Чтение онлайн

— А ты умеешь заинтересовать. И все же мне любопытно, что за награда и кем она тебе обещана.

— Это условия министра обороны, а вот что я за это получу, узнаешь после первого этапа. Ну что, по рукам?

— По рукам. Но учти, ты сам меня попросил, потом не жалуйся.

— Не буду. И надеюсь, что небольшой дружеский презент, два новейших «Фалькона» в подарочном исполнении, послужит достаточной компенсацией за неудовлетворенное любопытство. — Девушка усмехнулась и снова заглянула в кейс, уже оценивая оружие хозяйским взглядом. Но, как человек ответственный, долго любоваться не стала и перешла к насущным вопросам:

— Итак, что ты знаешь о различных магических школах?

— Да, собственно, то же, что и остальные. Школы, или стили, делятся по виду используемой стихии, ну там огонь, вода, земля или, как у меня, лед.

— Лед — это частный случай стихии воды, ведь тебе доступны простейшие манипуляции с ней? Равно как, например, школе песка доступны манипуляции с любой породой, то бишь землей. Это означает, что песок — частный случай школы земли. Из этого ряда выпадает лишь электричество, но его традиционно относят к воздуху.

Виктория помолчала и продолжила:

— Далее, существует ряд действий, доступных любому магу вне зависимости от стихии. Например, создать некий замкнутый объем, который затем наполняется содержимым, необходимым магу. Например, «свечки» наполняют его плазмой и, образуя с нужной им стороны отверстие, получают технику «Метеор», а «землеройки» таким образом выдергивают куски камня и выстреливают в противника техникой «Каменной пушки». Основная же проблема магии состоит в том, что любая техника должна быть подготовлена в ауре мага и доставлена в точку применения. То есть в твоем случае нельзя взять и создать лед непосредственно в теле противника. Для этого тебе как минимум нужно его коснуться, продавить его аурный щит и лишь затем создать технику, захватывающую его тело. А ведь противник будет сопротивляться, кроме того, если вы вошли в близкий контакт, что ему мешает то же самое сделать с тобой? Поэтому маги предпочитают работать на средней и дальней дистанции, но есть исключения. И одно из них — именно школа льда.

Я сидел и внимательно слушал девушку. Это было именно то, чего мне не доставало.

— Маг льда может как создавать себе броню, пусть не такую прочную, как у «землероек», создавать оружие, и это фактически единственные маги, способные на подобное. При этом маг способен атаковать как с ближней, так и со средней и с дальней дистанции. Плюсом идет создание ловушек типа мгновенно замерзающих луж и способность повесить туман на поле боя, маскируя свои действия. Это определяет вас, «снеговиков», как достаточно универсальных бойцов, способных менять тактику боя прямо на ходу. Немногие школы обладают подобной гибкостью. Тактика магического боя разных стихий в основном определяется возможностью работать с «сырьем» — рабочим телом стихии. Воздух считается наиболее быстрой школой не только из-за возможности практически летать, управляя порывами ветра, но и из-за доступности сырья. Магу не надо концентрировать влагу из воздуха или вырывать куски земли, он сразу создает технику, и полетело «Лезвие ветра», пока противник еще готовится. Спасает лишь относительная слабость подобных техник, но кастуют «ветерки» довольно быстро. Земля, наоборот, наиболее медленная из школ, но и наиболее защищенная. Стандартная тактика «землероек» — создание каменной брони, а еще лучше бункера, из которого они ведут обстрел «Каменной пушкой» и «Картечью». Однако есть школа песка, которая, подобно «снеговикам», предпочитает подвижный стиль боя, активно используя песчаные ловушки и тому подобные ухищрения. Маги огня предпочитают заливать все доступные площади пламенем, но могут, как я уже и говорила, сосредоточиться на огне с дальней дистанции, окружив себя барьером из пламени. Но такое бывает редко, все же основная масса «свечек» очень вспыльчивая, прости за каламбур, и атакует со средней дистанции техниками типа «Дыхание дракона», прожаривая противника до хрустящей корочки. Остались «водяные», то бишь маги воды. Из-за своей специфики они редко сражаются на суше, их вотчина — флот. Вот там они способны на многое. Здесь же наиболее опасным является «Хлыст океана» — вытянутая струя, послушная воле мага, при этом вода в ней вращается с огромной скоростью, образуя нечто вроде фрезы, способной за несколько секунд вскрыть даже панцирь «землероек». А также «Водяное копье» — тонкая струя, бьющая из резервуара под высоким давлением. За счет малой площади поражения буквально протыкает противника насквозь. Если магу будет доступно достаточное количество воды, он может скастовать «Аквариум» — громадный шар воды, который сохраняет свою форму и имеет довольно прочные стенки. Попавшему в него противнику не так просто вырваться. Отлично работает против магов земли, воздуха и электричества, особенно, если они не очень опытные.

Виктория увлеклась. А я радовался, что решил обратиться со своими проблемами именно к ней.

— Кстати, по «электро». Несмотря на то что их относят к стихии воздуха, работать с ним маги практически не могут. Вот долбануть разрядом при прикосновении, метнуть шаровую или обычную молнию могут запросто. Самые сильные способны летать, создавая свое магнитное поле и отталкиваясь им от поля Аркании. А пока сделать этого не в состоянии, идут в ближний бой врукопашную, либо, что чаще, вооружаясь цельнометаллическим холодным оружием, причем предпочитают ударные типы, булаву там, шестопер. Если могут, летают над противником, обстреливая молниями. Но так как полет — это признак волхва, встречается подобное редко.

— То есть, в зависимости от противника, моя тактика боя будет меняться?

— Несомненно. При таком обилии возможностей нет смысла зацикливаться на чем-то одном. Однако в связи с нехваткой времени и малым количеством отработанных тобой техник, думаю, стоит ограничиться двумя стилями. Первый — это прямая атака в наращенной по максимуму броне и навязывание контактного боя. Сработать должно со «свечками», «водяными» и «ветерками», если сможешь их приморозить. И второй — атака со средней дистанции, отдавая предпочтение скорее подвижности, чем защищенности. Против «землероек» и «электро» такая тактика будет идеальной. При этом и в том, и в другом случае не стоит забывать о ловушках и формировании поля боя под свои нужды, замораживая или, наоборот, разжижая поверхность. Более подробно рассмотрим это на тренировке. Раз уж я взялась за тебя, работать будешь до седьмого пота.

— Ну, так я не против, но три дня в неделю — понедельник, среда и пятница — у меня отработка техник вне лицея.

— Нашел наставника для занятий? Это хорошо, может, и получится сделать из тебя достойного мага, а не как сейчас: недоразумение с силой ведуна и техниками новика.

Последующие недели стали для меня личным адом. Не помню, чтобы я еще когда-либо так уставал. Сил хватало только доползти до комнаты, помыться и отключиться, упав пластом в кровать. На занятия меня будил Егор, нередко применяя для этого холодную воду. Понедельник, среда и пятница были отданы Снегурочке Инге для отработки магических техник. Казалось бы, это не должно особо напрягать, но бесконечные повторения, доводящие построение техники до полного автоматизма, без участия мозга, выматывали просто зверски. А ведь я еще даже не приступал к отработке под разгоном мозга.

Во вторник, четверг и субботу надо мной измывалась уже Виктория. Здесь приходилось выкладываться физически. Плюс, одним махом отметя рассуждения о необходимости изучения фехтования на шпаге, она, воспользовавшись моей договоренностью с директором, принесла базу с основами стиля рукопашного боя, которым владела сама и использовала против меня в пси-сне. Наиболее близким земным аналогом этого боевого искусства был вин чунь. Те же удары на близкой дистанции, та же скорость. На мое недоумение Виктория пояснила, что маги в основной своей массе бойцы дальнего боя. Чуть ближе или чуть дальше — это роли не играет, но на сближение они не идут. Поэтому к атакам на предельно близкой дистанции они оказываются просто не готовы. Я же как универсал обязан владеть техникой прямого контакта, к тому же этот стиль прекрасно ложится на владение парными тао, что я уже знал. Кроме того, многие неопытные маги при построении техник используют различные пассы руками, и рукопашная атака в этот момент может сбить каст. Аргументы были неоспоримыми, и на тренировках девушка с немалым для себя удовольствием делала из меня отбивную. А возмутиться мне не давал тот факт, что это приносило немалые плоды.

Кроме того, значительный упор Виктория сделала на динамике применения техник в бою. То бишь не просто остановился, скастовал и побежал дальше, она учила именно применять все это неразрывно. Каст на бегу, в прыжке, в кувырке и прочая-прочая. Все это смешивалось с рукопашным боем, стрельбой из пистолета и выливалось в довольно внятную систему, которая, как я надеялся, позволит мне победить.

Воскресенье уходило на выполнение домашних заданий. Забрасывать учебу ради победы я не собирался, но времени на отдых у меня совсем не оставалось. Не говоря уже о развитии бизнеса. Хотя за это направление я был спокоен, Явана железной рукой правила сетью, планомерно открывая новые точки. Поиск места под производство я тоже закрепил за ней, и сейчас оставалось выбрать один из трех наиболее перспективных вариантов.

Торин уехал, закончив дела, связанные с получением патента на «Фальконы». Перед отъездом у нас состоялся разговор по поводу его работы на меня. Как я и думал, покидать отряд он отказался, но обещал переговорить с одним из своих многочисленных племянников, которого характеризовал куда как положительно. Тот факт, что он проходил стажировку в качестве оружейника у «Пепельных воронов», тоже шел плюсом, однако в связи с моей занятостью встречу решено было отложить до каникул. Также гном увозил с собой один из образцов пистолета-карабина. Думаю, что не пройдет и года, как и братья-гномы, и Торин смогут создать рабочую модель пистолета-пулемета по типу того же ППШ или ППС.

В общем, ничто меня не отвлекало от тренировок, и время неслось раненым зайцем. Сосредоточившись на результате, я даже забыл, что оба моих тренера куда как привлекательные барышни. Не то чтобы я изначально планировал какие-то поползновения в их сторону, но полюбоваться никогда возможности не упускал. Теперь же накопившаяся усталость просто отключила у меня «основной инстинкт». И если, с одной стороны, я стал меньше отвлекаться, то с другой — это был даже не признак надвигающегося переутомления, а, скорее, набат, сигнализирующий, что у организма сил не осталось. И первым это заметила, как ни странно, именно Виктория, а не Инга, у которой, как мне казалось, были относительно меня какие-то свои планы. Когда я в третий раз подряд провалил, казалось бы, намертво заученную связку, она, не обращая внимания на мои протесты, за руку в буквальном смысле этого слова притащила меня в лазарет на обследование. Оказавшись на кушетке, я благополучно уснул и проспал почти до обеда следующего дня.