Чтение онлайн

— Понял, — медленно произнес Ксено, медленно приходя в себя. В первый момент мужчина хотел отбросить рыжего подальше, но стало больно так, что в глазах потемнело, поэтому пришлось давать клятву, повторяя за этим странным мальчиком, не оговорившим безопасность для себя, зато закрепившим заботу о Луне. Будучи отпущенным, мужчина уже хотел приложить много возомнившего о себе пацана чем-нибудь покрепче, но затем задумался. — Ты сказал о Хогвартсе… Но до школы же еще далеко?

— Ваша жена погибла два года назад, — припечатал Сашка, и мир Ксено рухнул, потому что мужчина этих двух лет совсем не помнил, понимая теперь, почему с ним обошлись именно так.

— Саша, ты закончил? — поинтересовалась Вера, вводя в комнату чисто отмытую и одетую беловолосую девочку, обнимавшую сейчас ее, как плюшевую игрушку. До Ксено начало доходить, что он чуть не натворил. Подскочив к Луне, мужчина упал на колени, обняв вздрогнувшую дочь, принявшись с жаром просить у нее прощения.

— Любят они театральщину, — заметил Сашка, пожав плечами. — Пошли?

— Лунушка останется с папой или с нами пойдет? — поинтересовалась товарищ капитан мнением ребенка.

— С папой… — прошептала беловолосая девочка, впервые за два года почувствовавшая столько тепла сразу. — Вы придёте после ваших дел, да?

— Да, маленькая, — погладила потянувшуюся за лаской Луну Вера. Взглянув на Ксено так, что мужчина отшатнулся, рыжая девочка вежливо попрощалась, оставив мужчину в задумчивости. Дети так не смотрят, в их глазах не бывает такого мрачного обещания, и от понимания этого факта мужчина погрузился в глубины разума, обнимая тем не менее дочь.

Отправившись наконец в мир нормальных людей, Вера Митрофановна думала о странных следах на теле девочки, вспоминая, о чем говорили на специальных курсах. Она-то педиатром не была, работая с солдатами, но курсы, разумеется, посещала, потому что знания лишними не бывают. В раздумьях она не заметила местного аналога метрополитена, механически повторив за Сашкой, и только когда вышла на вокзальную площадь, до девочки дошло.

— Либо у Луны генетика специфическая,[9] — задумчиво произнесла Вера Митрофановна. — Либо она пыталась себя наказать… Потому и такое расположение гематом.[10]

— Либо и то, и другое, — откликнулся товарищ прапорщик. — Она из так называемых «чистокровных», а они промеж собой скрещиваются.

— От чего наступает соответствующая глава учебника генетики, — кивнула девочка, поняв, что имеет в виду ее боевой товарищ. — Ты Лондон хорошо знаешь? Мы же в Лондоне?

— Мы в Лондоне, — подтвердил Сашка, поворачивая в сторону стоянки таксомоторов. — Город я не знаю совсем, что логично, но язык доведет.

— Особенно второй командный,[11] — вздохнула Вера Митрофановна. — Ладно, работай, не мешаю.

Споро допросив водителя, двенадцатилетний пацан с сестрой отправились в сторону приличного магазина одежды. Девочке было надо, и надо много чего, да и Вронский к одежде второго срока носки[12] относился отрицательно. Увидев вывеску армейского магазина, Сашка машину остановил, а потом переглянувшиеся военные шагнули к не ожидавшему такого отставному сержанту.

— Ребята, всю форму вам выдадут, — сержант сам был из бедной семьи, поэтому предполагал, что дети просто получили подарок от командования училища, чтобы себя порадовать. — Купите что-нибудь для себя…

— Вот мы для себя и купим, — твердо произнесла Вера Митрофановна, убедив списанного вояку в том, что семья не только очень бедная, но и, скорее всего, неполная, поэтому военный принялся помогать детям. — Термобелье есть?

