ЖАНРЫ

"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43
Шрифт:

***

Утром, загрузившись в машину, Гермиона проверила палочки. Гарри предложил сегодня взять их с собой, «на всякий случай». Папин автомобиль вырулил на улицу, спокойно двигаясь в сторону больницы. Каждый думал о своем, Гарри напряженно смотрел в окно, а Гермиона привычно дремала. Рядом с Гарри она расслаблялась, входя в обычный режим, зная: если что — он ее поднимет. Гарри чувствовал, что приближается «работа», поэтому, когда автомобиль проехал последний перед больницей светофор, Гарри спокойно, но громко произнес:

— Стоп! Педиатрия, подъем, — и устремился прочь из машины, а за ним рванулась мгновенно проснувшаяся Гермиона.

На тротуаре, держась за дерево, стояла девочка, шатаясь, как березка на ветру. Она была очень бледной, по лицу катились слезы, девочка, казалось, сейчас упадет. Гарри буквально подлетел к ней, подхватывая и не давая упасть. Гермиона подбежала, помогая усадить девочку. Одежда на ребенке была бедной, но чистой, что могло говорить, например, о приюте.

— Глаза не закрывать! — Гарри прикрикнул на девочку, быстро изучая доступное ему. — Как тебя зовут?

— М… Мораг, — почти прошептала неожиданная пациентка.

— Папа, трубку! — требовательно сказала Гермиона. — И готовься к транспортировке.

— Может быть, я? — поинтересовался мистер Грейнджер.

— Некогда, папа, — произнесла любимая дочь, отбирая трубку. — Что болит? Где болит? — принялась она допрашивать девочку.

— Н-не знаю, — ответила почти теряющая сознание пациентка.

— Папа, прикрой! — приказала Гермиона и достала палочку. — Энервейт! — Мораг открыла глаза.

— Молодец, — похвалил ее Гарри. — Давай транспортировать, пока в сознании.

Мистер Грейнджер осторожно поднял пациентку на руки, чтобы перенести в машину, взглядом спрашивая Гермиону, что случилось. Грейнджер-младшая закусила губу.

— Странная тахикардия, папа, надо пленку снимать, — сообщила она отцу.

— Есть у меня ощущение, что это пируэт, — задумчиво произнес Гарри. — Но без кардиографа не определим.

— Тогда поехали, — сообщил мистер Грейнджер, выставляя на крышу маячок.

— Гермиона вперед, я сзади, — скомандовал Гарри, и автомобиль рванулся вперед.

Машина подлетела на эстакаду больницы, двери раскрылись, все понявшие по маячку на крыше автомобиля санитары выкатили каталку, на которой сразу же оказалась девочка по имени Мораг. Гермиона умчалась переодеваться, а Гарри сопроводил каталку до реанимации, где очень быстро установил электроды, вглядываясь в показания приборов, потом кивнул и вполголоса сообщил мистеру Грейнджеру:

— Пируэт-таки, сульфат магния и прочие радости.

— Сейчас все будет, — улыбнулся мужчина, — иди, переодевайся.

Гарри кивнул и быстро двинулся в сторону ординаторской. Встретив по дороге Гермиону, быстро рассказал, о чем речь и чего следует ожидать. Очень быстро переодеваясь, мальчик продолжил рассказ:

— Скорей всего, длинный ку-тэ, симптомы опять же, — он оперся о дверцу шкафа, чтобы не упасть, — но вот то, что мы видели — совсем не характерная картина.

— Надо опросить, — кивнула девочка. — Побежали?

Быстро добравшись до палаты, Гермиона взглянула в глаза пациентки, которые сейчас были открыты, капельница капала, остальное кардиологи уже сделали, кардиомонитор подтверждал слова Гарри. Но вот лицо пациентки… Залитые слезами глаза, затаенная боль, спрятавшаяся где-то на самом донышке, и что-то еще такое, чему Гермиона не могла найти названия.

— Здравствуй, Мораг, — ласково произнесла Гермиона. — Что с тобой случилось?

— Я… я уродка, исчадие дьявола, — тихо ответила девочка, всхлипнув.

Осторожно расспрашивая, доктор Грейнджер-младшая достаточно быстро установила, что произошло. Девочка росла в религиозной семье, после стихийного детского выброса ее сильно избили, немедленно избавившись. Оказавшись в приюте, девочка чуть было не стала жертвой насилия, но успела сбежать. Теперь ей было совсем некуда идти. Самым для нее неприятным было то, что девочка была волшебницей, значит, скоро ей угрожал Хогвартс.

Часть 10

— По идее, — задумчиво произнесла Гермиона, пока Мораг спала, — можно ее проверить, может, родственники есть.

— Мы проверить можем? — поинтересовался Гарри.

— Можем мы… — проговорила девочка. — Ну, или котенка подберем.

— Котенка ты уже подобрала, — мальчик хихикнул, обнимая Гермиону.

— Ты не котенок, ты муж, — проинформировала его младшая Грейнджер. — Так что еще, наверное, можно, но ты прав, надо бы родственников найти.

— Пойдем, пройдемся, — поднялся Гарри, помогая любимой девочке вылезти из объятий мягкого кресла. — Ординаторская — это хорошо, но движение — это жизнь.

Прогуливаясь по коридору отделения, дети встретили очень злую медсестру, которая просто выскочила из палаты, видимо, намереваясь хлопнуть дверью, но увидела детей шефа и просто убежала по коридору. Гермиона с интересом посмотрела на Гарри, они шагнули в палату. На кровати, прижавшись тылом к стене, сидел маленький мальчик лет, наверное, семи. Он зло и немного затравлено смотрел на ребят.

— Здравствуй, — спокойно поздоровалась Гермиона. — Что у тебя случилось?

— Оставьте меня в покое! — крикнул мальчик. — Я не дамся!

— У него синкопальные в анамнезе, сердце без особенностей, — прочитал Гарри. — Психосоматику под вопросом я вижу впервые, честно.

— Давай мы тебя посмотрим? — поинтересовалась Гермиона, получив в ответ грубое пожелание пойти по соответствующему адресу.

— Хм… Ну, тогда мы тебя переводим в морг, — проинформировал пациента Гарри.

— В какой морг? — удивился ребенок.

— К мертвым, — любезно объяснила девочка. — Лечиться ты не хочешь, значит, незачем кровать занимать, будешь лежать в компании себе подобных. Пошли, Гарри.

Гермиона и Гарри двинулись к стене, когда мальчишка, ошарашенно глядящий им вслед, заговорил:

— Эй, вы куда? А лечить?

— А зачем? — спросил Гарри. — Ты же не хочешь, зачем тебя заставлять. А так — помрешь по-быстрому, и всем хорошо.

— Нет… — прошептал пациент. — Помирать я не согласен! Лечите меня! Ну… Ну… Пожалуйста, — неожиданно заплакал он.

— Да что ж такое, — от неожиданности перехода девочка всполошилась. — Лежи-ка спокойно и рассказывай, где больно.

— Часто бьют? — тихо поинтересовался Поттер, на что пациент всхлипнул. — Понятно. Любовь моя, взгляни-ка…

Поделиться с друзьями: