совсем невмоготу. Воспитатели и учителя словно озверели. Стоило с одним из их хвалённой педагогической братии не поделить мнение, как взрослые, точно единый организм, ополчились на него, не позволяя шага ступить.

Ещё и эти фразочки тупые - «такой же, неблагополучный, как и твои родители!», «загнёшься в канаве алкашом», «таким дорога в тюрьму.». Достали!

И за что?! За то, что Вася не дал физику зажать в коридоре такую же малолетку, как сам подросток?!

«Сволочи! Не знаю, как там в других приютах, а в нашей работают одни сволочи! И плевать, что об истинной причине эти "Макаренки" даже не подозревают!»

Вася не жалел о своём поступке ни секунды! Даже то, что снял из-за угла видео на доисторический телефон и угрожал этому бугаю-физику выложить видео с домогательствами в инет, предварительно мыльницу припрятав. Катька, девочка, с которой он вырос в этом доме буквально с пелёнок, и так последние недели ходит, как призрак, по стеночке. После угроз физику Катюшела хоть перестала вздрагивать, когда кто-то подходит к ней из-за спины или пытается заговорить.

Но дальше так жить нельзя. Либо активисты-сострадальцы заклюют, так и не узнав, какой у них коллега гнилой, либо мальчишка сам параноиком станет.

Костик сказал, что их главная уже согласилась принять парочку беспризорников, так что можно делать ноги.

«Главная.» - у Васьки даже в горле перехватило, а голос дал петуха, хотя пацан просто выдохнул воздух, вспоминая фигурку Ефремовой.

Мария. Семнадцатилетняя девушка для ребят была, наверное, как Дева Мария для христиан! Заступница, красавица, самоотверженная и решительная, умная и. и умная ещё раз! Васька даже в толк не мог взять, откуда у такой же беспризорницы, как все они,

заточенный под обстоятельства мозг!? Казалось, Ефремова брала идеи из воздуха и, самое главное, осуществляла их по щелчку пальцев, находя нужных людей и заводя полезные связи.

«Точно святая! Одна только незначительная подробность: Мария - воровка. Хорошая такая, которая работает на большого дядю, и только по заказу».

Это была всем известная правда. Ефремова не скрывала от ребят, которые после побега из приюта полностью зависели друг от друга. Даже на дело иногда брала, когда требовалась помощь. А что делать?! За ангар, что предоставил постоянный заказчик Маруси, надо платить, а ей самой подвергать каждый день свою жизнь опасности - нечестно.

Создавалось ощущение, что они променяли шило на мыло, но вариантов других не было. Общество, как бы оно не кичилось в инете и телевизоре своей толерантностью, чхать хотело на брошенных. Им только выбор нетрадиционных меньшинств уважать, да котикам приюты отгрохотать. Картина стара, как мир - "добросердечный" социум предпочитает вытирать сопли своим собственным детишкам, как правило лет до тридцати. На таких, как Вася или Катя, им плевать.

– Я готова...
– бесшумно подошла к парню девушка, нервно оглядываясь через плечо и сминая в руках рюкзак со скудными пожитками.

– Идём.

– Вась, - Катерина дрожала, как осиновый лист на ветру.
– Ты уверен? Так-то тут неплохо. Только с Жилиным. Может к директору обратимся? Ей видео покажем?

– Катюшела, - вздохнул паренёк, забирая у девушки рюкзак.
– Включи голову. Никто не хочет идти работать в приют. У нас и так математику физрук ведёт. Плюс - такой хайп*, как домогательства препода к малолетке, Наталья Ивановна не допустит, а значит, максимум, что ждёт этого миллениала* - лишение премиального бабла. А знаешь, что будет с нами?