— Все есть, ребята, — улыбнулся продавец, в котором легко признавался такой же военный. — Вам «город»?[13]

— Ага, — счастливо кивнул оценивший качество товарищ прапорщик. — И еще бы по паре ножей поприличнее, нас господин капитан обещал научить работать ножами, — гордо сообщил мальчик, вызвав улыбку старого служаки. Дети были открытые, чистые, искренние, ну а то, что бедно одетые… скорее всего, они не одни у мамки, оттого и одеты так.

— Скажите, а массо-габаритные макеты[14] где можно взять? — вдруг поинтересовался Вронский, глядя на продавца щенячьими глазами. — Хочу быть лучшим, а для этого много тренироваться надо.

Желание пацана было служаке понятным: лучшим выплачивались премии, видимо кадет хотел помочь семье, раз уж в училище взяли и его сестру, что было не очень обычно — девичьи классы только-только появлялись, будучи, скорее, исключениями. Ни о чем расспрашивать юных кадетов отставной сержант, разумеется, не стал, помня себя. Ибо единственное, что у них было своего — гордость. И задевать ее не стоило. Даже не проконтролировав, старый служака продал и ножи, и карабин, и даже два пистолета в варианте массо-габаритных макетов,[14] сердечно распрощавшись со счастливыми детьми.

— Железки тебе зачем? — что такое ММГ,[14] Вера Митрофановна, разумеется, знала.

— Переделаем, — усмехнулся прапорщик спецназа десанта. — Будут, как настоящие, только патронов раздобыть бы… И придумать, как компенсировать отдачу, чтобы в лес не унесло.

— Логично, — кивнула товарищ капитан, проверив, как вынимаются ножи, пристегнутые к предплечьям.

Шагнув в камин, дети оказались дома, где их ждал скандал, нетерпеливо притопывая ножкой. В ходе этого скандала Вера выяснила, что отсутствие трусов — это не попытка сексуального насилия, а какие-то «традиции», а Молли — что нельзя кричать на голодную Джинни, потому что результат никому не понравится. А еще матриарх семейства узнала, что маггловские фрукты и овощи от магических ничем не отличаются. И именно эта информация погасила скандал. «Папу», что характерно, жалко не было никому.

Близнецы близко подходить к сестричке и на всякий случай к братику опасались. Штуку, которую младшие с ними провернули, Фред и Джордж оценили, на себе распробовав результат, поэтому устраивать войну все-таки не решились. Они, как и все пакостники, были довольно трусливы, поэтому стоило показать зубы, как ранее уверенные в своей безнаказанности братья решили пока не трогать своих младших, вычистивших свои комнаты и ежедневно занимавшихся непонятными вещами.

Луну Вера и Саша, разумеется, не забывали, потому что приручилась девочка намертво, пока еще не слишком доверяя отцу, старавшемуся из кожи вон вылезти, чтобы угодить едва не заморенной им дочери. Этот факт Сашка решил использовать. Впечатленный методами общения рыжего пацана, Ксено внимательно выслушал прапорщика, согласившись помочь.

— Эта крыса, — разумеется, Сашка помнил, кем в результате оказалась крыса. — Ведет себя иногда очень неправильно. А я же друг Героя, поэтому возникло у меня подозрение…

— Подозрения надо проверять, — согласился мистер Лавгуд. — К счастью, это легко сделать, — продолжил он, затем наложил какие-то чары, обездвижив крысу. В следующее мгновение товарищ прапорщик понял, что книги не врали — действительно, мужик. Задрав рукава того, в кого превратилась крыса, Сашка продемонстрировал клеймо. — Пожиратель Смерти, — констатировал Ксено. — Что делать будем?

— Вы вызовете аврорат, — с трудом вспомнив, как в этой истории назывались пэпээсники, предложил Вронский. — Сдадите им скрывавшегося под видом крысы Пожирателя, а нас здесь не было.