Чтение онлайн

– Думаю, именно последний пункт и не позволит вам, сэр, задержаться на своём посту надолго.

Молодые люди с каждым словом сближались, медленно и неотвратимо.

– Возможно, мне надолго и не нужно. К слову, у вашего курса уже началась пара по расписанию. А ты его нарушаешь, Басет, – шёлковым гладким голосом пропел Ворон. – Это потянет на отработку. Думаю, ты останешься тут, со мной. Дожидаться наших храбрых-храбрых храбрецов, отважившихся остаться в Академии. Если такие, в итоге, всё-таки найдутся, – окинул Ворон презрительным взглядом класс.

Взгляд его остановился на Авроре, а губы вновь сложились в высокомерную, пренебрежительную ухмылку:

– Мисс Мэйсон? Что скажите? Вы останетесь с нами? Или последуете за вашим отцом? Бесславное, но логичное завершение пребывания вашего семейства здесь.

Аврора хотела уехать и на несколько коротких секунд была готова принять предложенную возможность и покинуть этот гадюшник, с каждым часом начинающий смердеть всё сильнее. Отец бы одобрил её решение. Она была бы рядом со своей семьёй, в безопасности.

Но, с другой стороны она не могла просто подняться и уехать. Это она была виновата в том, что Ворон заправляет теперь тут всем. Пусть и временно, тут Дарк прав, с такими «креативными» идеями он на должности не задержится, но успеет наворотить дел.

Она дочь своего отца. Она знает магию этого места, знает лучше, чем многие другие. Она должна остаться. Должна войти в эту проклятую дверь и увидеть, что там. Понять, насколько всё плохо.

Переведя взгляд на Дарка она увидела, как он еле заметно покачал головой, словно говоря «Даже и не думай». Ну да, конечно. Сам-то он не побоялся высунуться. Разве до сих пор не понял, что и Аврора не из трусливых. Пусть его драгоценная Сабрина спасается бегством. А она свой долг знает.

– Ну? Что решили, мисс? – всё тем же насмешливым тоном проворковал Ворон. – Ты уходишь или остаёшься, дочка ректора?

В зале стояла такая тишина что, казалось, упади иголка – услышишь. Все на миг словно перестали дышать.

Ворон не сводил с неё ярких, насмешливых, таящих вызов, ярких глаз. Он словно тестировал её и с этой целью бросал вызов.

– Ну, насчёт дочки ректора в свете всего случившегося спорное утверждение.

Она встала рядом с ним, протянув к нему раскрытую ладонь:

– Но я остаюсь. Дайте мне ключ.

И когда по губам Ворона разлилась довольная, победоносная улыбка, Аврора поняла, что он хотел, чтобы она осталась. Возможно, это была ловушка. Возможно, ему правда было интересно.

Ключ тяжело лёг в ладонь, холодя кожу.

Скоро она всё узнает.

Странно, но Аврора не испытывала и тени страха. Скорее, ей было любопытно – что же скрывается за мягко сияющей дверью. Умом понимала, что вряд ли что-то хорошее, но любопытство, которое не раз и не два уже играло с ней дурную шутку, вновь взяло вверх. Закрытые двери, неизведанные дороги и не сорванные запреты с детства завораживали и манили, подталкивая её вперёд и заставляя действовать по наитию, забывая о голосе разума.

Для каждого в этом мире существует искушение, которому он не в состоянии противостоять – его тайное, заветное желание. Над кем-то главенствует похоть, и он не в состоянии противиться извивающемуся в конвульсиях телу; кто-то не может устоять перед чревоугодием и сладко пахнущие булочки или источающее аромат мясо в подливе становится смыслом жизни. Кому-то важна власть, пусть она и выражается смешно и гротескно – числом подписчиков и лайками под лживым фото из-под фотошопа. Кто-то не в силах устоять перед любимыми людьми, они вьют из него верёвки. Страсти, разрушающие души или делающие нас жестокими и глупыми – не существует человека, лишённого страстей. Наверное, души, очистившиеся от них, воплощаются в других мирах.

Страстью Авроры была новизна. Всё новое, неизведанное, непрочитанное, неисхоженное манило её, как огонь – бабочку и она, расправляя крылья, начинала движение вперёд. Страсть к новизне заставляла её оставлять друзей, любимые прочитанные книги. Страсть к новизне делал невыносимым долгое пребывание на одном месте. Так акула не может не плыть вперёд, остановка лишает её тело возможности получать кислород, и она погибает – так уж устроено это жуткое создание, что она может зависать на месте только в местах сильного течения: её жабры омываются водой только когда всё вокруг не стоит на месте. Такова была и Аврора. Замедляя движение, она теряла интерес к жизни.

А новая дверь, новая дорога, новый человек – это новый стимул продолжать жить.

– Да вы что?! – возражение Дарка стало для неё неожиданностью.

Судя по выражению лица Ворона – для него тоже.

– Вы оба с ума посходили?! Какие ещё, к дьяволу, испытания и боевые уровни? Ещё и трёх часов не прошло, как ты покинула лазарет? О чём ты только думаешь?

– Возможно, Басет, она доверяет мне и верит в моё здравомыслие? – Ворон окинул злого и бледного Дарка насмешливым взглядом, скрещивая руки на груди.

– Или, что скорее всего, просто недостаточно окрепла и умственные способности просто не до конца вернулись к ней? Кто в здравом уме станет доверять тебя, жалкий ренегат! Инквизиторская шестёрка!

Аврора вздрогнула. В своём ли он уме, что прямо сейчас готов сорвать маски? Или он настолько испугался за неё, что вышел из себя?

Мысль об этом приятно грела самолюбие. Но в борьбе с таким противником как Ворон нужно проявлять больше сдержанности. Прежде, чем переходить к открытому контрнаступлению, необходимо выяснить, что он задумал, что ему надо? Судя по тому, как безумно, не ограничивая себя он повёл дела, задерживаться надолго Ворон здесь не собирается. Отсюда вытекает вопрос – чего он хочет?

«А может быть всё, чего он добивается – это смерть таких, как ты? – зловеще зашипел внутренний голос. – И не будет никаких тонких интриг, двойного дна в намерениях. Всё просто, как удар кулаком в висок – уничтожение, чем больше, тем лучше. Инквизиторы – фанатики. Они делят мир на белое и чёрное, не признавая полутонов».

Наверное, то же самое пришло в голову и Дарку. Именно это соображение заставило его бездумно подставляться.

– Я всё ждал, когда кто-то скажет мне это. Для меня не секрет, что вы об этом думаете. Но не думал, что кто-то из вас так быстро осмелится бросить мне подобные обвинения в лицо. Думаю, тебе следует извиниться за твою несдержанность, Бэсет. Суд уже выдвигал подобные обвинения, и мы оба знаем, что Защита от них камня на камне не оставила.

– Не защита, а большие деньги и связи твоего отца, Ирла Кина, заткнувшие рот свидетелям, запугавшие одних, подкупившие других.

– Я требую извинений за гнусную клевету.

– Клеветник, лжец и предатель в этом зале только один. И это не я.

– Что полагается по Уставу Магистратуры за оскорбления ректора? Кажется, простой отработкой тут не обойтись? Мне придётся исключить тебя, Дарк Бэсет.

– Попробуй, Лоуэл Мэйл!

Лёгкое вращательное движение рукой с разворота позволила Дарку создать кольцеобразную волну огня и уже через мгновение огненная арка расширилась и двинулась по направлению к Ворону.