Чтение онлайн

– Ну? Как всё прошло? – жадно накинулась на Аврору с вопросами Дженни.

– Просто ужасно. Мой тебе совет: никогда не мсти. Это самое глупое занятие, которое только может существовать на свете.

Дженни недовольно подобрала губы, сжимая их в ниточку:

– А подробности будут?

– Нет, – с улыбкой покачала головой Аврора и исчезла в ванной.

Никаких подробностей. Отныне между ними будет прозрачная стена вежливости, но без сердечных откровений. Возможно, на самом деле это единственный способ сохранить хотя бы подобие хороших отношений в их случае – выстроить стену и вежливо стучаться перед тем, как войти на половину.

На следующий день случилось то, что и должно было случиться – нарекания со стороны преподавателей и низкие оценки. нарекания со стороны преподавателей и низкие оценки. Авроре даже думать не хотелось, насколько же она была плоха, что, несмотря на её статус, иметь столь печально-низкий балл. Стыдобища. Нужно заканчивать с интригами и личными драмами и заняться, наконец, тем, ради чего она сюда приехала – учёбой.

Но сделать это, оказавшись изгоем и в клане Высших, состоящих из родовой магии и в клане Низших – выходцев из смертного мира, было весьма сложно. Как они вообще ухитряются добывать знания в такой угнетающей атмосфере? И разве преподаватели не видят этой разрастающейся язвы, угрожающей дальнейшему благополучию всех?

Аврора хотела поговорить с отцом, но и боялась встречи с ним. Она привыкла всегда и во всём быть честной с близкими людьми, но признаться честно в связи с Дарком была не готова, прекрасно понимая, что так далеко даже бесконечное терпение Кайла не распространяется. Она не готова была принять последствия принятого решения и не хотела лгать. А потому решила не предпринимать ничего, пока есть возможность.

Вместо того, чтобы пойти к Кайлу Мэйсону, она после занятий пошла с визитом в лазарет к Сабрине Уолш – ещё одна неприятная обязанность, с которой следовало развязаться как можно скорее. И которую было никак не обойти.

Разговор с Сабриной был неприятен, но не настолько, как возможный диалог с отцом.

В послеобеденный перерыв Аврора направилась к своей сопернице. Она была готова попасть в настоящее пчелиное гнездо, где шестёрки-труженицы заботливо кружатся вокруг королевы-матки, но…

Сабрина была одна. Бледная аж до полупрозрачности, она со скучающим видом лежала на взбитых подушках. В руках у девушки была книга, но, судя по блуждающему взгляду, она её не читала.

Что означало отсутствие шестёрок? Королева «пала»? И крысы бежали корабля первыми?

Видимо почувствовав взгляд Авроры, услышав звук или уловив постороннее движение, Сабрина повернула в её сторону голову и на лице блондинки в тот же миг застыло знакомое уже до боли выражение презрительной неприязни, будто она подошла к навозу, от которого тянет неприятным запахами.

– Привет, – кивнула Аврора, приближаясь. – Как ты себя чувствуешь?

– Пришла позлорадствовать? – змеёй, которой отдавили хвост, зашипела Сабрина. – Ты, долбанная сучка! Выставила меня грязной шлюхой и наркоманкой перед всей Академией, да ещё смеешь являться сюда с этой твоей пресной рожей!

Аврора не смогла подавить вздох. А ведь в какой-то момент ей показалось, что они могут если не поладить, так хотя бы прийти к взаимопониманию.

– Ничего бы этого не случилось, не начни ты первой эту войну. И сейчас не поздно поставить точку. Мы можем не быть друзьями, но хотя бы держать нейтралитет ведь возможно? Хватит, Сабрина…

– Хватит будет, когда я скажу! – гневно сверкнув глазами, почти прорычала девушка. – Ты правда думаешь, что это всё вот так просто сойдёт тебе с рук? Ты посмела выставить меня дурой…

– Сказать откровенно, не пришлось сильно напрягаться. С основной задачей ты прекрасно справилась сама.

Аврора никогда не умела долго обуздывать свой холерический темперамент, да и смысла сейчас в это не видела.

– Что вы мне подмешали?! – приподнялась на подушках Сабрина, как змея, вставшая на хвост.

– Понятие не имею. Я ничего тебе не подмешивала. Видимо, будучи дурой и стервой, ты не только мне дорогу перешла? Припомни, кому ещё ты успела нагадить? Хотя, наверное, слишком много имён в памяти придётся перебирать – твоей короткой памяти может и не хватить?

– Станешь отрицать своё участие в этой комедии? Добренькую из себя разыгрывать? Меня тошнит от тебя! Лицемерная вошь! Чего припёрлась? Полюбоваться на дело своих рук? Любуйся! Вот она – я. Ты испортила мою репутацию, перетянула Дарка на свою сторону… но не думай, что я просто так спущу тебе это с рук! Я с тобой по серьёзному ещё даже не начинала. Теперь война пойдёт по-крупному и по-взрослому. Ты пожалеешь о том, что сделала!

– Единственно, что я сделала – вмешалась. И, хоть сейчас ты меня уже не просто подбешиваешь, а конкретно бесишь, не жалею об этом. Ты вообще хоть что-нибудь помнишь, Сабрина? Как ты оказалась в этой кладовой? Зачем ты туда пошла?

– Не помню.

– А что помнишь?

– Да почти ничего. Я даже рюмку шампанского не успела выпить. Понятия не имею, как вам удалось это провернуть.

– Я не отрицаю, я хотела тебе подгадить. Но меня убедили в том, что стравят нескольких твоих любовников между собой и предадут дело огласке. Понимая, что и это намерение меня не красит, но речи о наркотиках не было.

– Тебе не убедить меня в дружественности моих намерений, Мэйсон.

– Да я и не пытаюсь, Уолш. Я говорю тебе правду.

– Правда в том, что вместо того, чтобы оказать мне помощь по-тихому, ты нагнала преподов, предала дело огласке. И не говори мне о том, что ты хотела, как лучше!

– Ты едва дышала: раз – через раз. А я не на курсе Целителей учусь. В системе моих координат ценность жизни стоит выше ценности репутации. Прости, если с твоей точки зрения я поступила неправильно, но доведись всё повторить сначала – я поступила бы снова так же.

– Можешь нести что угодно, я тебе не верю. Ты с самого начала запала на Дарка и решила отнять у меня его любым путём…

– А мне нужно у тебя что-то отнимать? Я что-то не слышала о вашей помолвке? Или неофициальной? Вы же не пара?

– Да много ты знаешь? – подскочила Сабрина на своей больничной кровати. – Если до сих пор мы и не обнародовали наши отношения, то только потому, что я просила этого не делать. Но Дарк мой – всегда был моим.

– А как же Люциан Холливэл?

– Откуда ты знаешь о Холливэле? Впрочем, откуда бы и что не пронюхала, всё это ерунда. Можешь забирать белокурого ледяного красавчика себе с потрохами. Он меня не интересует. И никогда не интересовал. Я использовала его для того, чтобы заставить Дарка ревновать.